За все рассчитаюсь с тобой!
Шрифт:
— Эта банда шутов хотела поиграть в жестоких людей, — сказал я. — Ты идешь со мной, маленькая?
Она встала и подошла ко мне. Я обнял ее за талию. Ее колени дрожали.
— Ты хочешь быть мне полезной? — спросил я, прижимая ее к себе.
— Да, — ответила она.
— Пойди в комнату и положи несколько вещей в мой чемодан. Все самое лучшее, остальное оставь. И торопись.
Она прошла мимо полицейских, не взглянув на них, и исчезла в комнате.
— Известно ли кому-нибудь из вас, с какой скоростью я могу пустить в ход оружие? Если кто-то интересуется этим, так я могу устроить эту демонстрацию, — весело проговорил я, засовывая «люгер» за пояс.
Никто не пошевелился. В комнате их было восемь человек. Они слишком боялись и не рисковали даже моргнуть глазом.
Я закурил и пустил дым в нос Флагерти.
— Вы хорошо повеселились, ребятки, — сказал я, — теперь настала моя очередь. Я приехал сюда на курорт. Все, что я хотел, это хорошо провести время и истратить свои деньги. Но вы — хитрые ребята. Вы решили убрать Херрика и свалить это дело на меня. Херрика вы получили, но меня получить много труднее. Я узнаю, почему вы хотели избавиться от Херрика. Попробуйте помешать мне, если сможете.
Они по-прежнему молчали.
Я сделал знак ирландцу, чтобы он приблизился. Он переставлял ноги так осторожно, будто шел по яйцам, руки его были подняты вверх.
Я угостил его на прощание приличным аперкотом, он упал на Флагерти, и они оба сели на пол.
Мисс Бондерли вышла из комнаты с одним из моих чемоданов. — Подожди меня около двери, дорогая, — попросил я. Я подошел к окну, отодвинул штору и извлек коробку из-под сигарет. В ней лежали восемнадцать тысяч долларов, все мои деньги для каникул.
Я даже не утруждал себя наблюдением за этими людьми. Либо моя репутация котировалась в Парадиз-Палм слишком высоко, либо они были попросту жалкими трусами.
— Пошли, — сказал я мисс Бондерли.
Она открыла дверь.
Я повернулся к Флагерти:
— Если тебе хочется, можешь бежать за мной. Мне не слишком приятно устраивать потасовку, и я никогда не начинаю первым, это нежелательно. Привет!
Он остался сидеть на полу. Он молчал, но глаза его были полны ненависти. Я взял мисс Бондерли под руку и мы прошли к лифту. Я нажал на кнопку, и через две секунды появилась кабина. В ней находился тип, который поклялся, что поднимал ко мне Херрика.
Я вытащил его из кабины и ударил между глаз. Он упал на пол и старался не шевелиться.
— Мы спускаемся, — сказал я лифтеру, который продолжал лежать неподвижно, и с улыбкой закрыл дверцу.
Глава 2
ПРЕСЛЕДОВАНИЕ
— Им известно, где ты живешь? — спросил я у мисс Бондерли, выводя «бьюик» из гаража отеля. Она покачала головой.
— Ты уверена в этом?
— Да. Я только что переехала на другую квартиру. Этого еще никто не знает.
— В таком случае, мы поедем к тебе, и ты возьмешь свои вещи. Где это?
— О, нет! Уедем поскорее. Я боюсь!
— У нас еще есть время — тебе совершенно не нужно бояться. Если мы не допустим ошибок, они нас никогда не поймают. Где ты живешь?
— На углу улицы Эссекс. Я кивнул головой.
— Понял. Я как-то проезжал мимо и хорошо знаю это место. Я посмотрел в зеркальце. Преследования пока не было видно.
— Нам многое надо друг другу рассказать, — небрежно проговорил я. — За нами пока не следят. Она вдруг задрожала.
— А если нас поймают?
— Они показали себя недостаточно ловкими для этого, — возразил я.
В глубине души я не был столь спокоен, так как не знал, известен ли им номер моей машины. Записан ли он в отеле, и сколько потребуется времени для того, чтобы служащий сообщил об этом Флагерти. Я спрашивал себя, где можно спрятаться? Не лучше ли побыстрее покинуть город? Удаляться слишком далеко не хотелось, потому что я наметил себе цель: захватить Киллино и вывести его на чистую воду.
— Послушай, — обратился я к мисс Бондерли, — нет ли в городе или в окрестностях места, где бы мы могли спрятаться без особого риска?
Она вся тряслась от страха.
— Надо уехать поскорее. Если нас поймают, ты даже не представляешь, что они со мной сделают!
Я похлопал ее по руке и едва не задавил какого-то типа, который неожиданно выпрыгнул на дорогу. Мы обменялись приветствиями.
— Спокойно, — ответил я ей. — Нас не поймают. Но так как полиция перекроет все дороги, ведущие из города, нам следует спрятаться до тех пор, пока они не успокоятся.
— И все же лучше уехать сейчас!
— Успокойся. Нам на три-четыре дня необходимо хорошее убежище. Подумай получше!
Мы подъехали к углу улицы Эссекс и остановились у довольно обшарпанного дома с меблированными комнатами.
Бегом бросились к входной двери, поднялись по лестнице и влетели к ней в комнату. Она собирала свои веши с такой быстротой, будто за ней гнался сам черт. Чемоданы уложила в три минуты.
— Браво! — сказал я, беря у нее из рук вещи. — Быстро, поехали!
На площадке я остановился и прислушался.
— Что такое? — шепнула она.
Телевизор у соседей передавал сообщение полиции, касающееся нас. Жителей Парадиз-Палм предупреждали о моем бегстве.
— А на тебя какое впечатление произвело, что тебя назвали «блондинкой — убийцей»? — спросил я с усмешкой.
Она толкнула меня и побежала по лестнице, но внизу остановилась. Из салона вышел какой-то человек и смотрел на нее, разинув рот.
— Эге! Подумайте только! — проговорил он, делая шаг по направлению к ней. — Не так быстро, вас ищут!
Мисс Бондерли издала легкий испуганный крик и хотела бежать снова вверх по лестнице, но он схватил ее за руку.
— Меня тоже разыскивают, — сказал я, медленно спускаясь по ступенькам.
Человек выпустил мисс Бондерли, как будто его укусили. Он отступил, лицо его побледнело.
— Я ничего не знаю… Я ничего не видел, мистер… — произнес он сдавленным голосом.
— Это мне тоже показалось, — улыбнулся я ему. — Где находится твой телефон, кретин?
Он показал мне на комнату, из которой вышел. Кивком головы я указал ему на дверь, и он вошел в квартиру. Я последовал за ним.
Мисс Бондерли прижалась к стене. Как она была прелестна, когда прижималась к стене в моей комнате в отеле! Правда, сейчас она была одета. В этом заключалась вся разница.