Забытый мир
Шрифт:
– Хорошая штука, - довольно кивнул он.
– А сколько в ней зарядов?
– Четыре часа непрерывной работы, сэр. Но если будет надо, я смогу еще зарядить.
– За четыре часа я всю станцию издырявлю, - осклабился Марк.
– Только нужно еще две - тебе и Петеру.
– Здесь около сорока штук, сэр. Только, если разрешите, я возьму ремонтный набор. Он мне привычнее.
– Тебе виднее, - махнул рукой Марк и тут же спохватился, - а что это такое? Может нам тоже взять?
– Это сварочный аппарат, резак и вакуумный клепочник, сэр. Только вы не сможете им работать. Его управление приспособлено для роботов, и он не имеет собственного источника питания.
– Ладно, обойдусь молотом, - Марк любовно погладил серебристый металл.
– Только ты учти, мы не ремонтировать идем. Эти штуки нам как оружие нужны.
– Температура сварочной дуги равна четырнадцати тысячам градусов, сэр. А резак предназначен для работы с противометеоритной обшивкой. Если не соблюдать нормы безопасности, это оборудование может нанести серьезный вред оборудованию и легко убить человека.
– Мы нарушим все, какие только можно нормы безопасности, - пообещал Марк.
– Простите, сэр, но кому именно вы собираетесь нанести вред? Дело в том, что я не могу агрессивно действовать в отношении людей, даже если они нарушают законы и подвергают опасности жизнь других людей.
– Здесь нет других людей... э-э-э... робот. Слушай, нужно же иметь хоть какое-то имя!
– неожиданно возмутился Марк.
– Простите, сэр, но мне его не дали, - словно извиняясь, ответил робот.
– Называйте меня, как вам будет удобно.
– Джон, - сказал Петер и вспомнил Большого Тома, не сильно уступавшего роботу в размерах.
– Ты будешь Большим Джоном.
– Спасибо, сэр, - ответил робот.
– Для меня большая честь носить человеческое имя.
– Ты теперь часть нашего отряда, Джон, - важно сказал Марк.
– Втроем мы зададим жару этой двухвостке.
– Я сделаю все, что в моих силах, сэр.
– Кстати, Джон, что ты знаешь об этой гадине?
– спросил Петер.
– О ком именно вы спрашиваете, сэр?
– Здоровая полупрозрачная тварь, с раздвоенным хвостом и клешнями, - пояснил Марк.
– Она поднялась к станции по столбу зеленого дыма.
– К сожалению, этот вид мне неизвестен, сэр. То, что это животное поднялось по гравитационному колодцу, говорит о том, что это представитель местной фауны. В мою память заложена информация только о земных видах.
– Что значит - земных?
– спросил Марк.
– С планеты Земля, сэр.
Марк озадаченно почесал шевелюру:
– А с планеты Море ничего нет?
– Нет, сэр.
– Что ты знаешь о планете внизу?
– спросил Петер.
– Планета СР-221, не может быть отнесена ни к одному из планетарных классов. Уникальность ее строения обусловлена, видимо соседством с двумя планетами - газовыми гигантами, по размерам близким к коричневым карликам. СР-221 имеет свойства планеты земного типа - ядро, состоящее в основном из силикатов и железа, масса ее около одиннадцати масс Земли. Но в то же время атмосфера планеты, необыкновенно плотная и большая, ведет себя схоже с атмосферами газовых гигантов. Химический...
– Постой, - прервал его Марк.
– Что за хрень ты лопочешь? Расскажи лучше, что здесь люди делали?
Робот вытащил со стеллажа еще одну трубку чудо-молота, передал Петеру и снова застыл:
– Изначально в системе была только база дальней разведки, сэр. После того, как началась колонизация соседних систем, здесь появилась и база военно-космических сил. В это же время на планете обнаружили огромные залежи тяжелых металлов, базу расширили, построив верфь для легких корветов...
– А зачем кольца?
– спросил Петер, вертя трубку.
– Простите, сэр, какие кольца?
– Через одно из них мы попали сюда, - сказал Марк.
– С другой планеты.
– Видимо вы имеете в виду стационарные армейские трансгрессоры, сэр.
– Видимо, - согласился Марк и направил молот на еще один ящик. Тот вздрогнул, из появившейся дыры полетели серые хлопья.
– Так зачем они?
– Держать флот рядом с гражданской планетой запрещено, сэр. Но при этом, в случае вторжения в систему, боевые порядки должны быть развернуты в течение пятнадцати минут.
– И часто... вторгались?
– спросил Петер.
– Простите, сэр. Такой информацией я не обладаю.
– А что же эта планета?
– спросил Марк.
– Что там внизу? Без всяких атмосфер сказать можешь?
– На планете есть жизнь, сэр. Но зачатков разума не обнаружено. Средняя температура на поверхности триста кельвинов. Период обращения...
– Хороший ты рассказчик, - едко сказал Марк.
– Спасибо сэр, рад был вам помочь.
– А люди там внизу могли остаться?
– спросил Петер.
– Люди там не жили, сэр. Слишком большая сила тяжести. Проще создать земную гравитацию в невесомости, чем нейтрализовать имеющуюся.
– Кто же там работал?
– удивился Марк.
– Роботы, сэр.
– Ну да, - ухмыльнулся Марк, - где что ни так, сразу туда роботов. А сам сиди себе на жопе, смотри издалека. Где-то я уже это видел...
– Мы именно для этого предназначены, сэр, - с ноткой удовлетворения заявил Джон.
– А тебе не обидно?
– спросил Петер.
– В каком смысле, сэр?
– Ну, ты же не простая железяка. Ты умеешь думать получше многих людей, много знаешь.
– Меня таким создали люди.
– А меня таким родила мать, - сказал Марк.
– Что теперь? Я просто кусок мяса?
– С точки зрения Отцов и всяких барончиков - да!
– ухмыльнулся Петер.
– Тогда и с точки зрения моей мамаши тоже!
– ухмыльнулся в ответ Марк.
– Сидит, наверное, до сих пор в Сирте и думает, какой ее сыночек ублюдок. Вместо того чтобы нести свет Ордена в далекие края драпал оттуда до самой Савоны.
– В нашем мире нет роботов, - сказал Петер Джону, - поэтому вся грязная работа досталась таким как мы.
– Вот поэтому, Джон, - повернулся к роботу Марк, - мы не такие как твои хозяева. Мы тебя уважаем.
Робот помялся в нерешительности, совсем как человек.
– Спасибо, сэр.
– Да что ты заладил - сэр, да сэр!
– негодующе произнес Марк.
– Я что тебе, благородный? Я же тебе как к другу, а ты мне - сэр!
Робот промолчал.
– Не дави на него, Марк, - вмешался Петер.
– Ему просто не привычно. У нас тоже не все люди равны, Джон. Одни от рождения благородные, хотя ничего благородного в них нет, к ним нужно все время как ты - "сэр" обращаться. Или ваша светлость. А такие как мы должны всю жизнь горбатиться. Поэтому нас не надо сэрами называть. Мы простые люди, и хоть ты из железа, ты ничуть не хуже нас. Ты понимаешь, о чем я?