Чтение онлайн

— Нет, я бухая, потому что борзая, — Кармина хлопнула его по плечу, — Маринелла здесь?

— Кто?

— Подружка моя, которую только что стибрили на площади.

— Кто из вас алхимик? — спросил один из гостей.

— Вы не из Генуи? — спросил второй одновременно с ним.

— Я, — ответил Симон.

— Да, — ответила Кармина.

— Ага, похож, — сказал первый спросивший, — Братва, мочи его!

На лестницу сверху выскочили два разбойника с большими ножами.

Двое разбойников, которым дон Убальдо поручил убить алхимика, честно пришли на площадь. Посмотрели на алхимика. Он у всех на виду и постоянно бегает. То к сцене, то на стену. Когда не бегает, то сидит рядом с… серьезным молодым человеком и двумя девушками. Одна из них к нему явно неравнодушна.

Догнать его и потыкать ножиком можно, но это выйдет настолько у всех на виду, что безнаказанно уйти никак не получится.

Поэтому они подумали-подумали и решили, что заберут девчонку. А когда алхимик за ней придет, тогда его и порешат. Если же он каким-то чудом заявится с группой поддержки, с братвой, с крышей, с демонами, то значит, он человек серьезный, и лучше отдать девчонку и сбежать. Разбойник, который готов умереть ради того, чтобы исполнить поставленную доном задачу, — большая редкость. Убивать-то они готовы, а вот умирать — не очень.

Фредерик и Симон выхватили мечи.

— Вот дерьмо! — отреагировал первый.

Второй тоже попятился.

Они рассчитывали, что «У Жабы» будет как обычно с десяток-другой блатных, но на стадии планирования не учли, что большинство этих рыл побежит поживиться на пожарах, а ближайший пожар вот прямо с крыльца видно.

Фредерик спокойно пошел на них, выставив меч перед собой, и разбойники попятились обратно на лестницу.

— Дай, подержу, — сказала Кармина.

Симон отдал ей свой мешок, тоже достал меч и пошел за Фредериком.

— Тяжелый, — сказала Кармина, — Что там у тебя?

— Остатки с фейерверка, — бросил через плечо Симон.

— Где девка? — пьяным голосом взвыла Кармина и ткнула пальцем в разбойников, — Выкупили, что не на лоха наехали?

— Вы кто такие? — спросил пучеглазый.

— Душегуб и плутовка, — Кармина плюхнула мешок на пол и усилила слова жестами.

— Под кем ходите, кого знаете?

— Ладри из Генуи. Знаем Лиса Маттео и Томазо Беккино. Хотели представиться вечерком, да вы сами пригласили.

— Алхимик с вами? — спросил один из разбойников на лестнице.

— А чо б не с нами. Вот этот седой хрен. Клеевое погоняло. С хрена вы стрелку забили? С хрена наехали по беспределу? На понт взять хотели? А с хрена сливаетесь? Девку нашу давайте, потом побазарим.

Фредерик уже заставил разбойников подняться до верха лестницы. Разбойники тихо перекинулись парой фраз.

— Девка ни нам, ни дону не нужна.

— Угу.

— С парочкой рамсов нет.

— Угу.

— Отпустим их, и этого алхимика замочим вдогонку.

— Угу.

В самом деле. Главное, что заставили алхимика прийти в Гадюшник, где его убивать не в пример сподручнее, чем среди бела дня на главной площади. Отдать девку, отпустить их всех, и, как будут уходить, кто-нибудь подбежит и ткнет его заточкой в спину. Или топором в затылок.

— Наверху ваша девка, — ответил старший, — Живопыр свой убери, щас приведу.

Фредерик остановился и опустил меч, но в ножны не убрал. Старший разбойник остался напротив него в таком же положении, а младший разбойник убежал, скрипнул дверью и очень быстро вернулся с Маринеллой.

— Базара нет! Всегда бы так, — сказала Кармина, — Смываемся, не поминайте лихом!

Сзади открылась дверь. Ввалились несколько человек с мешками.

— Гуляем, братва! — заорал первый, — Кому сапожки?

— Кому плащик? — подхватил второй, — Одеялко, простынка!

— Подушечка пуховая! — крикнула девушка.

— Братва, у нас гости, — ответил им старший разбойник с верха лестницы.

Фредерик и Симон обернулись. Положение крайне невыгодное. Внизу стоит Кармина с мешком. Если бы не перила, уже бы упала. Посередине узкой лестницы Симон и Фредерик. Выше их, между Фредериком и острым мечом старшего разбойника — Маринелла.

Сверху двое. Нет, скрипят двери. Уже троих видно, а сколько еще есть, пес его знает.

Снизу ввалились еще несколько. Теперь их уже с десяток.

— Ну чо, залетные, — сказал повар, — Побазарим по-нашенски?

— Ты ежей пугать не пробовал? — спросила Кармина, — Когда у нас в Генуе блатные наезжают на алхимика, он смотрит на звезды, щелкает пальцами, и вся малина сгорает нахрен к свиньям морским.

— А ты тут при чем?

Логичный вопрос, потому что девушка с мешком может и из Генуи, но совершенно не похожа на алхимика.

— Если я ща захерачу этот мешок в камин…

— Что будет?

— Веришь, нет, самой интересно.

Кармина прошла три шага, бросила мешок в камин и гордо повернулась к входу, уперев руки в бока.

— Падай, дура! — заорал Симон, — Ложись!

— А?

В камине громко хлопнуло. Мимо Кармины просвистела ракета «Рождественская звезда». Ракета задела ей плащ, но мокрое с зимней улицы сукно не загорелось. Вошедшие мародеры не успели отскочить, и ракета влетела в толпу.

Кармина с криком отскочила в сторону, врезалась в столик и повалилась на пол вместе с ним.

— Мама! Дьявол! Мадре де диос! — мародеры отмахивались от горящей ракеты голыми руками, отбрасывая ее друг к другу. На некоторых сразу занялись одежки, а пуховая подушка вспыхнула ярче ракеты.

Симон бросился вверх по лестнице, сгреб Маринеллу и вместе с ней рухнул на ступеньки под ноги разбойникам. Фредерик рванулся к Кармине.

Над головой Кармины в сторону лестницы просвистела вторая ракета. Врезалась в стену, отскочила и упала на пол, продолжая гореть. Из камина повалил густой вонючий дым и фонтаны искр. Это занялись мешочки селитры с сахаром.

Хлопнуло еще раз, и фонтан углей, искр и пылающей ваты выкатился в зал. Это запоздало сдетонировала ватная жаба.

Мародеры и разбойники со второго этажа, из каких-то дверей на первом, из кухни повалили на улицу. Фредерика с Карминой и Симона с Маринеллой вынесло потоком. Не раздумывая, они побежали к открытым воротам в городской стене.

— Тушите, сгорим же! — кричал вдогонку пучеглазый повар, — Помогите, люди добрые! Пожаааар!

К сожалению, все сколько-нибудь добрые люди, желающие помогать при пожаре, уже тушили дом по ту сторону ворот. Да и с пожарной дружиной в Гадюшнике дела обстояли неважно. Не у всех в бедном квартале хватает мозгов понять, что их дом следующий. Да и дом не их, а домовладельца. Да и не дом это, а халупа даже не сказать «из чего Бог послал», потому что Бог такого не посылает.