Чтение онлайн

— Только попробуй, — хмыкнул он. — Я тебя тогда самого усыплю. Мама, не слушай его, он преувеличивает.

— Я никогда не преувеличиваю! — с достоинством ответил Аурвандил.

— Он никогда не преувеличивает! — сверкнула глазами на сына фру Эриксон. — Или ты забыл, чем мы обязаны дроттину Вигмарсону? Я не настолько неосмотрительна, чтобы не верить его словам.

— Теперь вы преувеличиваете, фру Эриксон! — с неудовольствием опустил глаза вниз Аурвандил.

— Вовсе нет! — горячо возразила мать.

— Ну хватит, милая, не смущай мальчиков, — положил ей руку на плечо старший Эриксон, — да и девушку тоже.

— Прости меня, милая, мы тебя еще не утомили, надеюсь? — тепло улыбнулась ей фру. — А то пришлось бы покинуть тебя, а я хочу наоборот познакомиться с тобой как можно ближе.

Горислава поймала взгляд подруги и восторженно закатила глаза, кивнув на родителей Ингимара.

Яролика смутилась еще больше.

— Нет что вы, фру Эриксон, нисколько, — ответила она. — Я очень рада, что вы меня навестили и надеюсь, что вы побудете немного.

Ингимар заметив теплый взгляд матери, довольно улыбнулся.

— Мама, ты только не перебарщивай с расспросами, — сказал он. — А то засыплешь ими Яролику…

— А мне может тоже захочется что-нибудь узнать, — удивляясь самой себе, вставила Яролика.

— Вот видишь, мальчик мой, думаю, мы найдем общий язык, — с улыбкой сказала фру Эриксон.

— Не сомневаюсь, что девушке интересно узнать о нас как можно больше, — улыбнулся Стейн. — Ингимар ведь скрывает, кто его родители. Видимо, он нас стыдится!

— Просто очевидно, что дроттин Ингимар — скромный и сдержанный юноша, — ответил ярлу Лициниус, — и, конечно, он настоящий воин! Надо же — уложить такое количество минотавров разом!

Ингимар перевел удивленный взгляд на галла и непонимающе нахмурился. Горислава задохнулась от возмущения:

— Я ничуть не умаляю боевые заслуги Ингимара, — запальчиво сказала она, — однако надо ради справедливости отметить, доминус Целсус, что большую часть из них одолел Аурвандил! — выпалила она.

В комнате воцарилась тишина и все взгляды устремились нанее, в том числе внимательный испытующий взгляд алхимика. Горислава поняла, что опять поспешила, отчаянно покраснела и опустила глаза.

— Вот как? — улыбнулся галльский сенатор. — Какая интересная новость для меня! В газетах об этом ни слова.

— Я просил не упоминать мое имя в газетах, — заметил Аурвандил. — Мне не хотелось бы быть прославленным в этом аспекте. Я ученый, а не берсерк.

Ингимар, с момента перехода на тему минотавров все больше мрачневший, хмуро и едко добавил.

— Мой друг слишком скромен, доминус Целсус.

Аурвандил бросил на некроманта недоуменный взгляд.

— Безусловно, — отозвался галльский сенатор, — но у него есть прелестная защитница. А нашим специалистам, думаю, стоит больше поработать над защитным полем минотавров.

— Он снова внимательно посмотрел на Яролику, потом наклонил голову, — и я должен просить у вас прощения, йомфру Яролика, за это нападение. Мне очень жаль, что произведение галльских рук стало причиной вашего недомогания. Я уже принес извинения дроттину Ингимару за это нападение, и он великодушно простил меня и милую Галлию. Надеюсь, и вы не станете таить зла на Регнум Галликум за все то, что вам пришлось пережить.

Яролика мягко улыбнулась.

— Я нисколько не держу зла на вас и на вашу страну, доминус Целсус, — ответила она. — Вы не виноваты в действиях этого человека. И он не имеет к Галлии никакого отношения. Я от всего сердца принимаю ваши извинения и надеюсь, что скоро эти печальные события останутся в прошлом, а те, кто все это затеял будут пойманы.

Ярл, одобрительно и едва заметно улыбнувшийся, тут же посерьезнел.

— Раз уж у нас зашел разговор, — сказал он, — я хотел бы принести извинения дамам и временно оставить их без мужского общества. Нужно кое-что обсудить в связи с этими событиями, вы не против доминус?

Маркус встал и мягко пожал руку Яролики, потом склонился и поцеловал девушку в щеку:

— Прошу вас, поправляйтесь быстрее! — с чувством попросил он и повернулся к Ингимару. — А вас я хочу попросить, Ингимар, все-таки купить пианино. А то вы уехали с Аурвандилом так внезапно, а йомфру категорически отказались совершать такую крупную покупку без вас!

Ингимар кивнул с едва уловимым напряжением во взгляде.

— Хорошо, Маркус. Я займусь этим в ближайшее время.

— Маркус, большое вам спасибо, что заглянули меня проведать, — сказала Яролика, с легким недоумением покосившись на Ингимара. — Я всегда рада вас видеть.

Фру Эриксон с большим интересом изучала помрачневшего сына и девушку. Мужчины еще раз пожелали Яролике скорейшего выздоровления и направились к двери.

— Аурвандил, проводи отца и доминуса Целсуса в мой кабинет, — сказал Ингимар, когда они оказались в коридоре. — Маркус, вы не задержитесь на пару минут. Хочу кое-что уточнить насчет музыкального инструмента.

Аурвандил кивнул и повел государственных мужей за собой. Макус с любезной улыбкой повернулся к Ингимару:

— Приятно видеть, что вы готовы не медля выполнять потребности ваших подопечных! Я начну занятия с Яроликой как только она сможет сидеть за инструментом. Мы можем съездить и выбрать его вместе, если пожелаете.

Некромант подождал, пока остальные спустятся вниз.

— Прежде всего, — холодно сказал он. — Я пожелаю, чтобы вы относились к Яролике только как к ученице и не источали ей комплименты на каждом шагу. Я не хочу показать невежей, но если вы будете заигрывать с моей невестой, то я из вас душу вытрясу. В прямом смысле слова.

Маркус опешил. На секунду глаза его блеснули яростью, но он тут же снова вежливо улыбнулся:

— Во-первых, — ответил он с достоинством, — я не имел понятия о том, что вы помолвлены. Но, во-вторых, даже если бы мне было об этом известно, то я бы не изменил своего поведения именно потому, что отношусь к Яролике исключительно как к ученице и говорю ей лишь то, что не выходит за пределы банальной галантности. А, в-третьих, я очень не люблю, когда мне угрожают, особенно в прямом смысле слова.

Ингимар мрачно сверлил галла глазами.

— Я надеюсь, — отрезал он. — Главное то, что я вас предупредил.

Маркус немного смягчился, усмехнулся и осторожно положил руку на плечо скандинава.

— Вам не стоит волноваться, Ингимар, — сказал он мягко. — Я даю вам слово: ни одна из ваших подопечных не интересует меня. У меня совершенно иные интересы в Люнденвике. Поверьте, я как никто понимаю ваши чувства: вам кажется, будто ваша невеста — центр мира, притягивающий всеобщие взгляды. Но я в этом вопросе вовсе вам не соперник, клянусь моими ларами!