Чтение онлайн

Николай отутюжил соседний городок сверх военной необходимости, потому что у него были причины мирного порядка. Почему бы заодно с уничтожением угрозы не снести бесполезный жилой сектор? Решаются сразу две задачи. Строительный мусор пойдёт на изготовление щебня, заодно будет расчищена площадь для нового строительства. Есть надежда восстановить электростанцию и запитать Село, как это было прежде, кое-какое производство можно будет наладить.

Как и следовало ожидать, без брожения умов не обошлось. Гражданские сельчане пришли к выводу, что, мол, в случае чего, он и нас всех порешит, глазом не моргнув. Бойцы чувствовали вину за то, что даже не попытались спасти мирных людей. Гражданским Николай ответил прямо:

– Вы правы, и глазом не моргну.

Как ни странно, ответ удовлетворил и даже польстил: ведь правы же оказались, не напраслину возвели!

Бойцам Николай объявил, что если кто-то сомневается в своём выборе, то может покинуть строй.

Результат победоносных залпов откликнулся неожиданным эхом: самозапустился процесс, о котором никто не думал и, который сначала сочли за курьёз.

– Командир, к тебе депутация.
– сообщил Николаю Пётр.
– Делегаты из разных мест. Хотят выбрать тебя у них главным.

– Разве я сейчас не главный?
– удивился Николай.

– Интересный вопрос!
– согласился Пётр.

– Они хотят меня выбрать? А потом не выбрать? И я им должен сказать спасибо, за то, что они пришли и просят моей защиты?
– спросил Николай, не ожидая ответа.

– Я не знаю. Поговори с ними сам. Может, распугаешь, и они передумают.
– Пётр тоже не понимал, что это всё значит.
– Комендант их в актовом зале держит.

– Найди Никиту и лошадей приготовь.
– Распорядился Николай.
– Военный совет туда же.

С малоуместного внутри Села автотранспорта Правители пересели на своих лошадей. Возникла проблема с охраной. Машина с бойцами позади всадников - картина забавная. Конный взвод сформировали, но наездников ещё не выучили. В военном городке отвели место под конюшню, но строить её ещё не начали. А впереди посевная. Ни рук, ни времени в сутках на всё не хватало.

– Так Никита с лошадями и есть.
– ответил Пётр.
– Остальные тебя ждут.

Как выяснилось в процессе общения, делегаты представляли семь поселений и пришли проситься под крыло Правителей. Слух об этом разлетелся по Селу с пометкой "молния", и тревожил. Сельчане ревниво отнеслись к проходящим за закрытыми дверьми переговорам. А вдруг условия хорошие предложат, и Правители уедут? Правителям ведь на всех насрать, они только о себе думают. Учитывая обострённый общественный интерес, Молчун записал встречу на диктофон. Такую информацию не засекретишь, Село, как на иголках, а молва всё переврёт, лучше уж горькая правда из первых рук.

Выслушав заранее подготовленную делегатами, разящую канцеляризмами и невнятицей, петицию, Николай поблагодарил за выказанное уважение. На этом его учтивость закончилась:

– А зачем вы мне нужны? Если мне что-то от вас будет нужно, я приду и возьму. Стать вашим Вождём? Другого слова не нашли? Они меня выбрали! Да я вас не выбирал!

По реакции делегатов сразу стало видно, что единства в депутации нет. Есть консервативная группа, которая и сочинила петицию. Они хотят отдаться, но так, чтобы не потерять своё положение, и намерены сразу очертить рамки власти. Есть никакая группа, которой любопытно, что из всего этого получится?

– А царём пойдёшь?
– спросили из никакой группы к неудовольствию консерваторов.

– Пойдём?
– спросил Николай у Никиты.

– Подумать надо.
– серьёзно ответил Никита.

– Нас никто на такое предложение не уполномачивал.
– внёс ясность один из консерваторов.

– Я тебя два дня знаю, а ты за меня рот открываешь!
– возмутился делегат из никакой группы.

Николай понимающе кивнул головой: обычная история. И закончил встречу:

– Раз уж вы сюда добрались и, если у вас есть действительно деловые предложения, обсудите их с моими заместителями.

Четверо консерваторов уехали сразу: вот, только царя им ещё и не хватало! Трое "никаких" остались. Вечером они крепко выпили с командой Детины, сходи в церковь попа-висельника, послушали как там воздух попукивает, разумеется, после этого за упокой души выпили. Что было потом в бане помнили местами, или делали вид, что запамятовали. Удивительно, но при насыщенной развлекательной программе нашлись деловые предложения.

