Чтение онлайн

— Я уже говорила тебе, что хочу, чтобы ты трахнул меня. Я готова. Доверьтесь мне. Тебе не нужно заморачиваться со всем этим свиданием. Я понимаю, что это такое.

Он смотрит на меня так, словно я только что дала ему пощёчину.

— Что ты понимаешь?

— Что это просто забавно, — говорю я. — Ты же знаешь, что это хороший способ потерять девственность, с кем-то, у кого нет никаких ожиданий?

На лице Колтона мелькает раздражение.

— Хватит болтать.

— Ты ведь не расстроился из-за того, что я сказала, что это было весело?

— Может, ты уже заткнёшься и пойдёшь со мной? — рычит он.

— Я не могу появляться с тобой на людях, Колтон…

— Если ты не спустишь свою маленькую задницу вниз по лестнице и не сядешь в мой чёртов грузовик, я сам подниму тебя и отнесу вниз, и тогда кто-нибудь обязательно увидит.

— Нет необходимости в таком поведении.

Колтон открывает дверцу грузовика, старинного синего пикапа, который почему-то кажется ему идеально подходящим. Внутри я провожу пальцами по приборной панели.

— Это твой?

— Это был фермерский грузовик моего отца, — объясняет Колтон. — После того как он умер, моя мама захотела его продать. Она уговаривала отца продать его за год до его смерти, хотела, чтобы он купил что-нибудь новенькое. Я убедил её оставить пикап себе. Я проводил почти каждый бодрствующий момент вне практики старшего года средней школы на восстановление этой машины.

Пока Колтон маневрирует через город и выезжает на шоссе, мы молчим. Сумерки, небосклон красновато-фиолетовый, когда солнце садится на горизонте, купая все в глубоких закатных оттенках.

— Ты не сказал мне, куда мы едем, — жалуюсь я.

— Нет.

— Это был не вопрос «да» или «нет». Это было приглашение для уточнения.

Колтон хмыкает в ответ.

— Значит, уже темнеет, и ты везёшь меня из города на своём грузовике неизвестно куда, чтобы сделать неизвестно что со мной? — спрашиваю я.

— Вот именно, — подтверждает Колтон.

— Просто хотела прояснить ситуацию.

— Рад, что смог помочь.

Я откидываюсь на спинку сиденья, наблюдая, как он выезжает из города в деревню, окраины быстро сменяются холмами и деревьями. Он сворачивает на фермерскую дорогу и проезжает несколько миль до вершины холма, где есть небольшая поляна. Он ставит грузовик на стоянку и сидит там с минуту, глядя прямо перед собой. Несколько деревьев частично скрывают вид, но за ними находится горизонт, усеянный городскими огнями, которые тянутся на многие мили.

Просто дух захватывает.

— Сиди здесь и не двигайся, — говорит он, не дожидаясь ответа, прежде чем вылезти из грузовика и пойти в заднюю часть, где я слышу, как он снимает крышку с кузова грузовика и начинает двигать вещи.

Я откидываю голову на спинку сиденья и закрываю глаза, мысленно прокручивая разговор в моей квартире. Если бы я не знала его лучше, то подумала бы, что обидела его раньше, сказав, что это просто забава.

Но это совершенно нелепо. И я не настолько наивна, чтобы думать, что это что-то большее.

Когда он открывает пассажирскую дверь, я вздрагиваю от шума.

— Так ты меня напугаешь, — говорю я, нервно смеясь.

Он берёт меня за руку и ведёт к задней части грузовика.

Кузов грузовика заполнен одеялами и подушками. Пара свечей по бокам — наше единственное освещение, кроме лунного света, теперь, когда наступила темнота.

— Я знаю, что не могу никуда тебя вывести, Кэсси, — говорит Колтон позади меня, его голос хриплый.

— Не знаю, что и сказать. — Это просто и романтично и… именно этого я меньше всего ожидала от футболиста, особенно с такой репутацией, как у него. Я поворачиваюсь к нему лицом. — Я — не ожидала этого.

— Ну, может, тебе стоит изменить свои ожидания, — говорит Колтон, просовывая руки мне под бёдра. Я обхватываю его ногами за талию, и он укладывает меня на надувной матрас в кузове грузовика.

Колтон оставляет меня там, подходит к передней части грузовика и включает радио. Пэт Грин бренчит на гитаре и тихо поёт из динамиков.

Затем он заползает в кузов грузовика рядом со мной.

— То, что я говорила раньше о веселье, я… — начинаю я.

— Хватит болтать. — Его рука движется под моим подбородком, его большой палец на моих губах, заставляя меня замолчать.

Я открываю рот, чтобы извиниться, но Колтон останавливает меня, кладя руку мне на затылок и закрывая мой рот своим, прежде чем я успеваю это сделать. Его язык скользит между моих губ, его поцелуй одновременно нежный и настойчивый.

Он сажает меня к себе на колени, обхватывая моими ногами свою талию, и долго целует. Я цепляюсь за него, мои руки дёргают ткань его футболки, отчаянно желая, чтобы его кожа соприкасалась с моей. Когда он перестаёт целовать меня, то только для того, чтобы раздеть, бормоча что-то о моей дурацкой одежде себе под нос, пока он стягивает мои джинсы по бёдрам.

Он швыряет свою одежду куда-то в кузов грузовика или на землю, я не уверена, потому что всё, о чём я могу думать — это непрекращающаяся пульсация между ног. Он останавливается, обнажённый в лунном свете, и смотрит на меня.

— Ты самая горячая штучка, которую я когда-либо видел, — шепчет он.

— Заткнись, — поддразниваю я, и он рычит, ползя по импровизированной кровати, пока не достигает меня, его рот сразу же касается моей груди, его язык скользит по моим соскам, пока я практически не корчусь от предвкушения.

Он целует меня в живот, проводя языком по коже до пупка и ниже, но я оттягиваю его голову.

— Не сейчас, — шепчу я. — Я этого не хочу. Я хочу, чтобы твой член был внутри меня. Сейчас.

— Ты уверена? — спрашивает он.

— Положи руку мне между ног, — говорю я, и он делает это, издавая низкий гортанный звук, когда чувствует, насколько я мокрая. — Это отвечает на твой вопрос?

— Чёрт, Кэсси, — рычит он.

— Я хочу почувствовать это, — шепчу я, обхватывая рукой его член и направляя его между ног. Я стону, когда он трётся головкой своего члена о мой клитор, а затем дальше, покрывая член моей влажностью.

— Ты такая мокрая, — говорит он. — Я не могу перестать думать о твоей тёплой влажной киске на моём члене.

Он дразнит меня до тех пор, пока я больше не могу этого выносить, пока не превращаюсь в хнычущий комок нужды и желания.

— Я хочу, чтобы ты был внутри меня.

Он делает паузу.

— Я никогда не делал этого раньше, Кэсси.

— Ты тоже девственник? — дразню я.

— Я никогда не брал девственность.

Я останавливаю его, выгибая спину и прижимаясь губами к его губам.