За Живой Водой
Шрифт:
– Даже видии приезжали к нашему графу, когда я был ещё мальчонкой, и осветили тот родник, - добавил Триот. – Правда, он пересыхает летом, а зимой замерзает. Это еще повезло тебе, тетушка, что твой сын успел набрать воды.
– Да, да, - усмехнулась Зиза. – Я вначале не поверила ему. Послала же паренька к горам, чтоб он делом занялся. А то всех девок в деревне уже перепугал. Так он принес мутного снадобья. Я попробовала водицы и надсмеялась над ним: мол, ключевая обычная вода, только грязноватая. А, нет, потом я почувствовала её волшебные действия: спать стала лучше, от простуды излечилась. А сынок мой ушел в Аману, - шепнула она слуге, - уже, наверное, вступил в какой-нибудь отряд, и скоро они освободят те земли от гнета господских оброков.
– А что вода и вправду живая? – не верил своим ушам Дуглас. – Залечивает любые раны и избавляет от всех болезней? Даже мертвого подымет?
– Ну, мертвому лучше не подыматься, а ступать в морские глубины бога Моря. А вот больным вода помогает, и от кровососов, ведьм и других нелюдей точно защищает, лишает их нечистой силы, - заметила Зиза. – Я же говорю, что к нам даже видии приезжали. Но нельзя распространяться об этом источнике, не то пропадет его сила. А чтобы точно излечиться следует самому пойти в разрушенный город, ибо теряются со временем чудодейственные свойства. Наш граф владеет теми землями. Несколько лет назад там ещё стояли день и ночь стражи, но после граф перестал им платить, ибо желающих попасть за стены стало не так много. Это поначалу наш родник наделал много шума во всей Далии, его ведь нашли лет тридцать назад. А затем народ успокоился. Видно, привык уже жить своей жизнью без живой воды и помощи богов.
– И как пройти в те места? – Дуглас размышлял про себя, что не стоило сразу же доверять словам крестьян, которые может и не знали, что такое живая вода, но не помешало бы проверить их рассказ.
– На быстрых лошадях вы за день доберетесь до гор, там и найдете развалины Равенны, города, разрушенного гарунами, где жила принцесса Мория.
На следующий день, едва поднялось солнце, две лошади уже мчались на восток по свежевыпавшему снегу, засыпавшему дороги. В пути всадники мало общались. Холодный ветер обдувал лица, закутанные по глаза шерстяными повязками. К вечеру Дуглас предложил искать подходящее место для ночлега, они уже оставили позади немало лиг, скача с недолгими передышками в пути, и следовало остановиться.
– Впереди уже простираются отроги Пелесских гор, - заметил Дуг. – Мы могли бы разжечь костер за одним из каменных валунов, который защитит нас ночью от холодного ветра. Я насобираю валежника, пока ещё не стемнело.
– Зачем мы так далеко зашли на восток, Дуг? – спросила Имира. – Мы же собираемся поскорее попасть в Легалию, нам надо было держать северного направления. Здесь мы не найдем ни одной деревни, ни одной заброшенной избушки.
– Завтра мы доберемся до развалин города. Там будет много заброшенных домов, - усмехнулся рудокоп.
– Ты настоящий чурбан, простолюдин от головы до пят. Разве можно так отвечать дамам, Дуглас! Вчера я отказалась от предложения графа выйти за него замуж, отказалась от спокойной тихой жизни в Лавиторе, от наследства, которое мне обещал старик, потому что я ему рассказала, что моя семья разорена, и вот сегодня я опять в обществе, где нет никаких понятий о почтении и уважении.
– Ты сама избрала мое общество, Им. У тебя уже было много возможностей от него избавиться. Зачем тебе в Легалию? Неужели в дворянских кругах принято лгать?! О каком дворянине на воинской службе в Легалии ты рассказывала графу?
– Даже мой вымышленный жених его не остановил, - засмеялась графиня. – Но как я уже устала от этих восхищенных взглядов, клятв верности, признаний в любви! Это все пустое, оно очень быстро растает в прозрачном воздухе вечности.
