Чтение онлайн

– Все верно, Василий Васильевич.

– Тогда я предлагаю начать с общих положений, чтобы очертить рамки. И только после этого все рассматривать по каждому предлагаемому нами пункту.

Я вопросительно взглянул на Берзина. Он теперь глава правительства, и решение должно принадлежать ему. "Старик" кивнул головой:

– Согласен.

Леонтьев снял очки и стал тщательно протирать, по-видимому, сосредотачиваясь. Потом, решительно водрузил их на нос и выпрямился в кресле:

– Начинать надо, господа, с совершенно новой денежной политики и возвращения института частной собственности. Но перед нами сразу возникают очень щепетильные вопросы уже не экономического порядка, а правового и законодательного. Частная собственность должна стать действительно священной и неприкосновенной. Такое положение собственности необходимо прописать в конституции. Одновременно в конституции должны быть прописаны права и свободы личности. При этом в уголовном законодательстве преступления против личности, собственности и государства предлагается обозначить как самые тяжкие. Но обязательным условием введения таких драконовских законов должно стать немедленное введение в уголовное законодательство принципа "презумпции невиновности" и создание независимого института суда присяжных. Одновременно с этим должно быть разрешено гражданам страны владение оружием. Вплоть до того, что на первом этапе оружие раздавать всем желающим.

Косыгин внезапно приподнял ладонь, перебивая директора "Росс Кредит":

– То, что вы начали свое предложение с изменения права собственности, было ожидаемо, господин Леонтьев. Но вот по поводу оружия... Вы отдаете себе отчет, что такое положение кардинально изменит в стране обстановку с преступностью? Это первое. И второе. Какова связь между обладанием гражданами оружием, их правами, свободами и "священной коровой" частной собственности? Очень хотелось бы услышать от вас предметный ответ.

Леонтьев аккуратно отложил бумаги в сторону и чуть придвинулся в сторону Косыгина:

– Я очень хорошо понимаю вашу озабоченность, Алексей Николаевич. По нашему мнению, государство, гарантировав своим гражданам права на бумаге, не всегда предоставляет их в реальности. А подчас, в лице чиновников, и самоустраняется от защиты граждан. В такой ситуации граждане должны иметь полное право отстоять свои права и собственность с оружием в руках.

Он развернулся к одному из своих помощников:

– Это направление вашей двойки, занимающейся правовыми вопросами, Марк Леопольдович. Прошу вас. И сразу режьте правду-матку конкретными примерами. Не церемоньтесь.

Я улыбнулся про себя. Леонтьев взял верный тон.

Молодой человек посмотрел на нас с вызовом:

– Примеры будут очень конкретными, господа. Итак, первый случай: некто посягнул на чью-то собственность, ворвавшись в дом, или решил силой забрать кусок земли. Как только он пересекает границу, с которой начинается чужая собственность, то немедленно получает пулю в лоб. Совершается суд присяжных, и того, кто свое право отстоял, освобождают в зале суда с вердиктом: невиновен. Совершено покушение на собственность. Второй случай: какая-то сволочь надругалась над женщиной - она достает пистолет и стреляет обидчику в сердце. Опять суд - вердикт - невиновна. Нарушены права личности. Третий случай: к владельцу частной собственности пришел судебный исполнитель, скажем для описи имущества, которое собственник приобрел под какие-то кредиты. Этот владелец свое имущество отдавать не собирается и при этом убивает представителя государства, якобы защищая свое право собственности. Суд - вердикт - виновен. Виселица. Точка. Покушение на представителя государства. Отношения в этой области, в предлагаемых сводах законов, прописаны нами очень конкретно и точно. Без двусмысленностей. То есть, под институтом частной собственности, правами личности и правами власти в предлагаемых законах заложен железобетонный фундамент права их защищать, вплоть до применения оружия.

Берзин, до того времени внимательно слушающий доклад, с сомнением покачал головой:

– С представителями власти мне все понятно. А вот все остальное... Перестреляют же люди друг друга, уважаемый. Как бы не пришлось потом, после введения ваших законов, трупы по улицам собирать.

