Чтение онлайн

…Надя тряслась в переполненном душном автобусе, из последних сил цепляясь за оранжевый поручень и расстёгивая другой рукой, на которой висела лёгкая куртка, верхние пуговицы блузки. Внезапно…

Сквозь матерчатую ткань белой сумочки, висящей на плече, пробился яркий неземной свет, голубые глаза девочки расширились, и она безмолвно опрокинулась на завизжавшую тётку…

А потом они все увидели одно и то же. Большой светлый зал. Всё в золоте и залито ярчайшим белым светом. Жаркое полуденное солнце бьёт лучами в окно. Лучи попадают на сверкающий и переливающийся круглый камень, который парит в нескольких сантиметрах над своей изящной хрустальной подставкой, отделанной золотом, от него — в огромное красивое зеркало в золотой раме, потом — в картину со скалой. И этот луч, соединяющий два последних предмета, вдруг становится ярче, разрастается, обретает плотность… и поверхность зеркала постепенно изменяется… А потом…

Глава 20. Портал

Предпоследний день учёбы выдался по-настоящему летним, каникульным. На пронзительной синеве неба не было ни тучки, не считая маленького белого облачного лоскутка с растрепавшимися краями, бесстрашно дрейфующего по бескрайним просторам. Впрочем, он особо не мешал.

Постепенно начинающее переваливать за середину неба солнце роняло свои лучи на блаженно замершие в долгожданном тепле Ждановичи, гоняло по свежей ярко-зелёной листве солнечные зайчики, а лениво шевелящиеся ветви яблонь и вишен играли лимонными бликами на стенах домов.

Надя сидела на широком подоконнике своей комнаты на втором этаже и любовалась на мельтешащее перед глазами жёлто-салатовое великолепие, вслушиваясь в шёпот ветра и листьев. Сплётшиеся ветки казались сетью из огранённых изумрудов, покачивающейся в такт дыханию природы.

Один лучик, проникнув в раскрытое настежь окно, скользнул по светлым волосам девочки и перепрыгнул ей на нос. Она чихнула. Поморгала, тряхнула головой и сделала глоток из высокого стакана со своим любимым апельсиновым соком.

— Вот когда в Ждановичах красота, — сказала Люба с Надиной кровати. — Зимой сугробы по колено, весной и осенью — слякоть, зато летом… И деревья, и солнце, и птички поют, не то что в городе! Надька, подвинься, ты мне свет заслоняешь!

Как раз в это мгновение прямо на встречу Наде полетело какое-то насекомое, и девочка с ужасом отшатнулась, свалившись внутрь комнаты и выплеснув сок Вере на ботинок.

Люба расхохоталась, глядя на ругающихся подруг:

— Спасибо, конечно, мне очень приятно, что все мои просьбы принимаются друзьями так близко к сердцу, но ты, Надя, в следующий раз осторожней отодвигайся, а то вообще наружу вывалишься!

— …И деревья, и солнце, и птички, и насекомые!!! — ругалась Надя. — Фу!!! Ненавижу этих… этих…

— Ну, мы тебя поняли, — Люба взбила подушку и цапнула с прикроватной тумбочки печенюшку.

— Мороз сказала, что в первый месяц лета надо будет неделю практики отрабатывать. Ну там, клумбы полоть, деревья сажать, бордюры красить… — Вера скомкала салфетку, которой оттирала ботинок от сока, кинула её в урну под столом и выпрямилась.

— Ага, — согласилась Люба, и все три девчонки снова замолчали, оттягивая момент, когда придётся заговорить о самом главном.

Вчера подруги созвонились, сбивчиво объясняя друг другу, что с ними произошло. Оказалось, одно и то же: валентинки засветились и они упали в обморок. Срочно надо было встретиться. Так как у Любы и Веры родители были дома, Надя пригласила подруг к себе сразу после школы.

— Надо что-то делать! — наконец заявила Люба.