Дуглас внимательно посмотрел на свою спутницу. Имира крепко держала за уздечки лошадей и пыталась привязать их к каменному выступу. Он подумал, что в её фигуре, походке, каждом действии было, чем полюбоваться. И во время пути парень часто ловил себя на мысли, что не отводит глаз от благородной подруги, её высокого чистого лба, свежих губ и сверкающих глаз. Имира ещё раз засмеялась, посмотрев на Дугласа, и рудокоп продолжил поиск сухих дров под большим деревом вблизи каменных исполинов.
– Граф не рассказывал тебе о последних слухах, гуляющих по округе? – спросил Дуглас, возвращаясь с охапкой хвороста.
– Нет. Думаю, за эти дни он совсем позабыл о делах!
– Все деревенские жители испуганы нападением кровососа, упыря, который убил маленькую девочку в поселке под Корлиной. Помнишь, мы даже проезжали те места неделю назад?
– Нет, не помню.
– Мы остановились у землепашца. Тебе еще пришлось ночевать на печи вместе с его десятилетней дочкой!
– Ну и что? Все эти рассказы об упырях просто вымысел пугливых крестьян, - Имира ответила безразличным тоном, при этом нахмурив лоб.
– Я слышал, что в развалинах Равенны появился источник с живой водой, который исцеляет людей и помогает бороться с кровососами. Стоит туда заглянуть!
– Что? Мы зайдем в Равенну? Это проклятый город, Дуг! Он пал после осады гарунов, когда принцесса-ведьма больше не могла сдерживать их нашествие. Но её колдовство могло до сих пор там сохраниться.
– Я считал, что только черноморцы называют морийскую принцессу ведьмой, - удивился Дуглас. – Оказывается, в этом признаются и моряне.
– Назавтра мы двинемся сразу же к реке, что на границе с Легалией. Я не собираюсь терять время в этих развалинах, где не сыскать ни одной живой души, - властно заявила Имира.
– Я отправился в путь за живой водой, и если ты не хочешь идти со мной, то утром мы спокойно разойдемся, Им.
– Ты бросишь девушку одну посреди этих снегов и высоких гор? Конечно, вы крестьяне не отличаетесь благородством, но я ведь обещала тебе заплатить!
– Ты знаешь, почему я тебя сопровождаю. Я думал, что смогу хоть как-то тебя защитить в пути, но вижу, что ты и сама в силах о себе позаботиться, раз так беспечно отказываешься от живой воды, которая сможет укрепить наши силы и излечить меня!
– Дуг, - усмехнулась релийка, - это все бредовые россказни. Никакой живой воды здесь нет. Поверь, это все просто болтовня челяди! И нам не стоит задерживаться, у тебя и так мало времени.
– В любом случае завтра мы заглянем в старый город, - спокойно ответил Дуглас. Он решил хоть раз не уступить этим манящим глазам и зазывающей улыбке.
С первыми лучами солнца Имира разбудила своего стража, который проспал большую часть ночи, когда девушка дежурила у костра. Но ночное бдение не отняло у графини сил и бодрости. Она немедленно решила отправляться в дорогу. Всадники скакали на север вдоль горной гряды, и очень скоро их взору предстали высокие полуразрушенные каменные стены. От бывшего глубокого рва вокруг города остались лишь неровные спуски и подъемы, засыпанные сугробами. Имира повернула влево, чтобы поскорее объехать останки столицы. Дуглас последовал за ней. Но когда они добрались до высокой арки ворот, на которой до сих пор сохранились старинные рисунки и приветствие усталым путникам, парень спешился и повел свою лошадь внутрь города. Графиня осталась поджидать его у входа, попросив не задерживаться.
Дуглас шел вдоль повалившихся крепостных стен. Он переступал через полусгнившие деревянные балки, разбросанные повсюду камни, глиняные черепки, но не углублялся в старые постройки, лежавшие в руинах, медленно двигаясь сквозь сугробы по открытой местности. Вскоре ему пришлось оставить Черныша, так как с лошадью было не пройти по куче старья и останкам разрушенных домов. Дуглас погладил животное по черной блестящей гриве, прося вести себя спокойно и смирно. При этом он прислушался к голосу верного друга. Под снегом находились подвалы каменных строений возле ступеней, что вели на стены города. Животное чуяло там проточную воду. От былых роскошных дворцов сохранились лишь первые этажи с опавшей крышей. Дуглас перебрался через заваленный проход и оказался в сыром темном помещении.