Забытая часовня
Шрифт:
— Ну, я даже не знаю, — почесал в затылке Кутасёнок. — Наверное, всё-таки девять. У тебя ведь изначально неправильно было «оттого» написано, и вот тут ты, кажется, букву «о» подправила…
— Ну, Сергей Владимирович, ну поставьте! — запрыгала Вера вокруг учителя.
— Ой, слушай, я тебе что, за красивые глаза должен такую высокую оценку ставить?
— Ну почему за глаза? Можно за нос, за рот, за волосы… Да хоть за ботинки!..
— Эх… Ну ладно, иди уже, поставлю…
— Йес!! — радостно выкрикнула Вера и побежала вниз по лестнице вслед за подругами.
В холле внизу было полно народу. Гимназисты, школьники и учителя из 201-ой, инспекция… Всё вокруг было обвешано воздушными шарами и приветственными транспарантами, играла громкая музыка.
— Эй, Верка, ну где ты там застряла?! Пошли быстрей, пока все места не позанимали!! — из толпы вынырнула Люба и, схватив подругу за руку, потащила сквозь море человеческих тел.
Девчонки протиснулись в актовый зал и огляделись.
— Ты видишь, где наши? — шепнула Люба, дохнув Вере в ухо тёплым воздухом.
— Да, гляди, вон Надя рядом с Полиной нам машет!
— Ну наконец-то! — вздохнула Надя, когда подруги пробрались к своим сиденьям. — Я тут ваши места защищала, рискуя своей жизнью, на них почти полшколы покуситься успело! Да ещё и все ноги оттоптали!
Друзья расселись по жёстким деревянным креслам. Впереди сидела инспекция, на соседнем ряду справа — ученики и учителя из 201-ой. Сзади Наташа щёлкала кнопками, настраивая камеру.
Тут внезапно все смолкли, заиграл гимн Беларуси, и полившийся из динамиков голос объявил:
— Для торжественного выноса на сцену государственного флага Республики Беларусь попрошу всех встать!
Все поднялись. Из боковых дверей появились справа — Андрей, слева — Федя. За ними, с флагами наперевес — Юра и Коля. Высокий Юрик аккуратно пригнулся, проходя через невысокую дверцу, а Коля, гордо марширующий вслед за Федей, не рассчитал и зацепился флагштоком за верхний косяк двери, едва не переломив древко и чуть не опрокинувшись на идущего третьим старшеклассника.
Гимн перемешался со смешками зрителей, а бардовый Прохор взошёл вслед за парнями по небольшой лесенке и встал с другого края сцены.
Потом гимназисты и учительский состав спели гимн гимназии, а потом на сцену поднялся один из представителей инспекции и толкнул речь:
— Друзья мои! Учителя, ученики… Две лучшие школы нашего района прошли в финал. Две соседние школы. И сегодня… настал тот самый день, когда должно всё решиться. Вы все отлично потрудились, и я хочу сказать спасибо вам всем за таких чудесных, талантливых и послушных учеников, за великолепные, красивые и чистые учебные заведения, за вашу самоотверженную работу. Я от всей души надеюсь, что соперничество между школами не переросло в соперничество между учащимися и работающими в них людьми, и вы все, и ученики, и преподаватели, крепко дружите… — Оля покосилась на сидящего в первом ряду Макаронкина с припудренным фингалом под глазом, который девочка поставила ему не далее как вчера, и отличник ответил ей не менее дружелюбным взглядом; Мороз и директриса 201-ой школы тоже переглянулись. Сидящий между ними директор гимназии, боясь испепелиться на перекрестье их взглядов, вжался в спинку кресла и постарался стать как можно незаметнее.
Мужик распинался ещё минут пятнадцать, пока весь актовый зал нетерпеливо ёрзал на стульях в ожидании объявления школы победительницы.
— …Нам было нелегко сделать выбор, но в итоге мы решили, что лучшей является… 4-ая гимназия!
