Чтение онлайн

— Да уж проследи, чтобы они случайно никого не убили, ставя на них опыты. Всё же существует презумпция невиновности, да и допросить смельчаков до казни тоже бы не помешало, — внезапно попросил герцог, а я ему только тепло улыбнулась в ответ.

— Постараюсь, но ничего обещать не буду!

Я на секунду остановилась в проходе, размышляя, где стоит искать этих ребятишек в первую очередь. Понятно, что точно не в комнате. Это было бы попросту глупо — что им там делать, когда тут настоящее поле боя и возможность проверить все свои последние изобретения. Я не была наивной и прекрасно отдавала себе отчёт в том, что этот робот, несомненно, предмет гордости, но он также вершина айсберга, ведь он не сразу появился, даже взрослые гении на такое не способны. А значит, вариантов два: либо они решили натравить на нападающих недоработанные версии, либо приложат все усилия для того, чтобы оживить и вернуть в строй то, над чем с диким блеском в глазах трудилась группа исследователей. В любом случае, искать троицу стоит возле лаборатории. Не теряя времени, я поспешила в ту сторону и совсем скоро обнаружила их. Вокруг лаборатории было относительно спокойно. А как же иначе? Ни один адекватный взрослый не мог и в страшном сне предположить, что ребёнок перед рассветом может кинуться сюда, а не прятаться от злых дяденек. Сразу видно, что никто из этих дурней не работал в детском саду и понятия не имеет, что самоуверенные детишки с множеством талантов лезут на передовую быстрее и увереннее самых смелых профессионалов. — Что тут происходит? — поинтересовалась я, хотя ответа знать совсем не хотела, потому что даже моих скудных знаний хватало для того, чтобы понять, что, во-первых, идиотам, которые сюда полезли, не поздоровится, а во-вторых, мне, скорее всего, придётся отстраивать детский садик заново. Интересно, у Эндрю хватит на это денег? Может быть, его идея перенести садик в столицу не такая уж и плохая, как я думала изначально? — Не волнуйтесь, мы уже почти совсем закончили, — радостно провозгласила Мария, и вот тут я заволновалась всерьёз, потому что милая девчонка взмахнула руками, и из темноты буквально за пару секунд образовались сразу несколько десятков давно умерших мышей. — Мышки нам помогут! Они намного умнее, чем я мог предположить! Так что дома мы их травить больше не будем! — поспешил порадовать меня своими умозаключениями Матиас, а я только в ужасе прикрыла глаза. Прерывать незавершённое заклинание маленького, нестабильного мага смерти не стал бы даже сумасшедший. Это слишком опасно.

Поэтому я с какой-то даже отрешённостью наблюдала, как свежеподнятые души мышей, которых мы упорно травили последние пять-семь лет, восстают в буквальном смысле из пепла и вживляются в совсем небольшие машины самых причудливых форм и размеров.

— Мы не сразу нашли оптимальный вариант, больше суток ушло, — покаянно признался Гарри, а я вздрогнула всем телом. Как только это всё закончится, устрою воспитательницам такой разнос, что мало не покажется. Подумать только, дети сутки не спали, неизвестно, сколько не ели, а никто не заметил. Или заметил, но ничего не сказал. Даже не знаю, какой вариант в таком случае хуже.

Я резко и возмущённо фыркнула, но Гарри трактовал моё возмущение по-своему.

— Вы не волнуйтесь, я их уже успел зарядить зелёной слизью. Она, конечно, не такая забористая, как розовая, но формулу я уже знаю, она простая и отработанная. К тому же тут не у всех получилось правильно настроить плевательную функцию, — покорился ребёнок, а у меня закончились слова, по крайней мере цензурные точно.

— Не переживай так сильно, ты ведь в первый раз делал что-то подобное. Мы ещё натренируемся, — тут же поспешил утешить нового друга Матиас, а я впервые подумала о том, что выйти замуж за герцога и уйти в отставку — не такая уж плохая идея, потому что подобные тренировки и эксперименты моя несколько расшатанная психика может и не пережить.

Мария тем временем не теряла времени даром.

— Вперёд! На врага! — приказала девочка, отдав ментальный приказ такой силы, что даже меня зашатало. Ну, прекрасно! У нас ещё и стихийная ментальная магия, как будто одной смерти не хватало. Нет, теперь точно ухожу в отставку.

Именно в этот момент меня осенило.

— Мария, солнышко, а ты не уточнила случайно, кто именно тут враг? — ласково поинтересовалась я, глядя вслед скрывающимся из вида механизмам. Пытаться преследовать или остановить этих монстров всё равно было уже бесполезно, да и не моя это работа.

