Чтение онлайн

И Эванджелина планировала идти по ней, куда бы она ни вела.

Одно воспоминание можно было списать на совпадение.

Но она видела Лучника дважды, и каждый раз в его присутствии память понемногу возвращалась, а вместе с ней и надежда.

Проснувшись до рассвета и проведя самые темные часы в борьбе с Лучником под дождем, Эванджелина должна была в изнеможении рухнуть в постель.

Но ей, напротив, совсем не спалось. Она с восторгом думала о том, что обрела частичку себя прежней. Одну из своих любимых. Ту частичку себя, которая никогда не переставала надеяться. Эванджелина уже и забыла, как надежда раскрашивала жизнь яркими красками, а все чувства словно делала теплее, как вселяла в нее уверенность в том, что невозможное возможно.

Воспоминания исчезли не навсегда, они просто были утрачены, и Эванджелина отныне не теряла надежды, что однажды их вернет.

Поскольку Лучник пробудил уже два ее воспоминания, Эванджелина всей душой надеялась, что при следующей их встрече вспомнит что-нибудь еще. А если не сработает, то она заставит его рассказать, откуда они знакомы друг с другом.

И в этот раз она не собиралась ждать, пока он сам ее найдет.

Эванджелина планировала устроить экскурсию по Волчьей Усадьбе и в том числе посетить комнаты, где жили стражники и солдаты. Лучник обещал провести еще один урок позже, но Эванджелина не желала ждать. Она собиралась найти его сегодня же.

– Простите, Ваше Высочество, – пискнула Мартина. – Вам стоит на это взглянуть. Пока вы разговаривали с учеником лекаря, в ваши покои доставили письмо. – Служанка протянула записку с восковой печатью Аполлона.

Быстро разломив ее, Эванджелина начала читать.

– Пора приступать к подготовке! – воскликнула Мартина, даже не пытаясь притворяться, что не заглядывала в записку через плечо Эванджелины.

– Не рановато ли? – удивленно спросила Эванджелина. Часы только недавно пробили полдень, а значит, у нее оставалось еще несколько часов для поисков Лучника. – И это просто ужин.

– В Колонном зале не проводится «просто ужин», – возразила Мартина. – Принц наверняка имел в виду торжество. На него будут приглашены все. Придворные, знать, все члены Великих Домов, все стражники…

– Все стражники? – встрепенулась Эванджелина, тут же подумав о Лучнике.

Если он будет присутствовать на ужине, то ей не придется искать его по всему замку. И если там в самом деле собирается столько людей, как утверждает Мартина, то им с Лучником наверняка удастся ненадолго улизнуть, чтобы поговорить наедине.

Аполлону стоило бы выбрать для ужина другое место.

Колонный зал был одним из самых впечатляющих помещений Волчьей Усадьбы – с куполообразным стеклянным потолком высотой не меньше чем в три этажа, сквозь который открывался прекрасный вид на звезды. В центре зала выстроились кругом восемь огромных колонн, изваянных по подобию Забытых святых. По мнению Аполлона, они выглядели гораздо более внушительными, чем статуи Доблестей в бухте, поскольку не были лишены голов. Кроме того, их вырезали из редкого звездчатого камня, который светился по ночам, окутывая зал ореолом таинственности. И Аполлон надеялся, что это произведет на Эванджелину впечатление.

Но теперь он жалел о своем выборе.

Ему следовало лучше позаботиться о защите.

Колонны и правда выглядели внушительно, но также они закрывали обзор на весь зал и парадные двери. Разумеется, там стояли стражники, которые всматривались в лица каждого гостя, чтобы не пропустить Джекса. Однако к концу вечера половина стражников напивалась не меньше, чем собравшиеся гости. Так всегда случалось на подобных мероприятиях.

Аполлон никогда не требовал от стражи строго соблюдать условности во время торжественных ужинов. Как правило, наибольшую опасность на подобных мероприятиях представляли затянувшиеся тосты гостей, а позволяя стражникам пить хмельные напитки, Аполлон тем самым сохранял их преданность. Он не хотел рисковать их верностью – только не после того, как отдал приказ казнить Виктора и Гензеля. Ему просто придется держать Эванджелину подле себя весь вечер.

Ее появление Аполлон почувствовал ровно в тот момент, когда она ступила в Колонный зал. По его коже разлилось странное покалывание – приятное и тревожное одновременно, словно его тянуло к ней. Остаточный эффект от проклятия Лучника. Хотя, когда он находился под действием страшного заклятия, тяга эта была гораздо сильнее – похожая на обжигающий огонь, который, как ему казалось, могла потушить лишь Эванджелина.

Повернувшись, Аполлон увидел, как она входит в зал, и все остальное для него мгновенно померкло.

Уставленные разными яствами столы, гости в роскошных нарядах, величественные колонны, огромные свечи вокруг них – все это казалось нечетким, как написанная акварелью картина, краски которой размыло дождем.

И посреди всего этого Эванджелина, элегантная, невинная и такая прекрасная, словно бы сияла.

Как только ему удалось стряхнуть с себя оцепенение и сосредоточиться, Аполлон заметил, что взгляды всех присутствующих тоже были обращены на Эванджелину. Он поймал себя на мысли, что ему ужасно не нравится, что гости не сводят с нее глаз. Кто-то просто проявлял любопытство, но взгляды некоторых настораживали, а другим Аполлону и вовсе хотелось перерезать глотки.

Он изо всех сил старался держать себя в руках. В конце концов, Эванджелина была самой красивой женщиной в этом зале, и он не мог винить других за то, что они смотрят на нее.

И тем не менее он хотел дать понять каждому, что она принадлежит только ему.

Эванджелина не заметила, как он приблизился. Она неторопливо прохаживалась по залу, широко раскрытыми от удивления глазами разглядывая светящиеся колонны.

Волосы ей собрали в изящную прическу на макушке, а одета она была в платье с глубоким вырезом и на тонких бретельках, которые Аполлон мог порвать одним легким движением. Возможно, если он все сделает правильно, сегодня ночью Эванджелина позволит ему осуществить фантазию.

Он тихо подошел к ней сзади.

– Выглядишь потрясающе, – прошептал Аполлон. Затем, поскольку Эванджелина принадлежала ему, а он целиком и полностью принадлежал ей, он нежно и трепетно поцеловал ее в шею.

Он почувствовал, как ее кожа потеплела от прикосновения его губ. Но потом Эванджелина напряглась.

Аполлон испугался, что его порыв пробудил в ней опасные воспоминания.

Встав рядом, он медленно положил ладонь ей на поясницу.

– Надеюсь, я тебя не напугал?

– Вовсе нет, – ответила Эванджелина, однако голос ее прозвучал непривычно тонко. Она окинула взглядом зал и добавила: – Просто не ожидала увидеть столько людей.

Аполлон вмиг заподозрил неладное, но не мог с уверенностью утверждать, волновалась она из-за шумной толпы или же оттого, что пыталась кого-то в ней найти. Последнее казалось невозможным, поскольку она никого не помнила… или не должна была помнить.

Где-то неподалеку запел менестрель, восхваляя Аполлона Великого и проклиная Джекса Ужасного, которого вскоре ждет смерть:

– Чудовище в обличии людском иль смертный грех, бродящий по земле. Неважно кто, он умертвляет деток и жен ваших крадет, а стоит зазеваться чуть, как жадно заберет и жизнь.