Чтение онлайн

– Они зачарованы! – догадался Витенег, но было поздно: их лодочка уже скользила по воде меж серебристых судов. Музыка все играла и пела, уводя за собой в неведомые дали. Витенег чувствовал, как сон овладевает им, как тело становится мягким, а разум лишается воли.

Страж изо всех сил старался не поддаваться мороку. Он видел, как Яромир, хоть и борется отчаянно со сном, но сдается под натиском волхвовской ворожбы. Витенег встряхнул громилу, тот с трудом открыл глаза, прошептал нечто невразумительное и вновь провалился в сон. Мухома и Веслав спали. Витенег выругался и стал грести изо всех сил. Движения стражу давались тяжело, мышцы ослабли, но, через силу, Витенег продолжал работать веслами. Он сам не знал, почему у него получается противостоять чарам волхвы в зеленом сарафане. Что это именно ее ворожба Витенег не сомневался. Наверное, пережив ее чары на корабле, когда она приковала его к палубе, чтобы он смотрел на весь творящийся ужас, Витенег стал обладать частью ее силы. Сварогин помнил, как однажды, во время одного из путешествий, когда он в качестве наемного витязя сопровождал торговый караван зажиточного купца, он повстречал лесного волхва. Отшельник вышел к ним на стоянку с просьбой о подаянии. Дедушку накормили и напоили, а волхв отвечал на вопросы мирян. Не на все, конечно, чаще он просто улыбался, но на некоторые старец отзывался охотно. Витенег спросил служителя Богов, может ли волхв поделиться своей силой с другим человеком, который не обладает навыками в ворожбе. Старче, хитро так, улыбнулся и сказал, что любая ворожба, волхвом направленная на человека, непременно часть силы волхва дает тому, на кого обращены чары. Истина же в том, говорил лесной волхв, что сила Велеса есть у каждого сварогина. Голубые, как небо, глаза древнего старца, смотрели ярко и остро. Старик улыбался. «Просыпайся, - проговорил он мягко. – Иначе будет поздно».

Витенег открыл глаза и ужаснулся: ледяной страх тут же развеял сон. Воин находился в лодке с неизвестными людьми, которые крепко спали. Один из них, громила, был ранен. Его разрезанная щека сильно опухла. Худощавый рыжий и юноша лет восемнадцати. Все в просаленных, с белыми разводами, одеждах. Их суденышко с обгоревшими палками вместо весел болталось в море меж серебряных кораблей без парусов. Ветра не было. Вода стояла, будто не в море, а в лесном болоте. Витенегу стоило больших трудов вспомнить о том, как он здесь оказался. Это воспоминание окатило новой волной страха. Хорс еще висел над горизонтом низко, хотелось пить. Если не начать работать веслами прямо сейчас, можно погибнуть меж зачарованных судов от жажды и голода.

Витенег налег на весла. Сил почти не осталось, но он греб, надеясь преодолеть строй кораблей до того, как очередная волна сна поработит разум. Каждый взмах палкой давался непосильным трудом. Лодка плыла очень медленно: палки не обеспечивали отдачи выструганных весел, и вместо одного гребка приходилось делать несколько.

Судам, казалось, не будет конца. Их ровный сверкающий строй походил на страшный, бесконечный морок. Витенег снова услышал песню. Ну уж нет. Он не сдастся. Раз Боги оставили его в живых после бегства с зачарованного корабля и огненные витязи его не заметили, раз он один из тех немногих, кто выжил в бедствии, ему просто нельзя умирать такой глупой смертью в зачарованных водах. Чтобы не слышать слов волхвы, Витенег запел свою песню.

Среди далеких вод морских

Есть чудо-остров.

Не бывает там тоски,

Попасть туда не просто.

На той земле, средь скал седых

Есть дивные Врата.

Что в мир божественных святых

Ведут Волхва.

Предстань ты перед руной Рок,

О, странник-волхв!

Предстань, и протруби в свой рог,

Певец миров!

Коли чиста душа волхва -

Откроются врата.

Коли черна душа волхва -

Разверзнется земля.

Ну же, странник! Труби в свой рог!

С каждым словом, спетым стражем, разум прояснялся, сил прибавлялось. Витенег пел и плыл, смотря на маленькие круговороты воды, которые оставляли его палки. В брызгах отражалось восходящее солнце. Витенег пел и плыл, пока не заметил вдруг, что не осталось рядом кораблей, а плывет он по чистому морю, и снова плещутся волны. Витенег обернулся: прямо по курсу, на фоне светлеющего неба, высился белокаменный Берес.