— Мне кажется, или последнее время мы стали повторять эту фразу слишком часто? — заметила Надя.

— Нет, серьёзно, это уже становится… Ну, опасным! — воскликнула Люба. — Смотрите, если раньше мы относились к этому как к игре, и никто не обращал на нас внимания, то сейчас… Меня уже полкласса спросило, почему все руки так исцарапаны, а теперь ещё этот обморок… И валентинки светились, все видели… Ну, то есть, я-то дома была, кроме Тара никто ничего не видел…

— Да уж, а у меня Настёна такой крик подняла! Правда, родителей тоже дома не было, а Настю я уговорила ничего не рассказывать, сказала, что пошутила… — Вера внезапно хмыкнула: — Вот уж не думала, что она будет так за меня беспокоиться! Надя, а ты расскажи, как выкрутилась? Ты же в автобусе ехала!

— Да ничего, нормально. Душно было, почему бы слабой молоденькой девушке не упасть в обморок? На сиденье положили, по щекам похлопали, вроде всё нормально. А что валентинка засветилась, кажется, никто и не заметил, по крайней мере не спрашивали, — Надя опять залезла на подоконник.

Девочки снова помолчали.

— А вы… видели? — спросила Вера дрогнувшим голосом.

— Что?

— Ну… когда были в этом… обмороке. Вы видели?

— Да, — после короткой паузы ответила Люба.

— Вы ведь понимаете, что нам придётся сделать так, как там? Вы заметили, там было то же самое, что и в книге. Это знак, — шёпотом закончила Вера.

— Я не хочу! — решительно ответила Надя. — Я так и не увидела, что там было дальше…

— Надя!!! — повысила голос Вера. — Ты что, не видишь, что если мы этого не сделаем, это может для нас плохо закончиться?! Сначала валентинки просто светились, потом начали доставлять… хм… неприятные ощущения, теперь мы уже начали падать в обмороки… Тебе вообще не приходило в голову, что дальше может быть ещё хуже?! У нас в валентинках написано: «время бежит». Нас просто подгоняют всеми этими обмороками!..

Надя испуганно обхватила себя руками, беспомощно хлопая голубыми глазами со светлыми ресницами. Люба переводила взгляд с одной на другую, не донеся очередное печенье до рта.

Вера, тяжело дыша, плюхнулась обратно на стул, с которого вскочила от переизбытка чувств.

— Ну ладно, — слегка дрожащим голосом произнесла Надя. — Будем надеяться, что из этого всё равно ничего не выйдет.

— Выйдет! — уверенно сказала Люба, и глаза её азартно сверкнули. — Значит, так. Зеркало есть. Картина тоже есть. Книга, насколько я поняла, там не нужна, она идёт чисто как для пояснения, что со всем этим делать надо. Чего ещё не хватает?

— Там было ещё что-то такое сияющее, — припомнила Вера. — На эту штуку падали все лучи, отражались от неё, попадали в зеркало, потом от зеркала на картину…

— Сияющая штука. Ну-ка, давайте, вспоминайте, не попадалось ли вам чего-нибудь такого на глаза, — скомандовала Люба.

— Ага, на каждом углу, шагу ступить некуда, чтобы на какую-нибудь светящуюся ерундовину не наступить, — фыркнула Надя, подняла глаза и замерла. Подруги проследили направление её взгляда и вздрогнули.

За стеклянной дверцей шкафа, ловя солнечные блики, мягко переливался найденный ими когда-то в соседской трубе камень.

— Ну конечно, — прошептала Вера. — У нас уже давно всё было! Так вот почему нас торопили!

— Но… Как же это так… — бессвязно пробормотала Надя, зябко обхватывая свои плечи руками и опуская голову. Всё и впрямь сходилось, всё получалось, и, что самое страшное — было похоже, что всё действительно должно было сработать. Она и раньше это подозревала, но время закончилось так… быстро…

— Может, у нас просто коллективное помешательство? — удручённо спросила она. — А то я уже и на дурдом согласная…