Сельчане облегчено вздохнули и одобрили поведение Правителей. Мысль о том, что Собирателя и Хранителя могут переманить - это как обухом по голове, да ещё из-за угла. Раньше такое в голову не могло прийти, да вот жизнь заставила задуматься. А предложение на царство? Очень кстати приходило на ум прежнее название Села - Царёво. А чем у них сейчас не царская власть? Что хочу, то и ворочу - это про них. Правда, живут в избе, спят на солдатских кроватях, едят с полевой кухни тоже, что и бойцы. Но кто ж виноват, что они такие неприхотливые? Вместо того, чтобы себе дом отстроить, казарму строят. То, что вместо поклонов и почестей мать-перемать получают, тоже сами виноваты. А анекдоты про них какие? Срам! Подвесили бы пару пустобрёхов за язык, так и воздух бы чище стал. Одна Мать чего стоит! Её свобода слова дальше некуда. Послушать её, то у Правителей всё через жопу делается, а самое невинное имя им - Антихристы! Прочее перечислять, только язык пачкать. Вот так, уйдут Правители и поругать некого будет, сосед за такие слова в свой адрес морду набьёт. Да, все передерутся. За что? Надется!

Не пройдёт и месяца, как на въезде в поселения делегатов появятся знаки Птицы, что станет означать - это территория Правителей. Вопрос о статусе власти отпадёт нерешённым. Правители! И понимай как хочешь, но соблюдай их правила. Если не по нутру - земля большая, пытай счастья в другом месте. Будет создана курьерская почта. По благоприятному стечению географического расположения дороги между поселениями нигде не пересекаются с транспортными схемами крестов. Мелкие шайки в окрестностях, промышлявшие разбоем, совместными усилиями будут уничтожены. Поезди в гости станут относительно безопасными, а главное - понятные, как к ним не относись, правила поведения на местах. В будущем первое объединение назовут - "Благодатный четырёхугольник". Но путь в это будущее к действительному объединению будет традиционно цивилизационным - трагическим и кровавым.

Лавина начинается с камешка. Совершенно не эпохальный факт личной жизни четырнадцатилетнего Витька и двадцатипятилетнего бойца Влада стал причиной событий, которые привели к фундаментальным последствиям.

К детям в Селе относились хорошо и по-другому было бы странно. Другое дело, что дети очень избирательно относились к сельчанам, иных на дух не переносили. Это не удивляло, потому что сами сельчане между собой находили уйму причин для взаимонепонимания: только червонец всем нравится! Всё своё время дети проводили с бойцами. А Ванюшка, так тот вообще стал ребёнком Правителей. Если бы ни одна комната в избе, то и жил бы с ними, а то приходилось на ночь идти домой, но с утра - как штык! Николай учил его грамоте и арифметике, Никита - жизни.

Неприятно удивил сельчан слух о том, что бойцы трахаются с мальчишками. Слух оказался преувеличенным, но основательным. Витек и Влад закрутили такой роман, что скрыть его стало невозможно. Более того, они даже не пытались скрывать своих отношений! Куда это годится?

Первая реакция Самуиловича - негодование! Но, к своему счастью, он сдержался, иначе до конца жизни проклинал бы себя за топорное вмешательство в судьбу мальчика. Только инерция мышления возмущала разум, но недолго. Прошлые мерки остались в ядовитой Несчастной стране. Там сейчас благочестиво лечат младенцев бесовской кровью, ходят в церковь поклониться своему богу, рассуждают о демократии, удивляются звёздному небу над головой и моральному закону внутри себя. Нет, не напрасно в новом мире кресты вызывают физиологическое отвращение, отвратительно всё что они делают, отвратительно как они думают, отвратительно думать, как они.

По здравому размышлению назвать Витю и ребят несмышлёнышами, язык не поворачивается. Детство этих мальчиков закончилось, когда они спасались как звери в норах, когда спасали Ванюшку, который чуть не умер от простуды, когда хоронили своих друзей. А как они выхаживали бойцов! Это сейчас медпункт обустроился, а тогда что было и вспомнить жутко. Не у всякого взрослого нервы выдержали бы. И выходили! Сказать, что Влад развратный дядя, который совратил ребёнка... Глупость какая! Эти двое без ума друг от друга. Радоваться за них нужно, а не суд им устраивать. Самуилыч для себя решил: ни Витю, ни Влада он в обиду не даст!