___

[1] Ристалище - Площадь для гимнастических, конных и других состязаний (устар). В Сваргорее так называли и открытые, обустроенные на манер амфитеатра, театры.

«Верилад» встал на якорь у главной пристани столицы, напротив парадных ворот Солнцеграда. Армада сияющих кораблей окружила город.

Витенег долго стоял, не в силах пошевелиться, несмотря на то, что ворожба более не довлела над ним. Бывший страж слышал сотрясающее воздух рычание морского змея, гулкий грохот рушащихся зданий. Глядя на творящийся ужас, сварогин размышлял, кто, зачем и почему решил напасть на столицу? То, что приведенная армада дело рук корабельных волхвов, он не сомневался. Неужели остались еще могущественные чародеи, способные на такую ворожбу? Более всех Витенег боялся женщины в зеленом сарафане, которая молвила мужским голосом. Вот кого сварогин не хотел больше видеть. Никогда.

Витенег посмотрел на море. Вода мягко плескалась о корабль, словно и не было смертельной бури. Повсюду плавали деревянные руины Идры, мусор, остатки тентов и одежды, грязные тряпки, тела. Кое-где еще тлели головешки. Пахло горелой плотью. Витенег чувствовал, что готов на все что угодно, лишь бы не оставаться на корабле. Он уже собрался было прыгнуть в море, как вновь услышал голоса. Мужчина прислушался. Говорила волхва и Мирин, оба стояли ниже полубака, на палубе.

– Как же покинут кочеды свои суда? – удивленно спросил Мирин.

– Кочеды не покинут корабли. Кочеды будут петь песнь, - ответила волхва.
– Суда покинут духи тех воинов, что спят в парусах. Духи всех тех, кто погиб в море сегодня, тех, кто погиб в море раньше и не отправился в златой Ирий. Полоз даровал им новую жизнь морских витязей взамен на их служение.

– Так в парусах спит войско самого Полоза?
– в голосе мужчины было слышно такое удивление, что у Витенега ни осталось никаких сомнений в том, что всем происходящим заправляет красавица в зеленом.

– Да. В парусах – их души, - продолжила женщина.
– А нам с тобой предстоит отправиться в Солнцеград, и оттуда я призову витязей и спою кораблям песню, которую подхватят кочеды и сам Полоз. Одной мне такое Слово пока не по силам.

– На Большой Земле могли заметить происходящее в столице, - заметил Мирин.

– Не могли. Они не слышали ничего, кроме бури моря, благодаря Слову Полоза и волнам, которые воспел Бог морей. А сияющие корабли все еще скрывает от Большой Земли моя песнь и песнь Полоза. Песнь будет литься до тех пор, пока не придет время явить людям Дары.

Витенег понял, что не может больше слушать. Чем дольше он медлит, любопытствуя, тем меньше шансов у него на успешный побег. Пока те двое слишком заняты своими планами, они могут какое-то время не замечать его отсутствия. Главное успеть уплыть как можно дальше от корабля и затеряться среди мусора. Хотя, у Витенега были большие сомнения в том, что мусор может служить убежищем от волхвы. Он так и не понял, почему из всех жителей Солнцеграда чудесного спасения удостоился только он. Не к добру это.

Страж перелез через борт. Внизу о корабль бились какие-то доски. Опасно. Но оставаться на корабле еще опаснее. Витенег вдохнул глубже и оттолкнулся от борта корабля.

Вода приняла Витенега своими холодными объятиями не причинив вреда. Мужчина не вынырнул, а, совладав с течением, поплыл под водой. Сердце бешено стучало. Кто знает, чем обернется его побег, если на «Вериладе» заметили его прыжок. Пусть лучше сочтут его мертвым.

Витенег плыл, держась изо всех сил, пока грудь не начало резать нестерпимое желание вздоха. Витенег стал медленно выпускать из легких воздух, стараясь как можно дольше оставаться под водой. Когда сил уже не осталось, мужчина поднялся на поверхность и жадно вздохнул. Сделав несколько глубоких вдохов, он нырнул вновь. Накативший страх гнал его как можно дальше от зачарованного корабля. Сварогин не обращал внимания на трупы и мусор, на останки города. Слова волхвы о том, что с парусов будут спускаться мертвые, все еще звучали в ушах. Хуже встречи с мертвецами было только то, что волхва могла его найти. Витенег, изредка выныривая чтобы вдохнуть, плыл недалеко от стены, прячась за обломками порта. Мужчина хотел оплыть поворот стены и, спрятавшись в одной из ниш у ее основания, решить, что делать дальше. Когда Витенег обогнул поворот стены, и «Верилад» скрылся из виду, сварогин с облечением заметил, что погони за ним не было.