Чтение онлайн

– Да, последний из династии Сетепалов. Мне от него в наследство лодка осталась.

– А сама-то ловить умеешь?

– И ловить и править.

Мухома аж присвистнул.

– И волхва, и кухарка, и рыбачка, - хохотнул рыжий. – Мне б такую в жены.

– Да тише ты! – шикнул на него Яромир.
– Совсем забыл что происходит?

Заяц прекратил смеяться, но продолжил бубнить себе под нос нечто явно сомнительного содержания. Яра ничего не ответила и ускорила шаг. Веслав с трудом подавил в себе желание сбросить Зайца в воду.

Яра шла впереди, освещая путь факелом. Она знала наизусть каждый пирс, каждый поворот подземного города. Впереди тускло светились полукруглые арки выходов. Яра повернула на узенький пирс, дошла до его середины и остановилась подле достаточно внушительного одномачтового рыбацкого коча[5]. Женщина улыбнулась и погладила судно: больше всего Яра боялась того, что коч не пережил шторма.

– Вот это лодочка, - теперь удивлялся Витенег. Страж поморщился: ему вспомнилось недавнее путешествие на волхвовском судне. Но оставаться в пустом городе с золотыми витязями и спящими людьми ему хотелось еще меньше, чем пускаться в морское путешествие на судне доморощенной волхвы.

– Его зовут «Ярома», - представила судно Яра и поднялась по сходне на борт. – Он - наша с батюшкой мощь и сила. Есть у нас и простая рыбацкая лодка, но на ней мы до Большой Земли не доплывем.

За Ярой тут же вбежал Мухома, за зайцем поднялся Витенег и Веслав. Яромир отвязал швартовые от кнехт[6] и последним поднялся на судно. Богатырь втянул сходню на борт и вместе с Витенегом поднял якорь.

Яра взялась за стерно[7], от чего Мухома вновь рассмеялся.

– Дева на корабле – к беде, дева за штурвалом корабля… Перун меня храни! – рыжий взвыл от смеха. Витенег проговорил, что и ему это не по нраву, дева-кормщик. Веслав подумал, что он впервые согласен с Зайцем.

Яра сердито на них посмотрела, но стерно из рук не выпустила.

– Если среди вас есть тот, кто умеет править кочем и знает местные воды, - сухо проговорила она, - передам тому молодцу штурвал.

– Не слушай их, - заступился за Яру Яромир. – Правь судном, а мы за весла возьмемся. И да поможет нам Сварог.

Витенег отметил, что Яра и вправду правила аккуратно и уверенно. Может, даже, и слишком. Конечно же, подумал наемный страж, она же волхва. Но вслух Витенег свои мысли не выразил. Он работал веслами вместе с Зайцем по левому борту, а Яромир с Веславом – по правому. Ножка Яры отбивала для них ритм.

Когда «Ярома» подплыл к аркам выходов из дока, Витенег забыл о своих страхах перед молодой волхвой. Кто знает, что творится сейчас на открытой воде, охраняют ли огненные витязи стену Береса, позволят ли неведомые силы живыми до материка добраться?

Яркое солнце освещало пустынное море. Разрушенный деревянный порт Береса был безлюдным. Даже не кричали чайки. Неужели и они уснули странным сном? Но почему не спят они, беглецы на рыбацком коче? Витенег вновь покосился на Яру. Может, подумал воин, не все волхвы – плохие?

Плыли молча. Ветрило[8] решили не поднимать: ветра не было совсем. Интересно, где Стрибога Внук[9]? В мире стояла такая тишина, что даже Мухома молчал и греб усердно.

Утро разгорелось жарким днем: но путники старались не отдыхать. Ветра так и не появилось, и рассчитывать приходилось только на свои силы. Дети Сврога только раз поели, передохнули и вновь взялись за весла.

К вечеру Полоса Большой Земли сделалась ярче, из тумана появились далекие очертания прибрежных теремов. Подул легкий попутный ветер, и странники подняли парус, который помогал им грести. Небо наливалось красной медью, и Хорс купал золотой бок в водах Ледяного Моря.

– Интересно, что творится на берегу? – первым нарушил молчание Веслав. Царевич боялся того, что и на материке золотые витязи хранят сон почивших сынов Сварога. – Может, сразу поплывем по Белой реке?

– Мне, Веслав, врачеватель нужен, - ответил Яромир и поморщился: боль, забранная Ярой, медленно к нему возвращалась. – А нам всем – запасы для дороги, если решим путь по реке продолжать. Да и не думаю я, что сила захватчиков настолько велика, что усыпила и Большую Землю, - пожал могучими плечами Яромир.

– Ты не видел того, что видел я у них на корабле, - покачал головой Витенег. – Сила их Слов ужасна.

– Ты так и не сказал нам, как ты оказался на их флагмане, - подал голос Мухома, и все путники посмотрели на Витенега. – Может, ты – причина того, что нас их Слово не заворожило? Может, ты - один из них и ведёшь нас на погибель?

– Впервые мне по душе слова Зайца, - пробасил Яромир, гребя веслом.
– Что ты скажешь, брат-сварогин?
– богатырь бросил взгляд на гребущего у другого борта Витенега.

– Я хотел наняться на их судно помором. Я не знал, что «Вериладом» чёрные волхвы правят, - ответил Витенег.
– Главная их ворожея - дева в зеленом сарафане - приковала меня к мачте судна, чтобы я смотрел, как их змей морской столицу рушит. Я чуть Сварогу душу не отдал от страха. Тогда волхва решила, что я ум свой потерял, и сняла свою ворожбу. Видимо, чтобы силы свои на меня не тратить. Когда она покинула палубу, я прыгнул в море. Решил, что смерть в пучине вод не такая страшная, как жизнь в пленении чёрных волхвов. Но я сумел спастись, а потом и Веслава в воде заметил. Так что, чиста моя совесть.

– Чиста или нет - покажет время, - ответила Яра.
– Мы почти приплыли.

Солнце опустилось, и над прибрежными водами стелился туман. В небе парили чайки. Вечер был спокойным и умиротворенным, будто ничего страшного и не происходило на земле.

– Думается мне, не спят в Мореграде, - проговорила Яра, показывая на парящих птиц. – У Пяти Городов не летали даже птицы.

– Помоги нам Перун, - ответил ей Яромир, - чтобы не было на земле никакой ворожбы и черных волхвов.

Пирсы, вдававшиеся в море, оказались разрушены волной, многие корабли были разбиты, но были и такие суда, которые, как и «Ярома», чудесным образом не пострадали. Проступавшие сквозь туман очертания прибрежных построек говорили о том, что порт разрушен. Кое-где среди руин мерцали огни.

Гребцы подняли весла, и Яра продолжила тихо вести коч меж дрейфующих останков пирсов и судов. За развалинами порта можно было увидеть покалеченные крыши теремов, над которыми кружили птицы.

– Эй, кто плывет! – донеслось с берега. – Назовись!

– С миром плывем, - крикнул Яромир. – Не поднимайте стрел на нас!

На берегу стояли люди: у самой воды мужи с оружием, чуть дальше – любопытные, женщины и дети. Стоявшие впереди воины затащили коч на берег, и путники сошли с корабля на землю. Земля была мокрой, хлюпала. Одежда у многих встречающих «Ярому» людей была изорванной, некоторые были с перевязанными ранами.