— Зачем? — пожал плечами Гарри. — И так и эдак всех переловят, а мы уже там, потом спокойно разберёмся, — возвестил этот гений, а меня передёрнуло. Буквально.

Впрочем, малыш оказался прав. Разбираться действительно пришлось, примерно через полчаса.

Герцог Эндрю дель Гельд

Мы вновь сидели в кабинете Марианны, вот только настроение сейчас было совсем другим, если не сказать больше. Солнце уже давно стояло в зените, большинство детей уже вполне успешно временно перераспределили по другим детским садам, а мы в компании демоновой троицы — именно так прибывшие армейские чины и прочие окрестили детишек — пытались разобраться со всем, что тут произошло.

Одно было точно: детский сад номер тринадцать был почти полностью разрушен, армия до сих пор разбирала последние завалы и вытаскивала из них прилепленных к стенам людей.

— Что мы будем делать дальше? — поинтересовалась у меня Марианна, а я взял в руки чашку с восстанавливающим отваром и начал усиленно демонстрировать, что меня очень сильно мучает жажда.

— Ну, сначала нам нужно будет отправить вотум протеста сразу в три соседних страны, — медленно проговорил я, пытаясь хотя бы мысленно охватить размеры предстоящей мне бумажной работы. Они откровенно пугали.

— Это понятно, я не про дипломатическую часть, а про детей, про нас с тобой! — внезапно заявила Марианна и посмотрела на меня серьёзно, а я забыл, как дышать, и уставился на неё во все глаза.

Про нас с ней?

Нет, я не буду переспрашивать, что именно она имеет в виду, просто не смогу набраться для этого сил и смелости.

Но она была права, по крайней мере насчёт детей так уж точно. Оставлять их в детском саду было попросту невозможно. Учитывая всё то, что они тут уже успели сотворить, это было попросту опасно и для них самих, и для всех остальных, которые, чаянно или нечаянно, могли оказаться рядом, потому что мы ещё не успели до конца разобрать завалы, когда эта троица уже попыталась вновь поэкспериментировать.

Выглядело это настолько устрашающе, что один из пленных соседей начал орать сиреной о том, что пытки запрещены конвенцией и он сам всё расскажет, только не оставляйте этих детишек рядом.

Это произвело впечатление на армейские чины, и если Матиаса и Марию я ещё как-то мог защитить, потому что они как-никак считались членами королевской семьи, то с Гарри всё было сложнее.

От внимания учёных, в том числе из Академии магии, также не становилось легче, потому что они тоже требовали забрать детей себе, пускай и в гораздо более мягкой форме, аргументируя это как интересами науки, так и самих детей.

С тем, что этой троице было необходимо серьёзное обучение, далеко выходящее за рамки обычной программы даже для очень одарённых детей, было трудно спорить.

Эта троица и поодиночке была серьёзным оружием, а уж все вместе и вовсе представляла собой что-то страшное.

— Как ты думаешь, позволили бы родители Гарри, если не усыновить их сына, то взять над ним опекунство? — поинтересовался я осторожно.

— Опекунство? И это при живых родителях? Разве такое вообще возможно? — удивилась Марианна, совершенно не понимая, к чему я клоню.

— В истории есть один или два подобных прецедента. Так, например, было с прошлым магом Смерти: при живых родителях, в целях обучения и воспитания сильнейший некромант королевства стал его опекуном.

— А что нам это даст? Кроме того, я не верю, что мне позволят что-то подобное. Если ты не забыл, мне так и не вернули мой титул, — язвительно добавила Марианна, но я прекрасно видел, что вопрос титула её совершенно не волнует.

— Мне позволят, я ведь отец Матиаса. Оформить опекунство над Марией будет проще простого, уверен, что это ни у кого не вызовет вопросов. С Гарри будет немного сложнее, но и это можно утрясти, если решить главную сложность, — я старался держать себя в руках, потому что всё моё будущее сейчас зависело от этого.

— Какую же? — поинтересовалась Марианна.

— Оформить опекунство может только аристократ, состоящий в браке. Я вдовец, а ты не замужем, — как мог, мягко намекнул я.

А Марианна рассмеялась. Звонко и громко. Интересно, что это значит? По крайней мере, я не получил по лицу чем-то тяжёлым; уже одно это должно было меня радовать.

— Это было самое паршивое предложение из всех, которые мне доводилось слышать, — заявила она внезапно, резко остановив смех, а я замер, окончательно сбитый с толку.