Чтение онлайн

Климов так искренне обрадовался благополучному возвращению Заварова, так прыгал вокруг него и визжал от радости, что на мгновение Заваров даже подумал, что имеет дело не с предательской шкурой, которая продаст кого хочешь в любой момент.

– Ты уж и живым меня не мечтал увидеть?

– А как же, Витя?!
– Климов прижался к плечу Заварова и зашептал. Ничего удивительного не будет, Витя, если за этим заборчиком дюжина-другая трупов закопана!

– Может быть.
– ответил Заваров и спросил неожиданно.
– А ты сам землю копать умеешь?

– Если надо, я все сумею! А в чем дело?

– Да так. Потом поговорим.

Заваров запустил мотор и принял окончательное решение - Климова надо упрятать надежно, но с пользой. Пусть выполнит первое, испытательное задание, а там видно будет.

глава 14. Ярославские робята. Продолжение.

Марка Семеновича Лурье вызвали в милицию где-то около полудня. На следующий день он уже числился уволенным с работы и потому поехал в городской отдел без особого энтузиазма. Он предполагал, что, как всегда, его призывают на месте определить, куда отправлять какого-нибудь разбушевавшегося хулигана - в камеру предварительного следствия, или сразу на экспертизу.

Но знакомый полковник Краснопольский повел разговор сразу о другом и через минуту стало понятно, что речь идет о Григории Нестерове. Лурье спросил испуганно.

– Нестеров вернулся сюда? Зачем?!

– Мы его разыскивалди, Марк Семенович. Парень догадался явится самостоятельно.

– Я так и знал, что у него буду всякие приключения! Так и знал! огорченно сказал Лурье.
– Надеюсь, Константин Василдьевич, что не Григорий убил нашего санитара Кислова?! Они были, можно сказать, друзьями.

– Ну, есть факты, что дружба это была своеобразной. Однако, убийство Кислова Нестереву в вину не ставится. Это однозначно. Как у него вообще-то с головушкой?

– Он нормален!
– поспешно ответил Лурье.
– Я хочу с ним поговорить! Парень может оказаться напуган, в состояние стресса. Вот в этом случае, я не гарантирую, как он его переживет.

– Конечно, поговорите, но поначалу почитайте вот этот документ. Будет хорошо, Марк Семенович, если вы сможете что-нибудь мне пояснить.

Лурье принял развернутый лист из школьной тетрдаки, заполненный неровными каракулями. Он надел очки и принялся читать.

Господу Богу Христу Начальнику милиции.

От Кислова Н.Д.

ПОКАЯНИЕ.

Мой сын, Олежек Кислов, и бабка Раиса потонули за мои грехи.Пишу это Покаяние, кару приму от своей руки. Получил я уже наказание, которому нет равного. Я - убил своим грехом сына своего. Я во всем виноват. Когда Григорий Нестеров выходил из нашей больницы я подставил его на то убийство сторожа на ярмарке. Никого выдавать не хочу, это мой грех, имен наших Ярославских робят не узнаете, я сам перед всеми за всё отвечу. Они, эти робята, хотели свой грабеж и убийство откинуть на Нестерова. Потому что он вышел из психушки. И это грех. Я за него плачу. А ещё грех пять или четыре года назад. Я задушил в палате старика Покатилова. За сорок тысяч рублей, которые мне дали его родственники. Они хотели поиметь квартиру Покатилова единолично, и я его задушил в ночную вахту. Виноватым нарисовал опять Гришу Нестерова, потому что он псих. Он не псих. Он хороший парень. Родственики Покатилова заплатили мне эти деньги и за них потонул мой сын Олежек. На этом я расписываюсь здесь и пусть покарает меня Бог и все кому надо. А Гриша не виноват и Ярославские робята тоже не виноваты, все сделал я.

Кислов Николай.

Лурье отложил письмо, не зная, как на него реагировать. Потом сказал тяжело.

– По-моему, Кислов писал его пьяным. Я хоть и специалист, но в этом бреду разобраться сразу не могу.

– Само собой.
– кивнул Краснопольский.
– Но факты, как я понимаю, сходятся. Насколько я помню, лет пять назад назад у вас в больнице, действительно, задушили старика прямо в палате.

– Да...
– заколебался Лурье.
– Темная история. Но теперь все это предстает в другом свете. Хотя...

Лурье примолк, а Краснопольский не торопил его и терпеливо ждал, пока Лурье не продолжил.

– Обстоятельства смерти старика Покатилова были таковы... Его нашли мертвым поутру. Во время дежурства Кислова. Поначалу решили, что старик Покатилов тихо преставился во сне. Но вскрытие дало совершенно оглушительный результат - задушен!... Ну, в палате было кроме Покатилова ещё шесть человек в том числе и Григорий Нестеров. Все тихие, в сумеречном состоянии. Буйные и опасные находились, как всегда в изоляторе. На руках Нестерова обнаружили слабые царапины и, долго не думая, обвинение в убийстве пало на него, на Григория.

– Как это - "долго не думая"?

Лурье виновато улыбнулся.

– Вы припомните - это девяносто четвертый или девяносто пятый год. Наше заведение то закрывали, по недостатку средств, то снова оставляли. Везде такой бардак, что не приведи Господи. Главным врачом у нас в то время был не я, а покойный Долинин Иван Федорович. Убийство в нашей больнице! Ничего себе рекомендация! А поскольку Нестеров толком не мог ответить ни "да", ни "нет", то убийство прилепили ему. Долинин обьяснил это тем, что в ту ночь у Нестерова был острейший приступ помешательства и он придушил первого, кто ему не понравился. То есть, соседа по палате старика Покатилова. Такое бывает. С другой стороны, не совсем теперь понятно, зачем такое деяние потребовалось тому же санитару Кислову! Он был более чем хороший работник!

– Это уже моя сфера деятельности.
– усмехнулся Краснопольский. Смерть Покатилова могла принести какие-то выгоды его родственникам. Они и заказали, предположим, тому же Кислову, это убийство.

Лурье подумал и ответил нерешительно.

– Выгода от смерти убогого старика Покатилова? От наследства нищего пенсионера?
– он встрепенулся.
– Насколько я помню, у Покатилова не было родственников! К нему никто не приходил годы три! Не было и квартиры. Смерть его, с моей точки зрения, заказывать было некому!

– И логично, и правильно.
– одобрил Краснопольский.
– Это проверяли достаточно тщательно. Комната Покатилова досталась совершенно сторонним людям, беженцам из Казахстана. Эти нищие не то чтоб заказать его смерть, а даже знать его не могли. Убийство Покатилова заказал Кислову кто-то еще. Он даже называет сумму, полученную за убийство - сорок тысяч. Но это дело давно минувшее. Для нас важней сейчас "ярославские робята."

Лурье улыбнулся.

– Тут уж я ни в чем вам помочь не могу. Как я понимаю, моего пациента втянули в банду, потом в ограбление и в убийство, но это для меня не сюрьприз.

– В каком плане? Он настолько не в себе, что им можно управлять? Так зачем вы его выпустили?!
– подивился Краснопольский.

– Нет.
– терпеливо ответил Лурье.
– Он в разуме и за свои поступки отвечает. А вот втянуть во что-либо его легко, поскольку окружающий мир для него в изрядной степени непонятен. Я бы хотел с ним сейчас поговорить.

– Конечно... На мой взгляд тоже, он в в полном разуме. Немного туповат, правда, но отвечает разумно и не психует.

Лурье заторопился.