Чтение онлайн

Старикан, не сбавляя шагу, бодро двигался вперед, а информация его заставила Гришу остановиться.

– Подожди, дед!
– позвал он в спину.
– Алла и Петька точно дома?

– Брехать мне не по возрасту! Ты не сумлевайся - иди! Место мое освободилось, будешь там при собаках, при хозяйстве! Бывай!

Гриша растерялся. Зачем Заваров солгал ему, сообщив, что Аллы не было дома - было не то чтоб непонятно, но действия Заварова просто смысла не имели. С другой строны, настойчивые советы и посулы деда Ивана были не столько резонны, сколько представяли из себя попросту всплеск его вздорного характера. Вряд ли Гришу действительно так ждали в "собачьем питомники".

Он продолжал размышлять, пока не заметил, что в десяти метрах от него, возле покосившейся фанерной палатки, шла бойкая торговля пивом в розлив. Дюжины полторы мужчин с кружками и банками в руках сидели вокруг палатки на ящиках, бревнах, вели праздные беседы, курили - отдыхали, одним словом, на свой манер. Гриша понял, что ему нужна так же пауза для раздумья, он подошел к палатке, взял кружку пива и с ней отошел в сторонку, чтоб не навязался словоохотливый пивной собеседник.

После первого глотка прокисшего пива Грша пришел к выводу, что Заваров попросту не хочет его видеть. То есть не столько питает к нему какие-то неприязненные чувства, сколько через него, Григория Нестерова, не желает вспоминать об ООС в Балтийске и всего, что там случилось. Поначалу Гриша решил, что понял своего бывшего старшину, а потом подумал, что нужно будет всетаки найти Заварова и замириться с ним, поговорить, как мужчина с мужиной на чистоту. Тем более, что дед Иван уехал на родину и место в "собачьем питомнике" освободилось.

Гриша уже допивал свою кружку, когда от палатки, сильно хромая и приволакивая плохо сгибающуюся правую ногу, к нему подошел немолодой мужчина с помятым, но чистым лицом, ясными глазами. На нем был добротный темный пуховик и неожиданная элегантная белая кепочка, чуть сдвинутая на правое ухо. Мужчина остановился возле Гриши и спросил вежливо.

– Не возражаете, я рядом присяду?

– Пожалуйста.

Мужчина сел, поставил кружку на землю и сокрушеннно вздохнул.

– Ну и народ! Никогда в России-матушке не будет счастья! Никогда! Так и передохнем все пьяные и голодные!

– Что так?
– улыбнулся Гриша.

Мужчина откинул полу пуховика и потянул из внутреннего кармана початую бутылку.

– Выпить немножко нет желания? Могу поднести.

– Нет.
– ответил Гриша.
– Пива хватит...

– Была бы честь предложена.
– он ловко достал из кармана пару пластиковых стаканчиков и сказал тоскливо.
– Я про что толкую? Предлагаю мужикам работу. Нелегкую, правда, серьезную. Но денежную, черт побери! И всего на пару-тройку недель! Две тысячи баксов! За декаду! И - не желают!

– Два тысячи долларов? За три недели?
– с легким интересом спросил Гриша.

– Может и быстрей управимся.
– мужчина вытянул свою несгибающуюся ногу.
– Работать никто не хочет, а на жизнь жалуются! Америка им гуманитарной помощи не дает, свои отечественные воры все богатства растаскали! А сами пальцем пошевелить не хотят!

– А что за работа?
– спросил Гриша.

– Простая. Копай глубже, кидай дальше. Но питание - за счет фирмы. Спецодежда, после вахты - стакан водки.
– мужчина весело глянул на него из под мохнатых бровей, звонко щелкнул ногтем по стеклу бутылки.
– Так не желаете немножко причаститься?

Гриша заколебался.

– Ну, если только немножко... А где работа?

– До работы - довезут! И общежитием обеспечат! Вы-то чем заняты? Судя по всему, не чиновник Госбанка?