Зал взорвался оглушительными аплодисментами. Ученики и учителя орали, хлопали в ладоши и обнимались. Директриса 201-ой с кислой физиономией вынула из принесённого с собой пакета бутылку шампанского и передала её Мороз, и та смеялась, размахивая своим выигрышем.
Представитель инспекции прокричал в микрофон, что Максим занял на олимпиаде по физике первое место и спрыгнул с помоста.
Грянула весёлая музыка, Максима вытащили на сцену, за ним повалили все его одноклассники и безмерно гордый Кутас. Всем классом спели песню, а потом началась дискотека. Директор так лихо отплясывал с библиотекаршей Нинкой, что даже шустрый Андрей позавидовал! Впрочем, Мороз с физруком Котиковым не сильно отставали, как и Кочан с Аней Исрафиловой.
Через некоторое время все немного успокоились, и перед школьниками выступил счастливый директор. А потом все снова встали для выноса флагов Беларуси и гимназии из зала (Коля слишком низко опустил свой флаг чтобы снова не дай бог не задеть косяк, и ткань шлёпнулась Феде на лицо. Тот замотал головой, стараясь сбросить её, не нарушая строевого шага, но не получилось, и ничего не видящий перед собой Шилин врезался лбом в открытую створку двери).
— Надо бы боковые двери пошире сделать, — пробормотал директор, глядя на ругающегося парня. — Что-то уж больно высокие детки пошли в последнее время.
Учителя схватили слабо упирающегося Максима и потащили в приёмную директора угощать Морозовским шампанским, а 7 «А» пошёл в свой 339-ый класс. Радостный Кутас, которому должны были дать за Максима премию, щедрой рукой отсчитал своим ученикам денег, и половина класса отправилась в магазин за тортом, фруктами и лимонадом, а остальные принялись сдвигать столы и настраивать старенький магнитофон. Шуйский с Юриком сходили в компьютерный класс и скинули запись концерта с Наташиной камеры на диск, а потом взяли один из компьютеров и отнесли в кабинет Кутаса. Андрей, как штатный техник класса, принялся возиться с проводами, и тут как раз вернулись те, кто ходил за продовольствием, и Максим, на которого тут же накинулись Аня с Любой и расцеловали его в обе щеки.
Еду разложили по тарелкам, которые Оля «одолжила» из столовой, Максима посадили на почётное место, а Андрей щёлкнул мышью и повернул монитор к классу.
Ребята весело смеялись, уминая бисквитный торт и глядя на экран. В момент произнесения директором речи в объективе появилась голова Шуйского, показала камере язык и исчезла…
Вера, Люба и Надя сидели посередине длинного стола и радостно улыбались, на сердце было легко и весело, и зловещая тайна часовни совсем вылетела из головы…
*
За столом засиделись почти до вечера. Потом вышли на улицу пускать принесённые КиШ хлопушки. Сидели кто на колодце, кто на весенней зелёной траве, подстелив ветровки, кто на бортиках клумб…
Где-то через час начали расходиться по домам. Три подруги попрощались у Вериного подъезда.
А ещё через полчаса…
…Вера отчаянно ругалась с сестрой, которая упорно доказывала ей, что имеет полное право запираться в ванной на два с половиной часа вместе с Вериной косметикой и ничего страшного, если она ей (и ванной, и косметикой) немного попользуется, не случится, как вдруг…
Карман лежащих на стуле в соседней комнате Вериных штанов засветился пронзительным жёлтым светом, перед глазами у девочки ослепительно сверкнуло, а потом потемнело и она медленно сползла на пол в узком коридоре между ванной и кухней под испуганным и изумлённым взглядом приоткрывшей дверь сестры…
…Люба, высунув от усердия язык, рисовала тоненькой кисточкой на покрытых бардовым лаком ногтях японский иероглиф «любовь», и тут…
Лежащая перед ней валентинка полыхнула неистовым огнём, девочка вскрикнула, отшатнулась и обмякла на зелёном стуле на колёсиках, безвольно запрокинув голову, и кисточка выпала из её ослабевших пальцев, перечеркнув последний иероглиф…