Чтение онлайн

Рой шаровых молний впился в атакующих рабов сирен, выжигая медицинские биомехи. Отчаянные крики и вспышки бледного-алого огня заполнили мир.

Пара шагов, мах клинком разбивает защиту и сносит голову рабу сирены. Присед, пропускаю над собой удар клинком, и своим тесаком разваливаю человека надвое. Толкаю верхнюю половину тела в несущуюся на меня волну мороза, и бью, сжигая искусника в пепел. Ногой подбиваю валяющийся на мостовой живой клинок, свожу сталь с ума, и отправляю в другого искусника. Лопается защита, и меч превращает человека в фарш.

Гаснут вечные светильники на улице, короткие вспышки и искры летят с фонарных столбов. Мчится волна энергии, сжигающей людскую плоть и камень. Мерцает сиреневым защита, отражая льющиеся на неё потоки энергии.

Ревет обрадованно Сердце Пламени, прокачивая через энергию, урчит Скорлупа, довольно скалится Сияние Разума.

Волки, с шерсти которых опадают ярко-белые светлячки, бросаются на меня. Ловлю правого за лапу, и швыряю в левого. Твари тяжелые, они не настоящие звери, а подчиненные сиренами существа Обочины, энергия Основы миров бурлит в них. Третий пятится, припадает на задние лапы, стремительно бросается на меня.

Сияние Разума подсказывает способ действия, я отдаю команду Конструктору. Универсальный Эффектор выпивает энергию тварей, а потом обращает против них же самих.

Шерсть сгорает в один миг, распадаются мышцы и кости.

Акустический удар, от камней летит мелкая крошка. От сирены ко мне тянется полоса распадающегося камня, стекла домов разлетаются брызгами.

Скорлупа наготове, миг, и она прикрывает меня, укутывает мощнейшим экраном покоя. Энергия, вложенная Иолантой в удар, частью распадается гармониками, а частью превращается в тепло. Камень вокруг горит бледным огнем.

Искусник окутывает защитой наемников, и в меня летят пули. Серебристые огоньки вспыхивают на краю Скорлупы. В ответ бросаю шаровые молнии, которые моментально перегружают защиту. Взрыв разбрасывает наемников как кукол.

«Да сколько же вас тут!» Завопил Миро.

Троица двигающихся с невероятной скоростью рабов сирен возникла передо мной. Скорлупа треснула, принимая на себя удары керамических клинков, растущих из локтей.

Заморозка, враги замедляются, размазанные в пространстве силуэты превращаются в человеческие фигуры. Я по очереди срубил им головы, и тела тварей рассыпались кровавыми кусками промороженного мяса.

Не останавливаться.

Двигаться.

Убивать.

Танец, сложивший воедино и искусство, и науку управления энергиями. Я рисовал этот бой, как художник рисует полотно. И я создавал его, как инженер создает новую машину. Я превзошел сам себя? Наверное. Об этом не было времени думать.

Пение сирены внезапно изменилось.

Выстрел раздался слева, пуля расплескалась по Щиту. Я повернул голову, и наткнулся на пустой взгляд полицейского, целящегося в меня из пистолета. Повел рукой, и оружие в руке полицейского рассыпался за составные части.

Очередь автоматической пушки швырнула меня назад, щит пошёл цветными разводами. Осколки хлестнули по людям вокруг. «Смерч», стоявший в конце улицы, окутался дымом, с башни стартовала ракета, взвилась в небо, и спикировала вниз.

Сияние Разума швырнуло в мой разум ледяную, острую логику мыслей. Сработал Конструктор, Сердце Пламени дало энергию, Универсальный Эффектор отправило навстречу ракете десяток алых искр.

Металлическая болванка, начиненная электроникой, воткнулась в брусчатку, и разлетелась на части. Взрывчатка растеклась небольшой серо-зеленой лужей, вспыхнула неуверенным пламенем.

Следующие искры унеслись к броневику. Не убивать, не убивать, пусть просто спят! Пусть уснут, пусть не слушают этой песни! Пусть слушают другое! Пусть слушают то, что поет Мила! Отныне тут нет место смерти, тут любовь и красота!

Рой искр рвался с Универсального Эффектора. Искры мчались в разные стороны, охотились за людьми, на свою беду оказавшимися на этой улице. Они не несли с собой гибель, они усиливали частоты энергии Милы, теплого солнышка, греющего меня, и гасили частоты Иоланты.

За моей спиной вспыхнула перестрелка, раздались крики. Подоспевшие полицейские сбросили морок, и схватились с рабами сирен. Ауры умирающих плескали в мир посмертные частоты энергии.

Новая троица качков с клинками. Сияние Разума не может радоваться, не может смеяться. Это чистый разум, ничем не замутненная логика, где нет места чувствам.

Частоты энергии пожирают людей, биомехи идут в разлад, и на землю падают обезображенные трупы.

Тончайшее, смертельное покрывало песни сирены Иоланты, рассыпается гармониками. Искры охотятся за людьми, жалят, как комары. Укол, и человек опускается на землю там, где стоял, засыпает, и уже не слышит песни-призыва.

Сирена не сдается, продолжает петь, выводя замысловатую ноту. Волны энергии расходятся от неё в стороны. Убить, убить, убить! Разлетаются на мелкие осколки стекла домов, осыпая мостовую сверкающим дождем. Защита наемников идет волнами, искусник падает на колени, удерживая Щит из последних сил. В руке он держит стремительно пустеющее энергетическое ядро, сделанное в Царских Мастерских.

Иоланта сильна, очень сильна. Сердце Пламени в груди сирены питает и Щит вокруг неё, и песню.

Но её энергия слишком грубая. Индивидуальное искусство, которое разрушают штампованные иголки.

А я иду вперёд.

Человека, выросшего передо мной, убрать с пути не получилось. Телекинез не сработал, смертельные энергии рассеялись гармониками на щите, его меч метнулся к моей голове.

Скорлупа собрала все силы, живой клинок завяз в защите.

Человек отпустил рукоять, взмахнул рукой, и второй живой клинок устремился к моей правой руке.

Я отдернул руку, отшатнулся, избегая следующего удара.

Мой противник двигался быстро, очень быстро, а в его ауре сверкали гармоники Индика. Заморозка не сработала, Танцор Плоти перестроил моментально перестроил тело, а Щит избавился от чужой энергии.

Что можно противопоставить такой скорости?

Технику. Правильно подобранные движения ловят в ловушку стремительно мчащийся мне в голову клинок. Наши мечи соприкоснулись, частоты энергии стекли по моему клинку, коснулись оружия врага.

Сошедшая с ума живая сталь впилась в держащую руку.

Мой противник не испытывал боли, лицо похоже на посмертную маску. Отпрыгнул назад, левой рукой выдернул шипастый шар из предплечья, бросил в меня. Я встретил его коротким вихрем распада, и атаковал сам. Искорки-модули рванулись со всех сторон, опутывая человека сетью телекинеза.