Чтение онлайн

То есть уйти с Лето.

Однако глубоко в душе, к ее собственному удивлению, Одри хотела увидеть, как он выбьет дерьмо из этого Хелликса.

Очарованность будущим насилием, вонзившаяся под ре­бра, как кинжал, — предательство. Одри считала себя разум­ной, цивилизованной женщиной. Она ценила логику, книги, длинные разговоры с Калебом о политике и истории. Муж поддразнивал ее за то, что пьесы Шекспира она читала в хро­нологическом порядке.

Этозавораживало ее на примитивном уровне.

Только теперь она заметила, что Лето слегка наклонил те­ло в сторону, закрывая ее от Хелликса. Сознательно? Она не смела в это поверить. Ее мучитель-вуайерист-союзник пинал ее в живот. Неоднократно. Он таскал ее за волосы и таращил­ся на то, как она одевается. И только услышанные обрывки его разговора со Стариком могли объяснить эту позу защит­ника.

Она была ценна для него.

Позы собравшихся излучали угрозу.

— Я подожду следующего боя, — произнес Лето неверо­ятно низким голосом. — И повторю на нем прошлый наш ре­зультат.

Маска Хелликса соскользнула лишь на секунду. Под показ­ной бравадой скрывался стыд. Одри сомневалась, что суме­ла бы подметить это ранее, до происшествия в Клетке. Но те­перь все ее чувства обострились. И хотя Хелликс мгновенно взял себя в руки, она была уверена, что Лето тоже не упустил миг сомнений. Неудивительно, что он так уверен, стоя ли­цом к лицу с подобравшимся, скалящимся Хелликсом. Стыд мог быть таким же изнуряющим, как гордость или страх.

Лето казался мастером по нахождению чужих слабостей.

Хелликс рассмеялся, словно все это не имело значения.

— Однажды я тебя прикончу. Отделю твою голову от те­ла, и ты навсегда покинешь этот мир.

— Если бы у тебя был шанс победить в Конфликте, я бы воспринял эту угрозу всерьез.

— Ах ты надменный...

— Моя надменность оправданна. — И вместо того, чтобы добавить физического напряжения, Лето сделал шаг назад. Будь на его месте любой другой, это показалось бы отступлением. Но его угрожающее выражение лица, подчеркнутое се­ребристым шрамом над верхней губой, говорило об обрат­ном. Он победил в этой схватке. — Твоим парням не повредит практика. Мы оставим вас заниматься делом.

Он взял стиснутые кулаки Нинн, одной рукой удерживая оба ее запястья, и протащил ее сквозь очаг дикого напряжения.

— И, к слову, — добавил он, встретив взгляды прихлеба­телей Хелликса. — Старик сегодня здесь. Самое время попы­таться его потешить — если, конечно, вам не важнее впечат­лить Хелликса.

Люди Хелликса с поразительной быстротой поддались его игре. Они тут же прекратили жеребячий гогот и грязные под­колки, с которыми они хлопали друг друга по плечам, под­бадривая, как футболисты перед матчем. Их интерес к Лето и Нинн испарился в мгновение ока. Пышущим яростью ба­рьером остался только сам Хелликс, но и он не помешал им выйти.

Вместо этого он вернул себе контроль над ресурсами, ко­торые ему принадлежали: мужчинами, которые о нем забыли.

— Пошли, говнюки. Быстро в Клетку, Дракон ее подери.

Одри не оглянулась, даже когда рука Лето сменилась на­ручниками охраны. Только выдохнула от резкого облегче­ния. Инцидент придал ее положению новый смысл. Трени­ровки у дурака или садиста приведут ее только к смерти. Теперь она доверяла Лето больше, чем могла бы представить, проснувшись утром.

Утром. Несмешная шутка. Она понятия не имела, что сей­час светит на небе, солнце или луна.

— Откуда ты знал, что он отступит?

Лето шагал впереди, широким размашистым шагом. В от­вет он лишь бросил на нее оценивающий взгляд через пле­чо. Похоже, он начал смотреть на нее чаще, с тех пор как она начала использовать логику, а не бессмысленную истерику. Не лучшее первое впечатление, которое она произвела, ну да черт с ним. Любой, пострадавший в лабораториях Астера, вел бы себя точно так же.

— Я прожил шесть лет в комнате по соседству с Хеллик­сом, — ответил он. — И ни разу не видел, чтобы он нападал первым.

— А другие? Не стоят беспокойства?

Его впечатляющая спина сияла бронзой в свете флуорес­центных ламп коридора.

— Мои умения не ограничиваются Клетками.

— В этом я убедилась. — Она провела рукой по неровно остриженным волосам. Одри хотелось взглянуть в зеркало, пусть даже только для того, чтобы оценить нанесенный ей ущерб. Или увидеть себя такой, какой ее видел он. — По­хоже, что и вместо крови у тебя мускулы. Но я хотела бы выжить, спасибо. А это значит, что мне придется у тебя учиться.

Он засмеялся так тихо, что его губы почти не двигались. Звук был таким же гортанным и хриплым, как его голос.

— Мне не придется тебя ломать.

— Звучит разочарованно.

— Возможно.

Что-то похожее на веселье светилось в его темных глазах. Даже яркие лампы и странная острота ее чувств не давали уверенности. Она забыла, сколько обычных человеческих эмоций принято было скрывать среди Королей Дракона. Вы­ражения лица обычно бывали сдержанными и спокойны­ми — лучший способ удержать Пять кланов от уничтожения друг друга на протяжении тысячелетий.

Живя среди людей, она научилась улыбаться, смеяться и плакать без оглядки. Она научилась выражать то, что чув­ствует. Здесь это было опасной слабостью, которую нужно как можно быстрее забыть. Иначе каждая задумка и намере­ние будут кричать о себе с ее лица.

Новые потери. Теперь я не могу даже смеяться и плакать.

— Не сомневаюсь, ты найдешь другие способы держать меня в узде.

— Звучит как приглашение.

Едва заметная улыбка была первым намеком на человека, которого Одри увидела под его броней. Она и сама скрыла улыбку. Женщины обладали преимуществами, которыми компенсировалась очевидная уязвимость. С рассвета времен они пленяли самых больших и сильных самцов. Искали без­опасности среди альф. Среди людей, которые прикрыли цивилизованностью древние инстинкты, ее бы смутила такая мысль.

Лето был альфой, необходимым ей, чтобы выжить. Чтобы вернуть сына. Чтобы заставить Астеров заплатить.

Охрана вернула их в камеру Одри и закрыла их обоих снаружи.

Лето прислонился к влажной стене и скрестил руки на гру­ди. Скульптурные мускулы стали рельефнее. Все, что он де­лал, было связано с Клетками. Быть лучшим. Спасти свою семью. Но его мозг был неисправимо промыт Астерами. Он был частью системы, которую она собиралась спалить дотла. Их цели совпадали только в матчах, где им обоим нуж­но было выжить.