Чтение онлайн

– Говорит, но смотря о какой породистости!
– прохихикал Копака.

Уж кого-кого, а обвинить Копаку* в отсутствии породистости было нельзя. Копака как две капли воды был похож на портрет Георгия Саакадзе, напечатанный в учебнике истории Грузии. Атлет с плечами в косую сажень, с раздувающимися, как у арабского скакуна, ноздрями и огромными глазами, он не знал равных себе в кулачном бою от Верэ до самого Навтлуги.

_______________

* К о п а к (копаки) - овчарка.

– Отрицание генов больше всех устраивает людей беспородных!
– заявил Цицка.

– Значит, я и Коплик беспородные? Так, по-вашему, да?
– обиделся Кока.

– Ты что, белены объелся? Сам доказывал, что не существует никаких рас, генов и пород, а теперь сам же на нас огрызаешься?!
– прикрикнул на него Копака.

– Кончайте базар! Вот идет профессор Имедашвили, спросим у него! успокоил спорщиков Бердзена.

– А кто спросит?
– поинтересовался Коплик.

– Копака. Он самый породистый среди нас!
– съязвил Бачана.

– Почему я? Пусть спрашивает Бердзена!
– наотрез отказался Копака.

– Нет! Уступаю эту честь Цицке. Кстати, он очень похож на прилежного студента!
– отклонил Бердзена свою кандидатуру.

– Пожалуйста, я согласен!
– Цицка отделился от группы и приготовился к встрече с профессором, который не спеша шагал, держа под мышкой черный портфель.

Профессор прошел мимо ребят, даже не заметив их. Цицка бросился наперерез ему и почтительно поздоровался:

– Здравствуйте, уважаемый профессор!

– Здравствуйте, - ответил тот.

– Извините, уважаемый профессор... У нас возник спор по одному вопросу, и... нас интересует ваше мнение...

– Это как же... Вот здесь, на улице?
– Профессор растерянно огляделся по сторонам и поправил очки.

– Пожалуйте сюда!
– Цицка взял его под руку и подвел к товарищам. Те вежливо расступились, уступив профессору место у стены с облупившейся штукатуркой.

– Слушаю вас!
– Профессор переложил портфель ИЗ одной руки в другую.

– Видите ли, Эквтимэ Николаевич, - начал Коплик, - мы здесь поспорили, существуют ли гены, породы, так сказать. Цицка говорит, что...

– Кто?
– переспросил профессор.

– Цицка!

– А что это такое?

– Цицка - вот этот!
– Коплик положил руку на плечо товарища.
– Его имя Давид, мы зовем его Цицкой.

– Понятно. И что же говорит Цицка?

– Он и Копака говорят, что...

– А Копака это кто?

– Вот этот!

– В паспорте так и записано - Копака?

– Нет, по паспорту он Тенгиз!
– ответил Бердзена.

– А это кто?
– спросил профессор.

– Это Бердзена!

– Грек?*

– Нет, гуриец!**

_______________

* Б е р д з е н и - грек.

** Г у р и я - область в Западной Грузии.

– Как?

– Грузин.

– Как его звать?

– Мераб.

– А вас?

– Коплик.

– Слава богу, наконец-то я услышал нормальное имя!.. Так что вам угодно, Коплик?

– Я же сказал... Вот они говорят, что в природе существуют гены и породы, а я и Кока...

– Ага, есть еще и Кока? С водой или без?* - спросил профессор и сам рассмеялся своей шутке. Рассмеялись ребята - им было приятно, что они сумели развеселить профессора.

_______________

* Игра слов: "кока" по-грузински - "кувшин".

– Значит, вы и Кока считаете, что рас и генов не существует. Так?

– Так!
– кивнул головой Коплик.

– Вы правы!.. Расовая теория антинаучна, реакционна. Это фашистская теория. Что же касается генетики, изучающей наследственность и изменяемость организмов, то здесь дела обстоят несколько иначе.

– Позвольте, профессор, - прервал его Бердзена, - а как же с породистыми животными? Выводят ведь лучшие породы лошадей? Вон у нас в Александровском саду специальные выставки породистых собак устраиваются, золотыми медалями их награждают!

– Как вас зовут?

– Мераб!

– Видите ли, дорогой мой Бердзена, на протяжении веков путем естественного отбора в мире животных...

– А разве человек не общественное животное?
– не дал ему договорить Цицка.
– И разве в сельском хозяйстве мы не осуществляем селекцию, скрещивание, выведение новых пород?

– Друзья, что же это вы, словно радио, умеете только говорить, но не слушать?!
– Профессор развел руками и выронил портфель.

Молчавший до сих пор Бачана быстро поднял его, сунул профессору под мышку и скромно произнес:

– Слушаем вас, уважаемый профессор...

– А-а... вас как звать?

– Бачана.

– Так вот, дорогие мои Бачаны, Коки, Коплики, Бердзены, Цицки и Копаки, такие вопросы на улице не решаются... Пожалуйте ко мне на кафедру, с пяти до шести, или на квартиру, с десяти вечера до утра, и будем дискутировать сколько вашей душе угодно. Устраивает?
– спросил профессор растерявшихся парней.

– Если можно, мы придем к вам домой, - ответил Бачана.

– Вот и отлично!

– Впустят нас?
– спросил Коплик, взглянув на свои ботинки.

– Безусловно! Вы только назовитесь - пришли, мол, верийские парни.

– До свидания, уважаемый профессор!
– попрощался Цицка.

– Будьте здоровы!
– Профессор чуть приподнял свою фетровую шляпу и продолжил свой путь. Ребята в знак почтения склонили головы.

– Хороший он человек, даром что профессор!
– подвел Цицка итоги переговоров.

– Ребята, Марго-дурочка идет!
– воскликнул вдруг Бердзена.

Со стороны Верийского базара, по левой стороне улицы Меликишвили, шла известная всему району Марго, размахивая руками и напевая веселую песню:

Пароход плывет по морю

В заграничные края,

Привезет он мне подарки,

Ах ты, душечка моя!..

– Хабарда!* Верийская Марго идет!
– прерывала временами она свою песню и вновь продолжала:

Я станцую вместе с вами

И лезгинку и танго.

Приходите, поглядите

На красавицу Марго...

_______________

* Х а б а р д а!
– "Сторонись!" (перс.).

Марго была пьяна. Прохожие, знавшие Марго, с улыбкой приветствовали ее, затем оборачивались, с сожалением качали головой и шли дальше. Незнакомые, избегая встречи с пьяной и явно ненормальной женщиной, поспешно переходили с тротуара на мостовую.