Заброшенный Город
Шрифт:
– Это что ж такое? Гиллим что ли вернулся?!
– Гиллим то откуда? Самдей же в том году сказал, что погиб он! Неужто жив?
– заговорили в толпе.
И вдруг кто-то вспомнил, что Иэнку, сын Гиллима, всю весну бродил возле гостиницы, в которой останавливаются охотники и уговаривал каждого, взять его в Пустошь.
– Вот неугомонный! Только отец погиб, и он туда же!
– Бедная Айне!
– А с кем он ушел то? С Калином, или с Самдеем?
– Да не взял его ни тот, ни другой! Айне запретила!
– Неужто один в Пустошь сбежал?
– Видно так. Бедная Айне… - посудачив еще немного, люди начали расходится.
Через два дня после этого случая, вернулся в Галаш отряд Самдея. Грязные, исхудавшие охотники, сразу отправились в гостиницу к Киприану. Там, сбросив мешки с добычей и грязную одежду, поспешили в баню, а после, распаренные и довольные, вышли в таверну, где для них уже накрывал стол Сэмюэль, племянник Киприана.
Кроме Сэма в зале таверны была только одна женщина. Увидев охотников, бросилась к ним.
– Айне? Доброго тебе дня!
– удивленно приветствовал ее Самдей.
– Ты нас ждешь? Что-то случилось?
– Да, Самдей, жду, - ответила она, кивнула каждому и опустилась на лавку не дожидаясь приглашения.
– Надеюсь, все хорошо у тебя? Если в деньгах нужда возникла, то обождать придется. Мы только вернулись, добычу еще не продали.
– Не ради денег я пришла, - перебила она Самдея.
– Горе у меня.
– Что произошло, Айне? На тебе лица нет, - Сочувственно спросил Космин.
– Иэнку… - начала она и не выдержав заплакала. Сэм, который как раз поднес блюдо с жаренным свиным боком, покачав головой пояснил встревоженным охотникам:
– Иэнку сбежал в Пустошь. Один. Едва не погиб, еле живой вернулся два дня назад.
– Один в Пустошь сбежал?!
– воскликнул Йона.
– Да он что, ума лишился?! Ни опыта, ни сноровки нет у парня!
Приподняв голову, женщина хотела ответить, но вдруг снова разрыдалась и не смогла вымолвить ни слова.
Риа подвинулась к ней и обняла:
– Ну, ну, Айне! Что ты? Живой же, самое главное!
– Иэнку останки отца хочет найти и вернуть. Похоронить по-человечески, - снова пояснил Сэм.
– Помните, он всю весну тут ходил? Просил вас, чтоб с собой взяли?
– Помню, - проговорил Самдей задумчиво.
– Нужно сказать ему, чтоб бросил глупостями заниматься… - начал Алин, но Айне, подняв мокрое, красное лицо, воскликнула:
– Не послушает он никого! Уж сколько я с ним говорила! А он как дурной стал! Дал клятву, что похоронит отца как положено! В Храме, перед богом поклялся!
Все помолчали. Сэм, пожав плечами пошел обратно, к кухонному окошку, из которого ему уже протягивали блюдо с ароматной картошкой.
– Клятва в Храме данная, дело серьезное… - проговорил Самдей.
– Назад не возьмешь.
– Самдей!
– окликнула его Риа.
– Давай ка, поговорим наедине! Я уж вижу, что ты задумал, но мы с тобой тоже в Пустошь ходим, так что решать будем все вместе!
Айне бросила на нее хмурый взгляд:
– Знаю, знаю, Риа, что ты скажешь! Знаю, что все вы моего мужа не любили! Знаю, за что! Тебе Риа, он проходу не давал, думаешь я глупая, не догадывалась? Все я знаю! И Космина он обвинял, что без добычи вас оставил! И с Самдеем спорил! И Лионелла задирал! Все я знаю! Только погиб он уже, Гиллим то! И Иэнку того гляди следом отправится!
– Погоди, Айне, - попросил ее Самдей.
– Дай нам обсудить это с ребятами...
– Ты мне сам говорил, помнишь?!
– глаза ее совсем высохли и горели странным огнем.
– Когда вы вернулись в том году без Гиллима? Ты мне сказал, что Гиллим вас всех спас и потому вы мне часть добычи отдавать будете, за него?
Риа возмущенно подняла голову, приоткрыла рот, глубоко вздохнула, но ничего не сказала.
– Так вот, не надо мне денег твоих Самдей. Освобождаю тебя и других от этого обещания, но только с одним условием: Иэнку вы поможете клятву выполнить!
– Айне, - попытался что-то сказать Йона, но она выдернула руку и проговорила:
– А откажете — так я прокляну вас! Вас и ваших близких, до седьмого колена! И молится каждый день буду о вашей смерти!
– Ну ты вообще уже, Айне!
– ловко поставив блюдо с картофелем хмыкнул Сэм. В отличии от охотников, которые потрясенно уставились на женщину, он воспринял угрозу спокойно.
– Ты слова то какие говоришь? Не стыдно? Пойдем со мной! Вставай, пойдем, на кухню! Посидишь, чаю выпьешь, пока Самдей с товарищами это обсудит!
Тут Айне снова зарыдала и позволила Сэму увести ее.
Первой заговорила Риа:
– Она от горя ума лишилась, но ты Самдей тоже хорош! Зачем ты ей сказал, что Гиллим нас спас?! Он же предал нас тогда, обокрал и бросил!
– Да уж, Самдей, это ты загнул!
– поддакнул Лионелл.
– Нужно ей рассказать правду!
– вставил Йона - Иначе начнет она по всему городу трезвонить, что ее муж нас спас, а мы ее сына в отряд не берем!
– Вот сейчас ее Сэм приведет, и скажем!
– сказал Космин, а Алин только возмущенно дышал и сверкал глазами, всем своим видом показывая, что согласен с остальными.
Откинувшись на спинку скамьи, Самдей приподнял бровь и обвел всех взглядом:
– Что прям так и скажете? Сейчас вот? Когда она от страха за сына совсем обезумела?
– Нашей вины в том нет, - чуть смутившись ответил Лионелл.