За Живой Водой
Шрифт:
– Элозина обещала мне помочь с деньгами, если я принесу ей цепочку, - продолжала дворянка, с надеждой осознав, что Лисса не трогается с места. – У меня не было другого выхода. Моим родителям нечем платить за мое обучение, но если меня выгонят из монастыря за кражу, это будет ещё больший позор для семьи! – Зойта закрыла заплаканное лицо руками.
– Но ты же графиня. У твоей семьи большие земли, – недоуменно произнесла Лисса. Она присела на край кровати, жалостливо глядя на соперницу.
– Крестьяне опять подняли восстания в Амане. Наши владения находятся на севере Далии у самой границы. Война уже охватила те края, и я совсем не получаю известий из дому.
– И сколько золотых тебе обещала Элозина?
– Пятьдесят.
– У меня нет таких денег, - задумалась Лисса. – Но я дам тебе двадцать золотых, чтобы ты хоть немного расплатилась по долгам. Возвращайся к хозяйке и скажи, что не смогла отыскать солонку. Может за это тебе тоже что-то перепадет.
Девушка закивала головой, соглашаясь исполнить слова Лиссы.
– И ещё, - громко продолжила тайя, - больше я не хочу видеть тебя на своем пути. Ты должна стать моей помощницей, а не врагом, иначе я все расскажу Леденее. Уж если не за это, она найдет другое, за что тебя наказать. Ты будешь исполнять все мои поручения и докладывать мне о планах Элозины.
– Хорошо, - девушка поднялась на ноги и оттерла слезы с опухшего лица. – Я все сделаю, только не выдавай меня!
– Можешь сказать своей принцессе, что я и про неё могу рассказать Леденее. И тогда хоть один день, но она посидит в подвале, где очень холодно и много-много крыс!
Наутро послушницы как обычно поглощали завтрак, обсуждали свои поручения, жаловались на наставниц и описывали своих будущих мужей. Лисса не заметила среди свиты, тихо сидевшей на своем обычном месте в зале, релийской принцессы. Когда дворянки поднялись и направились к выходу, принимая отвешиваемые поклоны, тайя поманила к себе рукой Зойту, боязливо поглядывавшую в её сторону. Графиня медленно подошла.
– Садись со мной за стол, - велела ей Лисса. – Составишь мне компанию.
– Но ведь мы договорились, что я буду и дальше служить Элозине, - шепотом ответила Зойта, присаживаясь на край противоположной скамьи. – Нам не следует встречаться при всех.
– Ты будешь общаться со мной, когда я этого захочу. А если Элозине это не понравится, тебе придется покинуть её общество. Кстати где она?
– Ей нездоровится. Я передала ей, что была поймана на месте преступления, потому что порошок оказался не так хорош, как было обещано. У неё нынче разболелась голова, и я должна принести ей завтрак в келью.
– Хорошо, - сказала Лисса, размышляя над услышанным.
– Она опять впала в состояние вечного недовольства и нытья, в котором бывает каждый раз, как не достигает задуманного, или как встречалась с ведьмочкой. Теперь от неё не дождешься ни одного подарка. Правда, утром она дала мне обещанные золотые.
– Вижу, ты довольна. А что это за ведьмочка?
– Была здесь одна дворянка, - ответила Зойта. – Она, как пришла сюда год назад, вела себя будто всё и всех знает. На Элозину не обращала никакого внимания. Она сразу была послана с поручениями в книжную залу и никогда не выполняла задания на кухне или во дворе. Это, конечно же, злило Эл. Наставницы были с новой графиней вежливы и приветливы, хотя та никогда не дарила им такие подарки, как принцесса. Вот между ними и начались ссоры. Элозина услышала, как Вив зовет девушку ведьмочкой, и стала так к ней обращаться. Та не особо обижалась, но когда Эл подсыпала ей в еду перца… Что было!
– А где она сейчас?
– Ведьмочка? Она, видимо, не выдержала такого обращения с собой и решила сбежать из монастыря. И ей действительно удалось – она прошла мимо стражников. Через несколько дней один из них принес её всю грязную и обессиленную из лесу, где она заблудилась. Это было ещё прошлой весной. Потом она повторила попытку – и тоже неудачно. Но за это матушка её наказала, и теперь она томится в одном из подвалов дома. Элозина тогда ещё предлагала Ани выгнать эту девчонку из стен монастыря за неподобающее поведение.
– И надолго её наказали?
– По-моему, у неё нет родных. Говорят, что она убила их всех, за это её и называют ведьмой! Я думаю все земли, принадлежащие ей, теперь отошли к Ани, и матушка не может выгнать эту разоренную дворянку на улицу. Вот та пока и томится где-то в подземелье. Пускай Море и Тайра продержат её там до конца нашего обучения. Если её выпустят, Элозина опять заставит нас за ней шпионить и пакостить, пока ту не накажут вновь.
– А как ей удалось сбежать из монастыря?
– Я не знаю, но это было очень глупо с её стороны. Хотя терпеть все выходки Элозины… Тебя может ожидать то же самое, Лисса.
– Я и сама хочу поскорее убраться отсюда. Поэтому если ты мне поможешь… То есть ты должна мне помочь! – Лисса внимательно посмотрела на свою собеседницу. – Узнай, как прошла мимо стражи эта ведьмочка!
– Ты что?! За подобные расспросы меня сразу отправят в подвал или надают оплеух. У ведьмы нет никого из родных, ей можно не опасаться родительского гнева, но если ты убежишь, то твой покровитель да и матушка Ани снимут с тебя шкуру.
Лисса закончила разговор с Зойтой, попросив убрать со стола за собой грязную посуду. Сама же тайя направилась в книжный зал. Её ожидало первое послушание у Ранеи, хранительницы книг. Девушка с нетерпением ждала, когда она, наконец, сможет хоть что-нибудь узнать из старых летописей, собранных в монастыре со времен гарунских войн.
– Теперь мне предстоит повнимательней осмотреть нижние подвалы, чтобы узнать все об этой ведьмочке, - говорил по дороге Ланс. – Если она действительно обладает колдовскими чарами, то скорее всего это только начало, иначе она спокойно сбежала бы из этой тихой обители. А это означает, что она представляет для всех окружающих огромную опасность!
Глава 2
ВЕДЬМОЧКА
Лисса первый раз ступала по тихим мрачным коридорам покоев стариц. Ранея попросила девушку после ужина отнести одну из книг из хранилища в другую половину монастыря, где уединенно жили служительницы Моря. Наставница наказала вести себя тихо, ни с кем не разговаривать, ступать по главному коридору до самой конечной двери, что тайя и поспешила исполнить. Ей было страшно среди голых холодных стен. Солонка на шее опустела: дух очень обрадовался полученному заданию, поскольку это дало ему возможность внимательно осмотреть вторую часть Дома Послушания, где до этого времени его вниманию были представлены лишь крайние помещения.