Чтение онлайн

ЖОРЖ. То есть когда-нибудь… может быть…

ЛОЛОТ (сердито). То есть через тысячу лет, может быть. А мне необходимо сейчас. Конечно, не сию минуту. Нужно же там какие-то формальности соблюсти.

ЖОРЖ. Да, кой-какие формальности все-таки нужны.

Во-первых, взглянуть хотя бы, что это за… за особа, невеста.

ЛОЛОТ. А вам как же ее еще нужно рассматривать: в микроскоп или в телескоп?

ЖОРЖ. Думаю, что это особа…

ЛОЛОТ (подступая к нему). Oh, par exemple [75] , я должна вам сказать, что это не «особа», а человек. И человек настоящий.

Боже мой, до чего вы адски рыжий. (Пауза.) Нет. Ничего не выйдет. Наш брак не может состояться.

ЖОРЖ. Брак?.. Наш?.. То есть как это? Эта особа… этот человек… настоящий?

ЛОЛОТ (тыча себя пальцем). Я.

ЖОРЖ (смеется). Вы? Уф, точно гора с плеч свалилась.

ЛОЛОТ(тоже смеется). Я.

ЖОРЖ. Очень приятно. (Раскланивается.) А я боялся, что…

ЛОЛОТ. Представляете, и я боялась. (Поворачивается к двери.) Коко, можешь не подслушивать: я не боюсь больше.

А теперь сядем рядком и поболтаем. Голос у вас очень приятный… От души так. Знаете, я верю слуху больше, чем глазам. Закройте глаза. (Зажмурив глаза.) И слушайте: Епистимия… Божия старушка, правда? А Лолот?

ЖОРЖ. Лолот. Прелестно, точно серебряный колокольчик. Можно влюбиться в одно имя.

ЛОЛОТ. Это мое имя. Собственно, не имя, а прозвище.

ЖОРЖ. А, прозвище… жаль.

ЛОЛОТ. Садитесь же.

Ловите. Вот так будет мило и уютно. Да что же вы?

ЖОРЖ. Боюсь, слитком уютно.

ЛОЛОТ. Боитесь? Но я не волк, а вы не Красная Шапочка.

ЖОРЖ. Не волк, а страшно.

ЛОЛОТ (смеется). Страшно? Чего? Ну, как хотите. Только неуютно разговаривать стоя.

ЖОРЖ. Ничего и стоя.

ЛОЛОТ. Ну, ничего, так ничего. А я ужасно люблю забраться вот так с ногами на диван. Чтобы был полумрак, горящий камин…

Смотришь, как извиваются синевато-красные змейки огня… что-то шепчут… переносят туда, домой… и грезится, что есть в жизни какая-то извечная мудрость… И справедливость. И может быть, правда, что там, в России, ее начало. И вот-вот утвердится в мире что-то неуловимо прекрасное, пленительно-таинственное… И будут милые женщины с доброй, изящной душой… мужчины, благородные…

…рыцари справедливости.

И дети, здоровые, румяные, счастливые, наивные, как там, у нас, ландыши в поле.

ЖОРЖ(тихо, ей в тон). И прекрасные девушки, как незабудки там, у нас, на нашей родине…

ЛОЛОТ (вдруг заметив его, садится чинно. Вздыхает). Какой вы преувеличенно рыжий, я нахожу, что… le bon Dieu [76] перестарался, создавая вас. Слишком сгустил краски.

ЖОРЖ (тоже вздыхает, потом улыбается). Вот вам и красивые мужчины — рыцари, которые умеют создавать красивую жизнь.

ЛОЛОТ (сердито бросает подушечки). Да черта с два, умеют. (Опять сердито ткнув кулаком в подушку.) Даже в любви объясниться не умеют. Ну и народ. Des ramolis [77] . Или этакой дядя семи пудов веса…

ЖОРЖ. Хорошо, что с весом.

ЛОЛОТ. И нос… такой, знаете, сизой шишкой… такой показательный.

ЖОРЖ (смеется). Вы очень изобразительно говорите.

ЛОЛОТ. Или денди, с моноклем в глазу, такой тонкий, гнущийся, как… глиста. Мерзость, правда?

ЖОРЖ. Мерзость.

ЛОЛОТ. И такие вот приходят к таким женщинам.

ЖОРЖ. Куда же им идти, как не к «таким женщинам»?

ЛОЛОТ. И хотят жениться, и иметь детей.

ЖОРЖ. Не хотят ни того ни другого.

ЛОЛОТ. Ах, пожалуйста, знаю. И никогда, ни одного настоящего слова не скажут.

ЖОРЖ. Какое такое «настоящее» слово?

ЛОЛОТ. Не знаю. Но есть настоящее что-то, здоровое. Одно слово — убедительное.

ЖОРЖ. Ага, идем под венец?

ЛОЛОТ (смотрит на него). Нет, знаете, ваш голос, кажется, много лучше вас. Фи. (Сама зажмуривает глаза и зажимает ему своими пальцами веки.) Вслушайтесь, как пошло, грубо. (Снимает руки.)

ЖОРЖ. Ах, как жаль. Пока на моих веках лежали ваши пальцы, я перенесся домой, в Россию, и началась сказка. Сумрак загорелся алмазами, горящий камин…

ЛОЛОТ. А горящий камин был?

ЖОРЖ. И была милая девушка с изящной душой и переливчатыми глазами.

И ребята славные.

ЛОЛОТ. Замурзанные? Ужасно люблю замурзанных ребят с толстыми щечками и носиком пуговкой. (Открыв глаза и подождав.) И все?