Чтение онлайн

Глава "Рейн-Сталь" удивленно крякнул, огляделся и покрутил ладонью в воздухе:

– Э-э-э... Вы считаете, ЭТО как-то может заставить нас поменять свое решение? Вы настолько наивны?

Я сделал жест Лупандину, чтобы он со своими людьми вышел из зала. Дождавшись, когда группа прикрытия покинет помещение и заберет с собой охрану замка, повернулся к председателю совета директоров "Рейн-Сталь":

– Конечно, не считаю, господин Юргенс. Я просто надеюсь, что вы все теперь десять раз подумаете, прежде чем в будущем, вдруг, захотите окончательно и бесповоротно решить "мой вопрос". Как видите, ваше "в противном случае..." было совсем неуместно по отношению ко мне.

Он попытался что-то возразить, но я прервал его:

– Я терпеливо, не перебивая, выслушал вас. Теперь пришло ваше время слушать. При появлении в этом зале я просто назвал свою фамилию, но не успел полностью представиться. Помимо того, что я являюсь владельцем блокирующего пакета акций в ваших компаниях, я еще и государственный секретарь при совете министров СССР по иностранным делам, делам обороны и безопасности, господа. Вам просто преднамеренно не дали навести справки обо мне до нашей встречи. А не дал их навести новый председатель ОГПУ СССР, господин Ногинский, который сопровождает меня.

Стас, не вставая со своего кресла, вежливо коротко поклонился и обаятельно улыбнулся собравшимся. В зале повисло недоуменное молчание. Кто-то спросил:

– И как это понимать?

– Это надо понимать так, что вы говорите не с частной персоной, а с лицом, уполномоченным вести с вами переговоры от имени СССР.

Помощник, сидящий сзади Юргенса, быстро открыл свой портфель и начал в нем лихорадочно рыться. По-видимому, найдя искомые бумаги, быстро подал их своему шефу и стал что-то нашептывать на ухо, недоуменно пожимая плечами и разводя в растерянности руками. Глава "Рейн-Сталь" отмахнулся от подчиненного, внимательно, но быстро читая документы. Закончив читать, он небрежно вернул бумаги помощнику:

– Как я догадываюсь, вся эта операция с валютой была задумана именно для создания условий озвучивания вашего предложения, господин Егоров?

– Вы правильно поняли задуманное, господин Юргенс. Так вот - давайте действительно поставим все точки над "и". Во-первых - блокирующие пакеты акций ваших корпораций никто возвращать не будет. Наличие этих активов в моем распоряжении теперь объективная реальность, с которой вам придется считаться. Во-вторых - службой, которую с недавних пор возглавляет господин Ногинский, предоставлены следующие статистические данные по экономическому положению в вашей стране. На сегодняшний день вы имеете европейский рекорд по уровню безработицы. К началу этого года, по информации, которая тщательно скрывается от общественности в вашей стране, число безработных приблизилось к 8 миллионам человек. Это составляет сорок восемь процентов наемных рабочих. То есть, каждый второй из трудоспособного населения не имеет работы. Все обанкротившиеся мелкие предприниматели - ремесленники, торговцы, лица свободных профессий - почти полностью лишились права на пособие. Минимальные пособия по безработице получают только двадцать процентов от общего количества безработных. Остальные находятся на грани голода, и для того, чтобы их подвигнуть на бунт, нужна сущая мелочь. Кроме полностью безработных, вы имеете полтора миллиона человек, частично занятых на производстве 2-4 дня в неделю. Они составляют около четверти работоспособного населения. И это еще не все. После того, как Франция и Бельгия в 1923 году ввели свои войска в Рурскую область, вы потеряли 88 процентов добычи угля, 70 процентов выплавки чугуна, 40 процентов выплавки стали. Это называется системный кризис, господа. Коллапс. И из него только два выхода. Ваша страна, к сожалению, выбрала наихудший.

Глава "Рейн-Сталь" подался вперед:

– А именно, господин Егоров?

