Чтение онлайн

Спина Ладомира взмокла. Он медленно повернул голову, но, едва он отвел взгляд от ночного гостя, как его силуэт точно размазался по воздуху.

А затем острый сгусток мрака обрушился на витязя. Руки Ладомира привычно вскинулись вверх, и он с каким-то отстраненным интересом вдруг обнаружил, что сжимает запястье вора, в котором темнело - витязь скорее догадался, чем увидел - черненое лезвие ножа.

Витязь не хотел убивать этого человека, накопилось слишком много вопросов. Сильный удар ладонью в лоб должен был оглушить его, таким ударом Ладомир останавливал и более крепких воинов. Однако этот худенький, маленький мужичок, каким выглядел воришка, остался на ногах, и витязю пришлось залепить ему еще одну затрещину прежде чем тот упал без чувств.

Ладомир не спеша закрыл окно, проверил, заперта ли дверь, зажег светильник, и только затем вернулся к неподвижно лежавшему гостю. Тот лежал в крайне неудобной позе, но ни движением тела, ни дрожанием ресниц никак не выдал себя. Однако обостренные схваткой чувства Ладомира провести было невозможно - вор был в сознании, и в его ладони скрывался нож.

–  Врешь, меня не проведешь, - усмехнулся богатырь.
– Надо признать, ты первый, кто смог выдержать мою затрещину, за это хвалю, молодец. Ладно, поиграли немного, и будет. Выпусти ножик и я подарю тебе жизнь.

Человек не ответил, и Ладомир нахмурился.

–  Ну, ежели не хочешь, я и сам могу, я не гордый.

Ладомир быстро шагнул к нему и ухватил за грудки. Тот тотчас ударил, но оплеуха витязя оказалась быстрее. Голова татя дернулась и нож бессильно мазнул по воздуху. Но, едва витязь сомкнул ладонь на его запястье, как тот исхитрился перекинуть нож в другую и попытался снова ударить. Витязь беззлобно выругался и без особого труда перехватил вторую руку.

–  Угомонишься ты или нет?

Незнакомец ударил вновь, но на этот раз - себя. И Ладомир, ожидавший совсем другого удара, не смог ему помешать.

–  Проклятье! Нешто ушел?

Ладомир рванул рубаху на его груди, осмотрел рану - безнадежно, удар точно в сердце. Но, несмотря на это, вор еще дышал.

–  Эй, ты слышишь меня?
– Ладомир склонился к нему.
– Скажи хоть перед смертью, кто послал тебя? Тебе все едино, а мне пригодится. Глядишь и князь похвалит лишний раз.

Человек что-то зашептал, и Ладомир почти коснулся ушами его губ, боясь пропустить хоть слово.

–  Князь… мертв… - прошептал вор и испустил дух.

Ладомир ощутил смутную тревогу. О каком князе говорил этот человек? Неужто о Владимире?

Глаза витязя зацепились за странно знакомый символ на груди мертвого. Лезвие ножа наполовину закрыло эту небольшую татуировку, но Ладомиру хватило и части, чтобы ее узнать. И тут же глаза его поползли на лоб, а дыхание враз перехватило.

Ладомир пристально вгляделся в рисунок, надеясь, что ошибся, обознался, но нет - это была та самая татуировка, которую он видел совсем недавно, там, на речке, на груди у Висты!

Рыча как зверь витязь выскочил в коридор и ударился в соседнюю дверь.

–  Виста!
– проревел он, явственно ощущая, как течет время, отсчитывая последние минуты жизни Владимира.

Виста не отзывалась и тогда витязь выбил дверь, вместе с засовом и косяком. Комната пустовала, не было ни девушки, ни ее вещей. Волосы зашевелились на голове Ладомира, а внутри вдруг сложились в единое целое многие события, которые поначалу казались ему странными и непонятными.

Всплыло зловещее предупреждение вештицы. Вспомнились перчатки с когтями и сапоги с шипами, на которые он натыкался в ее сумке в деревне мертвяков, а потом на Проклятом холме.

Тогда ему показалось, что он понял кто она. Но теперь все предстало в ином свете. Никакой Виста не вор, она - наемный убийца!

А сегодня ночью в его комнате - если не тот несчастный, то ведь кто-то же хлопнул ставнями? Кто это сделал, и зачем? Его хотели убить? Или наоборот, спасти?!

Мысли метались в голове витязя, как ошпаренные, некоторые из них легко укладывались по полочкам, но многие, очень многие продолжали свою безумную пляску. А Ладомир уже несся, не жалея сил, в сторону княжьего терема.

Перчатки с когтями и шипы на сапогах позволяли взбираться даже по каменным стенам, а на деревянный тын, окружавший княжеский двор Виста взлетела в один миг.

Когда-то, еще во время обучения в клановой школе, все это казалось ей ужасно скучным и занудным делом. Иной раз, чтобы преодолеть несколько саженей в хорошо охраняемом месте, приходилось часами просиживать в неудобной позе, ожидая момента, когда стража отвернется или отойдет. Затем следовал короткий бросок вперед, и вновь начинались томительные минуты ожидания.

Виста улыбнулась, вспомнив с какой горячностью доказывала наставникам, что не сможет так долго пребывать в неподвижности, что ее горячая натура не выдержит.

Ох, как давно это было. Уже с десяток крепостей лежало за плечами, сквозь которые она просочилась незримой смертоносной тенью. Остались в прошлом две дюжины успешно выполненных заданий, и примерно раза в два больше трупов. Точно она просто не помнила, потому что помимо заказанных людей приходилось убивать и стражников, а их она не считала.

И вот теперь через двор князя Владимира крался опасный хищник. Пока она не убивала, потому что трупы - дело хлопотное и слишком заметное. Убивать она начнет после, когда задание будет выполнено, а князь будет мертв. Вот тогда уходить придется очень быстро, и ожидать благоприятного времени она не сможет.

Шаги людей, возня дворовой живности рисовали четкую картину ночной жизни. Ей не нужно было видеть, чтобы понять, кто именно приближается - вооруженный гридень или просто княжий холоп.

Улучив момент, Виста пересекла двор, прильнула к прохладным бревнам княжьего терема, а затем медленно поползла вверх. Там, на третьем поверхе, располагалась излюбленная горница князя, и туда следовало заглянуть в первую очередь. Если же его там нет, придется посетить еще несколько мест, где по сведениям клана можно было застать князя.

Результаты многолетних наблюдений лазутчиков, рассказы послов, купцов и прочих, побывавших при дворе Владимира, все было тщательно собрано и предоставлено Висте. И теперь она в подробностях знала план княжеского двора, внутренних помещений терема, и точно знала расположение всех светлиц и горниц, где князь обычно проводил ночь.