Чтение онлайн

Стою в дверном проёме, наблюдаю за ней. Она не замечает — помешивает кофе, смотрит в окно, хмурится, будто снова прокручивает в голове наш спор. Потом делает глоток, морщится.

– А мне можно?

– Можно.
– Не оборачиваясь.
– Это же твой дом.

– Может стать твоим, если захочешь.
– Пожимаю плечами, и сам подхожу к кофеварке.

Поворачивается. Она ещё пьяненькая, но уже в уме. Плетётся к столу, немного покачиваясь.

– Издеваешься, Царёв?
– Фыркает.
– Что за игру ты ведёшь?
– Плюхается на стул, делает ещё один глоток.

– Ты называешь мою любовь игрой?
– Двигаю стул ближе к ней, сажусь, касаясь её колен своими.
– Я люблю тебя, Руслана. Это не началось с нашего секса или первого поцелуя. Я люблю тебя с того момента, как мы познакомились. Ты френдзонила меня, но всё равно была моей.

– Что... Что ты несёшь?
– Хмурится, заглядывая мне в глаза.

– Сама подумай. Я украл твой первый поцелуй. Первый секс. Первые настоящие чувства. Я знаю, я не безразличен тебе.
– Трогаю её за подбородок, и она даже не пытается от меня отпрянуть.

– Я люблю тебя как друга...

– Да, блять!
– Отпускаю руку.
– Да я никогда не был другом тебе, рысёнок! Точнее, был... Но не в плане дружбы. А в плане: "Я готов быть кем угодно для тебя". Ты думаешь, почему у меня не было так долго девушки? Потому что ты единственная девушка, которую я хочу. Хочешь сказать, ты не замечала этого? Или не хотела замечать?

– Я тебе не верю...
– Дрожит.
– И что... Что будет с нами? С нашей др...

Либо ты со мной в качестве моей девушки, невесты, жены, старушки на соседней койке, либо мы враги. После всего, что между нами было, я не смогу быть тебе другом. Хотя и так бы не смог. Не смогу смотреть, как ты встречаешься с кем-то другим, как ты улыбаешься не мне и так далее. Я и так мучился слишком долго.

– Мэт...
– Она поднимает руку, касаясь моей щеки.
– Прости... Я...

– Запуталась.
– Заключаю за неё.
– Хорошо. Я подожду. Но только если ты будешь рядом со мной.

– Я всегда была рядом с тобой. Выбирала тебя, даже когда встречалась с Сашей...
– Создаётся впечатление, что до неё медленно, но верно доходит нужная информация.
– Но это не любовь... Это... Помешательство, страсть, привязанность. Что угодно, только не любовь. Она же не так проявляется. Это... Странно.

– Ревность?
– Она машет головой в отрицании.
– Не ври, рысёнок. Если бы ты не ревновала, ты бы не орала сегодня на весь клуб, что я трахал тебя большим членом и проворливым языком.
– Щёки малышки краснеют, и я с трудом сдерживаю улыбку.
– Желание. Ты хочешь меня. Даже не так. Ты хочешь только меня...

– Царёв, почему я раньше не замечала, что ты самоуверенный нарцисс?
– Прикусывает губу, сбивая меня с правильных мыслей.

– Потому что я стал им, когда ты наконец обратила всю себя в мою сторону.
– Беру её за руку и тяну на себя.
– Дальше. Бабочки в животе. Хочешь сказать, ты не чувствуешь их, когда я говорю тебе комплименты, когда улыбаюсь? Когда говорю, что хочу тебя. Когда говорю, что люблю...

– Матвей...
– Ёрзает на мне.

– Русь, сейчас полотенце сползёт, сиди ровно.
– Закрепляю на себе, обняв за талию.

– Раз уж я теперь твоя девушка, могу ли я получить свой заслуженный....

– Не можешь.
– Улыбаюсь как дурак, понимая, что она наконец-то моя. Пусть пока и не осознаёт, что окончательно и бесповоротно.
– Ты меня расстроила. Ты сказала, что хочешь детей, но не от меня. А я хочу детей именно от тебя, Руся.

– А ты... В меня...

– Прости. Я не думал об этом. Мне было слишком хорошо.
– Делаю первый шаг. Смысл спорить, когда можно помириться?

А я была слишком зла. Вот и сказала не подумав. Я так не считаю. Ну, в смысле, нет человека, от которого я хочу детей. Просто сейчас ещё рано. Прости.
– Обнимает меня за шею и целует в подбородок.

– Ты родишь мне троих.
– Улыбаюсь, целуя пухлые губы.
– Или даже пятерых...

– Ничего не треснет?
– Фыркает.
– Может, целую футбольную команду? Ну а что уже. Раз решили.

Я смеюсь. Мне действительно весело. Я чувствую себя счастливым. В этот день. В этот миг.

Руслана.

С такой счастливой улыбкой, как сегодня, я не просыпалась никогда. Руки Мэта тесно обнимают меня за талию, моя голова покоится на его плече, а ноздри улавливают свежесть геля для душа. У нас вчера ничего не было, и от этого почему-то только больше эмоций. Он хочет моей любви гораздо больше, чем моего тела. Но могу ли я её дать?

Осторожно приподнимаю голову, чтобы не разбудить его, и разглядываю его лицо. Во сне Матвей выглядит таким беззащитным — никаких масок, никакой самоуверенности, только спокойствие и умиротворение.

"Может, я слишком долго боялась?" — проносится в голове. Боялась довериться, боялась ошибиться, боялась, что дружба превратится в нечто хрупкое и болезненное. Но, глядя на Матвея сейчас, я понимаю: он не сломает то, что между нами есть. Он будет беречь это — так же, как берег и бережёт меня.

Мне просто нужно довериться. Открыться своим настоящим эмоциям. Почувствовать в полную силу.

Матвей приоткрывает глаза, ловит мой взгляд и улыбается — сонно, тепло, по-настоящему.

– Ты чего не спишь?
– шепчет, слегка потягиваясь.

– Думаю, - отвечаю честно.
– О нас. О том, как долго я отталкивала то, что на самом деле хочу.