Помощник Леонтьева упрямо поджал губы:

– Да, в начале, количество убитых с применением огнестрельного оружия возрастет. И с этим придется считаться. Но через какое-то время число этих преступлений неминуемо пойдет на спад. Я готов объяснить, почему так произойдет. Очень трудно быть необузданным, покушаться на чужое, не считаться с правами других людей, когда ты, такой сильный и могучий, знаешь, что какой-то божий одуванчик может внезапно вытащить револьвер из кошелки с продуктами и засветить тебе пулю между глаз. И ему за это ничего не будет. Мы мгновенно достигнем результата, когда каждый будет вынужден считаться с правами другого. Исполнение закона при этом будет не навязываться сверху, от государства, а будет реализовываться самими гражданами.

"Старик" хмыкнул:

– Да, в образности вам не откажешь... Как вы сказали? "Божий одуванчик засветит пулю между глаз"? А что, действительно, это может сработать... Продолжайте, молодой человек.

Помощник переглянулся с Леонтьевым. Последний показал ему большой палец, подбадривая своего подчиненного, мол, все верно делаешь, говори дальше. Получив поддержку своего шефа, тот с хорошей агрессией продолжил:

– Еще один момент, уже не правовой, а политический, связанный с оружием. Реальность такова, что коммунисты обманули крестьянство, вначале перетянув его во время революции на свою сторону лозунгом "земля - крестьянам", а потом отобрав эту землю. Шагом раздачи оружия вы подтвердите твердость своих намерений в начавшихся преобразованиях. Это будет однозначный сигнал, что на этот раз реформы идут именно в интересах людей. Надо отдавать себе отчет, что Россия все еще остается крестьянской страной и именно от того, как к вашим переменам отнесется сельское население, будет зависеть успех или провал всех преобразований. И когда вы отдадите землю в частную собственность, а это является краеугольным положением предлагаемых реформ, сопроводив это передачей оружия, только тогда вам поверят и поддержат. Так что вопрос раздачи оружия является в первую очередь политическим. И исходить надо из этого. Нами, как специалистами в области права, взят за основу свод законов США о свободном владении оружием, с некоторыми поправками к российской специфике. Он будет представлен на обсуждение при детальном рассмотрении всего пакета предлагаемых законов.

Видя, что теперь Косыгин хочет задать вопрос докладчику, я решил перевести начинавшуюся дискуссию в другое русло:

– Здесь все более-менее понятно. Остальное, как я думаю, прояснится при детальном рассмотрении этого пункта. Давайте оставим разговор про оружие, господа. Вы, Василий Васильевич, также начали говорить о новой денежной политике. Не могли бы вы развить свою мысль?

Леонтьев довольно прищурился. Было видно, что эта тема ему близка. Он снял пиджак, повесил его на спинку стула и подзакатал рукава рубашки.

Мы все рассмеялись. Ян Карлович, глядя на директора "Росс Кредит" с иронией, проговорил:

– Что, все так серьезно, господин экономист? То, что вы просто предложили сменить собственность - это была легкая разминка, а сейчас пойдет настоящая рукопашная?

Леонтьев посмотрел на него поверх очков:

– Позволите вопрос?

– Конечно.

– С каких пор вы себя начали воспринимать как чиновник?

Берзин вздохнул и почесал в затылке:

– Все, не продолжайте. Знаю я, что вы дальше скажете. Сейчас обзовете бюрократом, который все светлые начинания на корню может зарезать. Не тревожьтесь. Не буду я ничего резать. Так, почикаю немного по краям, ну и из середки аккуратненько вырежу. Но это будет не больно, уверяю вас...

Леонтьев в ответ промолчал, только довольно улыбнулся. Потом удобно разместился на стуле и сразу стал серьезным:

– Итак, продолжу, господа. Считаю, основой новой денежной политики государства должно стать немедленное введение золотого стандарта рубля, с одновременным введением в обиход золотой монеты. Население должно будет иметь возможность в любом месте страны обменять банковские билеты на золотой рубль. И золотые монеты на банковские билеты. Тогда в государстве появится твердая валюта, которая станет основным столпом преобразования экономики. Золотой рубль будет той печкой, от которой начнутся танцы экономических преобразований.

Внимательно слушавший директора "Росс Кредит" Берзин недоверчиво махнул рукой и поморщился:

– Да попрячут люди все в кубышки или повывозят золото за границу, к чертовой матери. Вы прям, как вчера родились, Василий Васильевич. Все ваши золотые рубли немедленно исчезнут из оборота, как исчезли серебряные монеты в двадцатые годы.

Леонтьев хитро прищурился:

– Не повывозят и не попрячут, Ян Карлович, если подойти к этой проблеме грамотно.

– Что вы конкретно предлагаете? Например?