За Живой Водой
Шрифт:
За ужином тайя была как никогда прежде хмурой и молчаливой. Она совсем не слушала новости Гии из дома, откуда послушница получила письмо, а уныло представляла предстоявшее мытье полов в самых темных покоях монастыря, потому что нынче из её головы совершенно вылетели основные цвета морийского герба. К тому же Лисса была недовольна, что Ланс уже целый час как не появлялся в её голове, а Элозина не заходила в столовую ни в обед, ни вечером, так что боевой настрой девушки совершенно испарился.
– Она уже около дверей, - наконец, отозвался возвратившийся дух. – Я хотел подставить ей подножку по дороге, чтобы окончательно подпортить дурное настроение принцессы, но забыл, что могу колдовать только из солонки.
Девушки как обычно поднялись, приветствуя Элозину и её подруг. Релийка бежала меж рядов, не обращая внимания на поклоны и ища кого-то взглядом. Она быстро прошла мимо стола, за которым сидела Лисса, и направилась вглубь залы. Тайя решила, что даже из-за такой рассеянности соперницы она не станет менять своих планов и нынче в разговоре с Элозиной непременно возьмет вверх. Ланс уже предлагал угрозы, которые возымеют наибольшее действие над спесивой дворянкой.
– Ты скоро разоришь своего отца, раздавая его деньги грязным служанкам, Эл!
– крикнула Лисса в спину девушки.
Приближенные принцессы обратили назад недоуменные взгляды. Элозина тоже остановилась. Но казалось, что она совсем не услышала оскорбительных слов. Релийка посмотрела на своих подруг и медленно двинулась далее между столами. Свита последовала за своей госпожой. В самом конце залы сидела одинокая девушка. Высоко задрав голову, которую украшала серебряная диадема, Элозина направилась прямиком к ней. Лисса негодовала, но кричать через всю столовую она не решилась, молча наблюдая за принцессой, которая как всегда привлекла к себе всеобщее внимание.
За недели, проведенные в монастыре, Лисса знала в лицо всех послушниц, ведая кто, откуда родом, насколько богат и когда собирается покинуть эти стены. Но девушка, сидевшая на задних скамьях, показалась ей новичком, хотя Лиссе не удалось рассмотреть её лица. Послушница поднялась лишь, когда Элозина подошла вплотную к её столу. Она почтительно поклонилась релийке, и принцесса гордо повернула к своему месту у окна. Все девушки в зале нетерпеливо ждали, когда будут произнесены слова благодарности богам, чтобы они смогли продолжить трапезу.
– Дорогие мои подруги и слуги, - раздался громкий голос Элозины, - сегодня невероятно скорбный для всех нас день, ибо я не могу обратиться к нашему защитнику Морю. Эти покои оскверняет недостойная для святых молитв особа.
Взгляды многих оборотились назад. Лисса хотела спросить Гию о новенькой послушнице, которая спокойно присела на свое место, едва шествие дворянок завершилось, но не решилась нарушить воцарившуюся тишину.
– Из-за этого мы не сможем сегодня утолить голод и набраться сил для нового служения богам, - продолжила Элозина. – Зойта, Бри, прогоните эту нечистую из нашего зала! – принцесса властно посмотрела на своих прислужниц, и те испуганно переглянулись, не решаясь возвратиться к дальнему столу.
Но их старания оказались не нужны. Незнакомка сама медленно двинулась к выходу, спокойно оглядывая замеревших около своих мест послушниц. Лиссе удалось рассмотреть девушку, лишь когда она проходила мимо стола тайи. Она была чуть ниже ростом, короткие черные волосы оканчивались у подбородка, на лоб спадала аккуратная челка, белая косынка покрывала прямые плечи. На привлекательном лице выделялись темно-голубые глаза и алые слегка улыбавшиеся губы.
– Никак это она и есть, - отозвался Ланс. – И я непременно выясню, в какой келье остановилась ведьмочка.
Ужин продолжился в обычной обстановке. Разве что за каждым столом шепотом обсуждали возвращение наказанной дворянки. Кри рассказывала своим собеседницам о ссорах между принцессой и непокорной послушницей, так как была единственной из их компании, кто пробыл в монастыре более полугода. О том, что Лисса бросила вызов принцессе, все позабыли, да и сама тайя не собиралась вновь возвращаться к этому. Она верно рассудила, что теперь в голове у Элозины появилась другая заноза, и может быть её персона будет на время забыта.
Лисса рассеянно слушала Ланса, вытирая тряпкой холодный пол в книжной зале. В Доме уже почти затихли разговоры и шаги по коридорам.
– Ланс, почему ты не можешь мне помочь? – устало сказала она духу, осматриваясь вокруг. Оставалось ещё большая часть работы.
– Я могу вылить воду на пол, но вытирать её все равно придется тебе! Но ты меня совсем не слушаешь, Лисса! Значит, она зашла в келью у гостиного зала в другой части главного коридора. Ани выделила ей комнату для гостей, которая намного просторнее и светлее твоей.
– И что?
– Я тебе уже час твержу, что надо поскорее закончить с уборкой и навестить эту колдунью, - вздохнул Ланс. – Тебе следует узнать, когда она стала ведьмой, что может делать, как она колдует. Ведь если она попытается как-то использовать свою силу ещё раз, может рухнуть дом!
– Ты просто преувеличиваешь, Ланс. Ты уже сколько раз колдовал, и ничего не случилось. И единственное, почему я может быть её навещу, это чтобы расспросить о побеге. Но не сегодня, я ужасно устала!
– Ты должна пойти и объяснить ей, как следует наводить чары. С тобой я не колдую, я просто пытаюсь что-то наколдовать. Я использую твои силы, а их совсем недостаточно. Я не могу даже поднять тебя в воздух, особенно сейчас, когда ты устала.
– А ведьмы это могут?
– Я думаю, что да!
– Ланс, ты ничего не знаешь и не помнишь о ведьмах. А к тому же, как я ей все объясню? Что сказать для начала? Ведь ты сам признаешь, что её общество опасно. Может она разозлится и обратит меня в какую-то гадость!
– Это могут делать лишь боги. Хотя в давние времена было в силах и колдунов. Ты просто сходи к ней, познакомься. Скажи, что раньше встречала ведьм и знаешь, что им по силам. А потом расскажешь, что использовать её способности необходимо очень умело... Я буду тебе подсказывать!
Следуя указаниям Ланса, после уборки Лисса медленно потащилась по тихим коридорам дома. Она постучалась в дверь. Никто не ответил. Девушка решила, что хозяйка уже вероятно спит и хотела повернуть назад, но дух настоял, чтобы она вошла.