Чтение онлайн

— Ты трус, который тешит своё эго, издеваясь над теми, кто не может дать отпор, — выплюнула я, глядя прямо в его глаза, полные ярости.

На мгновение он замер. Казалось, мои слова задели что-то глубоко внутри него, какую-то скрытую боль. Но это было лишь на мгновение — вскоре его лицо снова исказилось в жестокой усмешке, и он рассмеялся.

— Ты не понимаешь, о чём говоришь, — холодно бросил он.

Внезапно он потянул за верёвку и, схватив меня за талию, с силой усадил на коня.

— Так мы никогда не доберёмся, — сказал он сухо, садясь позади меня.

Его тело оказалось слишком близко. Тепло его груди ощущалось даже сквозь слои одежды, а горячее дыхание касалось моей шеи. Моё сердце бешено заколотилось, когда в памяти всплыли события той ночи — его прикосновения, его хриплый шёпот, и то, как он заставил моё тело подчиниться.

Его руки крепко обвили меня, словно стальные цепи, лишая возможности даже пошевелиться. Он натянул поводья, и конь тронулся с места, грациозно пересекающий снежное поле.

Мы удалялись от дворца всё дальше и дальше, пока он не остался лишь серым пятном на горизонте. Лес впереди казался тёмным и пугающим. Моя первая мысль была о том, что он снова собирается привязать меня к дереву, как в прошлый раз.

Но вместо этого мы остановились возле охотничьего домика, спрятанного среди высоких заснеженных деревьев. Домик выглядел покинутым, но над крышей поднималась тонкая струйка дыма, словно здесь недавно кто-то был.

— Слезай, — приказал он, не дожидаясь, пока я сама что-то сделаю. Его руки снова схватили меня за талию, и, прежде чем я успела возразить, он поставил меня на землю.

Мои ноги подогнулись от слабости, и я едва удержалась на ногах, но холодный взгляд Эмира не оставлял места для жалости или помощи.

— Что теперь? — спросила я.

— Теперь пошли в наш уютный домик. Здесь никто не услышит твоих криков.

Он подтолкнул меня вперёд, заставляя идти к двери охотничьего домика.

— Здесь кто-то живёт?

— Нет, — ответил он коротко, и в уголках его губ мелькнула насмешливая улыбка. — Но здесь ночуют мои люди, чтобы охранять эти земли.

Внутри было тепло и неожиданно уютно: огонь в камине освещал небольшую комнату с деревянными стенами, на столе лежала охотничья утварь, а в углу стояла грубо сколоченная кровать с меховым покрывалом.

— Садись, — указал он на стул у камина.

Я не двигалась, упрямо смотря на него.

— Что ты собираешься сделать?

— Садись, или я сделаю это за тебя, — его голос был настолько холодным, что я инстинктивно подчинилась, медленно опускаясь на стул.

Эмир снял с себя плащ, аккуратно повесил его на спинку стула, придвинул стул к столу и сел напротив меня. Он оперся локтями на колени, наклонился вперед и, поймав мой взгляд, произнес:

— Давай рассказывай.

— О чем? — холодно спросила я, стараясь избежать его пристального взгляда.

— О том, почему ты хмуришься с самого утра.

— Из-за тебя, — призналась я, скрестив руки на груди. — Один твой вид раздражает.

Он усмехнулся, чуть приподняв уголок губ.

— Знаешь, Лилу, — сказал он с явным удовольствием, — я обожаю, когда ты сопротивляешься. Ты даже не представляешь, как сильно это меня радует.

Я хмыкнула, пытаясь не выдать свою раздраженность.

— Это меня заводит. И как ты думаешь, зачем я привел тебя сюда?

Мой взгляд скользнул вниз, к собственным рукам, стиснутым на коленях. Затем я подняла глаза, встретив его дерзкий взгляд.

— Чтобы наказать меня, — выдавила я.

— Умница, — произнес он с насмешливым одобрением. — Видишь, как быстро ты ко мне привыкаешь?

— Я никогда не привыкну к такому образу жизни и не приму его.

— Что именно ты не примешь? — его голос стал насмешливым. — То, что я псих? Или моих женщин?

— Всё, что связано с тобой, — бросила я, пытаясь сохранять хладнокровие.

Эмир улыбнулся своей типичной самодовольной улыбкой. Он схватил край моего стула и рывком придвинул меня ближе.

— Я знаю, почему ты так злишься, — прошептал он, его горячее дыхание коснулось моего лица. Его рука легла мне на колено, и я напряглась, чувствуя, как все внутри сжимается. — Ты злишься, потому что не можешь смириться с тем, что я сплю с другими женщинами. Признайся, Лилу. Ты хочешь, чтобы я принадлежал только тебе.

Мое сердце забилось как сумасшедшее, но я старалась не показывать, что его слова каким-то образом задевают меня.

— Ты переоцениваешь себя, — ледяным тоном ответила я, пытаясь отодвинуться, но его хватка лишь усилилась.

— Правда? — усмехнулся он, склоняясь ближе. Теперь его лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от моего. — Не ври мне, Лилу. Я вижу, как твое тело реагирует на меня. Ты можешь лгать себе, но не мне.

Его рука медленно поползла выше по моему бедру. Я резко отодвинула его руку.

— Не трогай меня! — выпалила я.

Он резко потянул меня за руку, заставляя подняться.

— Сегодня ты узнаешь, что значит сопротивляться мне, — прошептал он, притягивая меня ближе. — И научишься быть хорошей девочкой.

Его слова обожгли, но я не отвела взгляда, даже когда внутри всё кричало от страха и гнева.

«Сегодня я поняла, насколько всё плохо. Живу во дворце, но это не место величия и роскоши, а клетка, где правит сам дьявол. Он не человек — он нечто иное, что заставляет забыть, как дышать, и бояться даже собственного отражения.»

Эмир заставил меня встать, притягивая ближе.

— Сначала нужно раздеться, иначе будет неинтересно, — прошептал он, развезав мои руки и развернул меня к себе спиной.

— Зачем раздеваться? — спросила я, стараясь скрыть дрожь в голосе.

— Я люблю смотреть, сколько ещё синяков твоё тело от меня получит.

— Мне это совсем не нравится, — выдавила я, чувствуя, как напряжение заполняет всё пространство между нами.

— Плевать, — коротко ответил он, и его пальцы начали расстёгивать шнуровку моего платья. Движения были неторопливыми, почти методичными, будто он наслаждался каждой секундой этого момента.

Я сжала ткань на груди, чтобы держать платье.