Чтение онлайн

Затем он отстраняется, улыбаясь мне, его губы все еще блестят от моей влажности.

— Не волнуйся, Кэсси. Я позволю тебе кончить.

Я хныкаю от обещания.

— Повернись, — приказывает он.

Я подчиняюсь, мое сердце стучит в груди. Частично из-за возбуждения, частично из-за волнения, нервное ожидание от незнания того, чего он хочет от меня. Колтон проводит руками по моим бедрам, сжимая плоть моей задницы, когда говорит. Интересно, собирается ли он согнуть меня и взять прямо здесь, воткнув в меня свой член так, как я фантазировала?

Думаю, что я хочу, чтобы он наклонил меня и отымел.

— Я сказал тебе, что хочу, чтобы ты кончила мне на лицо, — напоминает он мне. — Стой на месте. Раздвинь ноги.

Я стою неподвижно, мои руки лежат на кровати, когда он ложится на спину на пол, его руки сжимают мои лодыжки.

— Знаешь ли ты, сколько раз я думал об этом виде? — спросил он. — Я фантазировал о том, чтобы ты стояла надо мной в той маленькой черной юбке и на каблуках.

Я резко вдыхаю при одной только мысли.

— Встань на колени, Кэсси, — приказывает он настойчивым голосом. — Мне нужна твоя киска на моем лице.

Ему это нужно.

Я делаю то, что он просит, едва нависнув на секунду над ним, прежде чем он схватил меня за задницу и притянул к своему лицом. Прижав руки к кровати, я закрываю глаза, наслаждаясь тем, что он делает со мной. На этот раз это не медленно. На этот раз он не просто смакует меня. Он пожирает меня, втягивая мой клитор в рот и трахая меня своим языком.

Он поднимает меня со своего лица всего лишь для того, чтобы сказать, чего он хочет от меня.

— Я хочу, чтобы ты трахнула меня, Кэсси, — говорит он мне. — Не сдерживайся. Я хочу, чтобы ты отпустила себя.

Я подавляю хныканье, когда он снова сильно притягивает меня к себе. Его руки движутся по моей спине, по моему животу, а затем они оказываются на моей груди, натягивая мои соски, когда я наклоняюсь вперед, чтобы прижаться к кровати.

Я слишком далека от того, чтобы быть застенчивой, и я слишком далека, чтобы думать о чём-то еще, кроме того, как его прикосновение чувствуется на моей коже или как его рот ощущается, теплым и влажным, между моими ногами.

Мои бёдра прижимаются к нему так, как я хочу кататься на его члене. Где-то снаружи я могу слышать, как мои вопли превращаются в громкие крики, совершенно непонятные, или, может быть, это его имя, которое я произношу снова и снова. Ощущения настолько интенсивны, что даже несмотря на то, что я хочу насладиться этим моментом больше чем-либо еще, я слишком одолена волной удовольствия, которая застигла меня врасплох.

Когда Колтон яростно вонзает в меня свой язык, он посылает меня через край. Оргазм практически ослепляет, и я сжимаю край кровати, когда кричу. Он омывает меня, волна за волной, пока я не теряюсь в нём.

Но Колтон не даёт мне ни минуты передышки. Он сжимает мои бедра и осторожно поднимает меня, его глаза сосредоточены на мне, когда он снова облизывает меня.

— Колтон, — протестую я, отстраняя его от себя.

— Ты смущаешься, — смеется он.

— Я — да, — заикаюсь словами. — Я была… громкой.

Улыбка распространяется по его лицу.

— Это самая горячая вещь, которую я когда-либо слышал. И теперь это не так.

— Что не так? — спрашиваю я.

— Твой первый оргазм от меня.

Первый оргазм? Мой парень из колледжа был больше из типа трах-бах (за исключением без бах, я полагаю), небрежно сжимал мою грудь и потирал пальцем по моему клитору, пока я не кончала, и он мог получить своё следующим по очереди.

Колтон говорит о том, что это был только первый оргазм? Какого черта он хочет со мной сейчас делать?

Он отвечает на мой вопрос еще до того, как я его задаю.

— Я собираюсь вылизать тебя начисто, — говорит он. — А потом я заставлю тебя кончить снова.

Глава 23

Колтон

Я сдерживаю своё слово.

Я вылизываю её киску своим языком, а затем трахаю её пальцами, как и говорил ей раньше. Мы даже не добрались до кровати. В ту минуту, когда я поднимаю Кэсси на ноги, мои пальцы оказываются на ее клиторе. Одна рука на затылке, а другая между ног, и я целую её.

Это не та девушка, которая вошла в комнату на грани нервного срыва, готовая взорваться, распинаться о правилах и всей этой ерунде, слишком много думая.

Эта девушка проводит руками по моей груди и по спине, ее ногти скользят по моей коже, пока я медленно поглаживаю ее внутри. Когда я целую ее, она издает тихие хныкающие звуки приглушенно, но по мере того, как я её всё больше ласкаю, стоны превращаются в более громкие.

На этот раз, когда пальцы Кэсси находят пуговицу на моих джинсах, я не останавливаю ее. Я отнимаю свои губы от ее губ достаточно на долго, чтобы она могла стянуть штаны и трусы с моей задницы, и я отбрасываю их, когда одежда падает на ноги.

Но я не перестаю гладить ее.

Даже когда она смотрит на мой член и облизывает губы. Мой член дергается в ответ, когда мысль о ее губах вокруг него вспыхивает в моей голове.

Когда она обвивает рукой основание моего стержня, я не уверен, кто стонет громче, я или она.

— Он… такой большой, — шепчет она, пока ее рука слегка двигается вверх и вниз по моему стволу. Она хмурит брови, а я смеюсь.

— Ты волнуешься, — говорю я, прижимаясь к текстурированному месту внутри нее, которое заставляет ее стонать.

— Я волнуюсь, это будет… больно.

Ее прикосновения легки, ее движения идеальны, когда её рука надрачивает мой стержень. Это именно то, что я надеялся почувствовать, и я хочу, чтобы мой член оказался внутри нее больше всего на свете.

Я толкаю пальцы глубже, моя ладонь прижимается к ее клитору, и Кэсси напрягает свои бедра против меня, ее движения становятся беспорядочными, когда она приближается к оргазму. Ее киска распухла, мышцы напряглись вокруг моих пальцев.

— Не забегай вперед, — говорю я. — Я не трахну тебя сегодня вечером. Скажи мне, думала ли ты о том, чтобы обернуть свою руку вокруг моего члена, как сейчас?