– Да так, по всякому.
– уклончиво ответил Гриша, а собеседник уже вручил ему в руки стаканчики, щедро плеснул на двоих и произнес дружески.

– Ну, за славау Отечества и наше здоровье!

Гриша ещё не донес стаканчика до рта, когда понял, что судьба сама за него самого предлагает ему чудесный выход из сложностей положения: работа, жилье, деньги. Основа быта. Когда это есть - все остальное лишь надстройка, укращающая жизнь. Когда есть этот фундамент, эта стартовая площадка Работа, Жилье, Деньги - можешь мечтать уже о чем угодно, о самом несбыточном, вплоть до сватовства к дочери японского императора. А можешь и не мечтать, существовать спокойно, созерцательно - лишь живи под крышей, работай, получай деньги.

Гриша запил пивом водку и спросил прямо.

– Что за работа, не обьясните?

Мужчина сразу посерьезнел, сдвинул кепочку на затылок, глянул Грише в лицо, спросил деловито.

– Документ есть?

– Есть кое-какой...

– Лопату в руках держать доводилось?

– Бывало...

Мужчина быстрым движением взял его руки в свои, осмотрел ладони, сказал огорченно.

– Э, брат, мозолей трудовых у тебя не наблюдается. Мне крепкие ребята нужны, рукастые.

Гриша вдруг заторопился.

– Так я не слабак! А если дело о лопате идет, так научусь!

– Научиться-то научишся, - засомневался мужчина.
– Я чему хочешь научу... Но работа вахтовым методом. От семьи, от жены оторваться на неделю-другу придется...

– А у меня нет семьи! Мне отрываться не от кого!
– обрадовался Гриша, удивляясь, кроме прочего, что так крепко и сразу захмелел всего от пары глоточков водки.

– Вот как?
– мужчина засмеялся.
– Ты меня Бригадиром зови. Вообще-то я маркшейдер, но это не по русски и долго выговаривать. А скажи-ка, тебя, часом, милиция не ищет? Нам такие не нужны.

Гриша смекнул, что надо быть честным, поскольу рано или поздно дело дойдет до его справок из больницы, военного билета и отсутствия паспорта.

– Милиция меня, кажется, не ищет...

– Кажется?
– не скрывая язвительности спросил Бригадир.

– Нет. Не ищет. Но паспорта пока нет. Я в больнице долго лежал.

Бригадир крепко хлопнул его по колену.

– Ну, давай так! Начнем с испытательного срока! Выдержишь первую неделю - сработаешь срок до конца! Не справишся - извини, уйдешь без заработка, но и без долгов. Лады?

– Лады.
– кивнул Гриша, а Бригадир облегченно перевел дух:

– Не перевелись ещё богатыри на Руси! Ну, посошок на дорожку и в путь! Дорога у нас не близкая.

– Погодите, - испуганно приостановил Гриша.
– Так это не в Степановске?

– Не боись. Рядышком, считай, что Степановск без оптических приборов увидишь.

Через пять минут они вышли на дорогу и Бригадир приостановил.

– Не скачи, как борзой конь! Как видишь, из меня рысак хреновый с моим-то копытом. Мне ногу лет двадцать тому назад в забое шахты привалило. В Кузбасе. Плохо срослась, с тех пор и хромаю. Подождем, попутку подхватим.

Он остановился у края дороги и махнул рукой проезжающей иномарке. Та промчалась мимо, не сбавляя скорости.

– Ишь, зажрался народ!
– сокрушенно заметил Бригадир.
– Ни за деньги, ни за совесть, ни за милосердие человеку не помогут! Куда плывет родина, Гриша?

– Не знаю.

– То-то и он, что никто не знает! Если сейчас этот автобус не остановится - мы с тобой прямо поперек дороги ляжем! Скажешь, что у меня сердечный приступ.

Но зеленый небольшой автобус, типа "скорой помощи", но с какими-то рекламными символами по борту, остановился и водитель спросил из окошка.