Чтение онлайн

Так что раз в неделю, когда Лев отправлялся на службу в Афины, она садилась на велосипед и ехала в город. Альфред всякий раз вызывался подвезти ее, но она ничего не хотела слышать. В одиночестве она чувствовала себя свободной. Пройдясь по старым улочкам, она садилась в своей кофейне и любовалась юными парами, гадая, на чьем месте она хотела бы оказаться.

В тот день, сидя за столиком на террасе, Анастасия вынула из сумки бумагу и ручку и дописала письмо, начатое еще утром. Это желание возникло у нее спонтанно, и она решила не противиться ему. Закончив свое послание, она несколько раз перечитала его, сложила листок, сунула в конверт и пошла на почту.

– Куда письмо? – спросил ее почтовый служащий.

– В Женеву, Швейцария, – ответила она.

Прошла неделя. В тот день Макер вернулся из банка довольно рано, но в плохом настроении – вечером ему еще предстоял светский коктейль, а никакого желания туда идти у него не было.

Войдя в дом, он наткнулся на Арму, полировавшую лестничные перила.

– Здравствуйте, мисье! – Она взглянула на него с обожанием.

Макер окинул ее долгим взглядом:

– Скажите, Арма, вы свободны сегодня вечером?

– Да, мисье! Хотите, чтобы я осталась подольше?

– Нет, я хочу, чтобы вы пошли со мной на коктейль.

– На коктел? – смущенно переспросила Арма. – Куда?

– В Музей искусства и истории. На вечеринку для крупных меценатов, к которым относится и наш банк. Столы накроют во внутреннем дворе, будет очень красиво.

– Ух ты, – разволновалась Арма, – прямо шик-блеск.

– Да, есть такое дело, – согласился Макер.

– Но мне нечего надеть! Тут нужна одежда льюкс!

– Пойдите поройтесь в шкафу у Анастасии.

– Опять у медем брать?

– Да, опять у медем брать. Медем больше нет, медем никогда не вернется.

Помолчав, Арма спросила:

– Скажите, мисье, могу я переодеться в большой ванной? Там всякая косметика, а я…

– Пользуйтесь спальней и ванной комнатой сколько угодно. Мне все это ни к чему.

Арма не заставилась себя долго упрашивать. Она бросилась наверх и приступила к осмотру огромного гардероба Анастасии. Она переворошила все платья, ощупывая изысканные ткани, восхитилась туфлями из змеиной кожи. В итоге ее выбор пал на костюм, который показался ей ужасно нарядным, но без перебора. Размер подошел. Ну ведь здорово же!

– Теперь мыться, – постановила она, решив надраить себя до блеска по такому случаю.

Она заперлась в ванной и зарылась лицом в пушистые халаты, которые она так часто стирала, каждый раз поражаясь, какие они уютные. Потом понюхала по очереди ароматические соли и целый строй флаконов с маслами для тела. Она наполнила ванну и долго наслаждалась, сидя в ней под высокой шапкой пены и умащая себя всеми кремами и лосьонами, которые попадались под руку.

Когда пора уже было отправляться на коктейль, она наконец показалась Макеру, который аж присвистнул.

– Арма, – сказал он, – вы…

– Ужасны, – подсказала она.

– Бесподобны, – поправил он.

Она улыбнулась. И похорошела еще больше.

Во внутреннем дворе Музея искусства и истории они затерялись в шумной толпе гостей. Вокруг фонтана горели свечи.

– Это фантазмически! – выдохнула Арма. – Никогда такой красоты не видела.

Макер взял Арму под руку, и всем тут же захотелось узнать, кто же спутница президента Эвезнер-банка.

В тот вечер, впервые за долгое время, Макер не только не чувствовал себя одиноким, он даже развеселился, хотя обычно на таких вечеринках всегда все очень чопорно и тоскливо. Арма, начав с шампанского, вскоре совершенно расслабилась и жадно набросилась на еду, потрясенная разнообразием вкусов, оформления и сервировки. Она отважно перебивала Макера и, не обращая внимания на его собеседников, запихивала ему прямо в рот свою последнюю находку (“Ну-ка попробуйте это, мисье!”).

Она его рассмешила. Она осветила ему ночной мрак. Настолько, что, когда коктейль закончился, ему захотелось продлить праздник, и он повел ее пешком по мощеным улицам Старого города. Они нашли открытый бар, сели у стойки и заказали выпить. Макер не помнил, чтобы он когда-нибудь проводил так время с Анастасией. Около полуночи Арма объявила Макеру:

– Мисье…

– Хватит называть меня “мисье”. Какой я вам мисье.

Она с любопытством взглянула на него:

– Тогда кто вы?

– Я Макер.

– А! И как мне вас называть?

– Макер.

Она начала свою фразу заново:

– Макер…

– Да?

– По-моему, я перебрала.

На обратном пути она заснула в машине. Остановившись у ее дома на улице Моншуази, Макер затащил Арму в лифт, потом, отыскав ключ от квартиры в ее сумочке, донес ее до кровати и уложил. Проснувшись на следующее утро, она увидела Макера, который спал на стуле в крайне неудобной позе.

– Макер? – тихо позвала она.

Он открыл один глаз. Она нежно посмотрела на него и протянула руку, чтобы его потрогать.

– Вы просидели со мной всю ночь? – спросила она.

– Да.

– Это было румантично?

– Нет, это было совсем не “румантично”. Я боялся, что вы задохнетесь в собственной блевотине.

Они расхохотались. Макер подумал, что уже сто лет так не смеялся. Поддавшись неожиданному порыву, он склонился над Армой и поцеловал ее.

В тот же день на Корфу.

На почте служащий в окошечке сказал Анастасии, что для нее есть письмо. Макер ответил ей до востребования, как она и просила. Она вернулась в кофейню. Сев за столик, она сделала заказ и вскрыла конверт.

Она подняла глаза. Лев больше не служит в банке? Куда же он ездит каждую неделю под предлогом работы в Афинах?

В тот же момент в Женеве.

Лев понимал, что играет с огнем. Если полиция его арестует, ему конец. Он пребывал в задумчивости. Он недоумевал, как мог дойти до такого. И снова и снова вспоминал о том, что произошло в декабре, четырнадцать лет назад.

Декабрь, четырнадцать лет назад

Приближался Большой уикенд.