– Это "именно" выглядит следующим образом, господин Юргенс. По достоверным сведениям, полученным нашими спецслужбами, в верхушке НСДАП, которую возглавляет новый немецкий канцлер, для выхода из кризиса уже разработан план, в соответствии с которым вас, экономическую элиту, просто прижмут к ногтю, несмотря на всю вашу кажущуюся независимость. В стране планируется создать полицейское государство в самом отвратительном его варианте. Просто вас не считают нужным ставить об этом в известность. До вас доводят только те детали, которые позволяют вам думать, что вы негласно управляете государством. Вынужден огорчить всех собравшихся. Ваши планы, построенные на том, что вы через военных, с которыми многие из присутствующих связаны не только деловыми, но и семейными узами, контролируете ситуацию, не стоят даже инфляционной марки. Уже сейчас против генералов фон Бломберга - военного министра и фон Фрича - начальника Генерального штаба готовится заговор со стороны нацистов, после которого генералы будут смещены со своих постов и уйдут с политической арены. Руководство НСДАП осведомлено о вашем совместном решении тайно поддерживать армию как необходимый для стабильности государства противовес нацистам. И как только армия будет обезглавлена - придет ваше время. Уже сейчас отработан проект государственного сверхпредприятия - "Райхсверке", которому отойдут все ваши заводы, способные производить военную продукцию.

Вас обкладывают со всех сторон, не делая резких движений. В конечном итоге, даже если вы что-то и захотите изменить в дальнейшем, вас самым жестким образом вынудят играть по правилам Гитлера.

Я повернулся к подполковнику:

– Станислав Федорович, передайте господам копии стенограмм, которые добыла ваша служба.

Подполковник, сразу уловивший, в каком тоне я повел переговоры, не вставая с места, поднял портфель с документами, полностью подготовленных из данных моего архива, и бесцеремонно швырнул его на середину стола. Я оглядел каждого из присутствующих:

– Можете проверить переданную вам информацию по своим каналам. В порядке рекомендации могу посоветовать вам сделать это через господ Мюллера и Канариса, которые, как мне сообщили, ожидают в соседней комнате. Первый в самом ближайшем будущем будет назначен на должность начальника политической полиции страны, а второй возглавит военную разведку. Копия переписки по этому поводу соответствующих структур с вашим канцлером также находится в портфеле, который вы видите перед собой. И последнее. В соответствии с моими правами, я начинаю финансовую проверку на всех предприятиях, чтобы знать точно, до последнего пфеннига, сколько мне принадлежит по закону. Мои юристы свяжутся с вами. А теперь позвольте откланяться. Я очень ценю свое время.

Я поднялся. Вслед за мной поднялись Стас и Фарид. Председатель совета директоров "Рейн-Сталь" задумчиво постучал пальцами по столу:

– Минутку, господин Егоров. Все же, какое предложение вы хотели нам сделать, как государственный секретарь СССР?

Упершись ладонями в столешницу, я тяжело посмотрел на Юргенса:

– Начало сближения экономик двух стран, с перспективой, в будущем, введения общей валюты, основанной на золотом стандарте. Основное требование при этом, подчеркиваю, требование, а не пожелание - уход НСДАП с политической арены. Навсегда.

По залу прошел не сдерживаемый гул. Глава "Рейн-Сталь" скривился:

– Утопия и авантюризм.

Я безразлично пожал плечами, ничего не ответил, развернулся и пошел к выходу.

Но когда уже было намеревался перешагнуть через развороченный порог, сзади внезапно раздался голос Юргенса:

– Для рассмотрения вашего предложения, я подчеркиваю, только рассмотрения, нам нужно нечто даже более значимое, чем наличие у вас части наших активов, господин государственный секретарь.

Я полуобернулся и чуть поднял брови:

– Уточните вашу мысль...

– Скажем, некое знаковое событие, могущее воздействовать на внутреннее и внешнее положение в нашей стране... Это была бы весомая демонстрация возможности влияния на политику Германии и твердости намерений государства, от имени которого вы говорите.

Я поочередно оглядел, выжидательно смотрящих на меня промышленников, и только потом, добавив угрозу в голос, ответил:

– Хорошо. Но запомните, может быть создана и такая ситуация, при которой с вами перестанут пытаться вести диалог. Все правительства, без исключения. Говорю со всей ответственностью, поверьте, сделать это будет не так уж и трудно...

Юргенс сделал жест рукой, что однозначно понял мою последнюю фразу, и иронично, с большой долей издевки, улыбнулся:

– Если такое событие произойдет - во что я верю с большим трудом- то мы немедленно свяжемся с вами, чтобы продолжить нашу беседу...

Я, не отвечая, коротко кивнул и вышел из зала...

***

Рейхсляйтеру НСДАП

комиссару по политическим вопросам

Рудольфу Гессу

Строго секретно.

Рапорт Љ 401/55 (Выписка).