Чтение онлайн

— Все нормально, — прошептала я.

— Нормально — или ты в порядке?

Я прикусила губу.

— Нормально. И я буду в порядке.

Я уронила голову в ладони.

— Боже, мне так стыдно. Вы слышали мои крики на кухне?

— Только я, — ответил он. — Я как раз шел к тебе, когда ты закричала.

Сердце снова забилось быстрее.

— Ко мне?

— Да. Твоему брату пришлось уехать, пока ты была в душе.

— Джоуи уехал? — прохрипела я. — Что-то случилось?

Джонни кивнул, сцепив руки.

— Что? — выдавила я. — Скажи, Джонни!

— Это… это твоя мама, Шэннон, — наконец сказал он.

— Что с моей мамой? — прошептала я. — Она умерла?

— Нет, нет, черт возьми, нет, — поспешно сказал он. — У нее был выкидыш.

У нее был выкидыш.

Твоя мама потеряла ребенка, Шэннон.

Почувствуй хоть что-нибудь.

Почувствуй, черт возьми!

А внутри у меня было пусто.

Я будто умерла изнутри.

Или я просто была до ужаса жестокой.

Другого объяснения не существовало.

Испытать облегчение из-за потери беременности — это было самым отвратительным, ужасным и непростительным преступлением на свете.

И именно это я почувствовала первым, когда эти слова сорвались с губ Джонни.

На какой-то кратчайший миг меня накрыла мощная волна чистейшего облегчения — мозг осознал, а сердце наполнилось благодарностью за то, что еще один ребенок не родится в этом аду.

Хватило и того, что мы сами родились в этой жизни.

— Мне так чертовски жаль, Шэннон, — сказал Джонни, сжимая мою руку. — Я ненавижу, что мне пришлось тебе это сказать.

— С ней все в порядке? — выдавила я, когда смогла заговорить.

Джонни кивнул.

— Твой брат сказал, что с ней все хорошо и что выкидыш был в пятницу — хотя ты, наверное, знала, что она была в…

— Да, — быстро соврала я, прикрывая разруху, чувствуя, как глаза наполняются слезами от отвращения к себе и ненависти к самой себе. — Мы знали, что были проблемы.

Так вот что случилось?

Поэтому она уехала?

Она была совсем одна в больнице все выходные, а мы ничего не знали?

Мы жаловались, какая она плохая мать, а она лежала в больничной палате и теряла ребенка.

Боже.

— Понимаю, — Джонни кивнул и тяжело выдохнул. — Джоуи попросил передать тебе, что твой отец забирает ее из больницы и что они скоро будут дома.

Мое тело окаменело.

Тяжелая боль и тревожное ожидание опустились мне на плечи, как рука старого знакомого.

Вот насколько привычным для меня было чувство страха.

Сердце не могло упасть ниже — разве что если бы к нему привязали груз и бросили в океан.

Он вернулся.

Почему он вернулся?

Почему он не мог просто исчезнуть навсегда?

— Твой брат хочет, чтобы ты пока побыла здесь. Он сказал, что позвонит, когда сможет за тобой приехать… — Джонни сделал паузу, а потом добавил: — но я могу отвезти тебя домой в любой момент, если захочешь, хорошо?

— Джоуи не должен был ставить тебя в такое положение, — прохрипела я, пытаясь удержать эмоции. — Прости меня за все это.

Я встала.

— Я могу уйти прямо сейчас.

— Шэннон.

Рука Джонни метнулась вперед и обхватила мое запястье.

— Я не хочу, чтобы ты уходила, — грубо сказал он, усаживая меня обратно рядом с собой. — Я хочу, чтобы ты была здесь.

Он положил ладонь на кровать за моей спиной и наклонился ближе.

— Я хочу, чтобы ты осталась со мной.

Я покачала головой, не в силах вымолвить ни слова.

Во рту стоял отвратительный привкус.

Точно такой же был и в желудке.

Надвигающаяся катастрофа.

Вот что я сейчас ощущала и чувствовала.

Мой отец вернулся.

Стоит мне выйти из этого дома и вернуться в свой — и порочный, бесконечный круг продолжится.

Внезапно мне больше всего на свете захотелось никогда не покидать эту комнату.

Не плачь, Шэннон Линч, приказала я себе. Не урони ни одной слезы.

Я опустила голову и часто заморгала, отчаянно пытаясь сдержать слезы, грозившие сорваться с щек крупными, тяжелыми каплями.

Не вышло.

Одна слеза скатилась по щеке, за ней сразу другая, потом еще одна.

— Я обниму тебя, — прошептал Джонни мне на ухо. — Скажи, если это не нормально?

Всхлипнув, я повернулась к нему и уткнулась лицом в его бок, ответив на вопрос без слов.

Руки Джонни сомкнулись вокруг меня, притягивая ближе, а я вцепилась в его рубашку, сжимая ткань в кулаке, пока рыдания сотрясали мое тело.

— Я рядом с тобой, — сказал он хриплым, тяжелым голосом, водя ладонью медленные круги по моей спине. — Если тебе нужно с кем-то поговорить… — он прижал меня еще ближе, — я здесь.

Я не могла перестать плакать и не знала, что именно толкало меня за грань — страх столкнуться с отцом, выкидыш у мамы или эмоции, накапливавшиеся из-за этого парня, в чьих объятиях я сейчас находилась.

Потеряв над собой контроль и отчаянно ища утешение и безопасность, которые исходили от него волнами, я сделала нечто невероятно безрассудное.

Я забралась к нему на колени.

Все тело Джонни напряглось, его руки на мгновение отстранились, но я не остановилась.

Я не могла.

Поставив колени по обе стороны его бедер, я обняла его и уткнулась лицом ему в шею.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал, Шэннон? — сдавленно спросил Джонни. — Скажи мне, что мне делать.

— Держи меня, — всхлипнула я, утыкаясь в его шею. — Не отпускай.

— Хорошо.

Его большая ладонь легла мне на затылок, другая — на спину, и он прижал меня к груди, медленно покачивая у себя на коленях.

— Я не отпущу, — прошептал он, заключая меня в объятия.

Дрожа, я цеплялась за него и молила, чтобы он стал моей опорой в этот момент, потому что я больше не могла.