Чтение онлайн

– Глория, я могу обсудить с тобой некоторые детали?

– Валяй. Я вся - внимание.
– Лицо ее было спокойным, и из широких губ почему-то не торчала сигаретка.

Гарри постарался подобрать правильные слова и говорить как можно спокойнее.

– Я много размышлял и пришел к определенным заключениям.

Глория полусидела на подлокотнике огромного кресла. Словно опомнившись, она достала сигарету и закурила.

– А именно?

Гарри собрался с духом, лоб его покрылся холодной испариной.

– Эрл Томас - не центр всего. Только часть.

– И?
– Глаза ее сверкнули.

– Я сопоставил хронологию. В нашем ломбарде вначале появляется этот чудик с таинственным кубом, артефактом. Потом Томас накладывает на него свою лапу. У него полно сообщников как среди людей, так и среди ящеров. Мой отец погибает, и Фрего сообщает мне, что это - дело рук Томаса. Я узнаю, что отец работает на секретный проект под названием Поиск. Земной Поиск. Его люди обнаруживают, что Томас отправляется на Петербург. Мы следуем за ним. Девушка-агент...
– Гарри еле справился с волнением, внезапно нахлынувшим на него, - убита. Ее сообщение приводит нас сюда. Здесь мы встречаем Чазма - еще одного члена группы Поиска - и попадаем в заброшенную дыру, то древнее здание. Томас устраивает нам засаду, похищает или убивает Фрего, чуть не кончает со мной. И исчезает. Затем я, с помощью компьютера Чазма, знакомлюсь с богатейшей историей Томаса. Ты его знаешь. Чазм - тоже.

Глория выдохнула облако серебристого дыма.

– И ты приходишь к выводу... что?

– Томас - одна половина загадки. Остальное - я.

– Слишком много на себя берешь. Ты видел досье на него. Томас старый и могущественный человек. Просто какая-то огромная сила. Что ему за дело до семнадцатилетнего юнца?

– Не знаю. Но я не верю в совпадения. Он мог бы разделаться со мной еще в ломбарде. Или на Петербурге. Или, наконец, здесь. Почему Чазм прибыл к месту боя как раз вовремя? Почему Томас воспользовался ножом, а не чем-нибудь более существенным?

Она пожала плечами.

– Потому, что ты ошибаешься. Соль всего - артефакт. Томас завладел им и убил твоего отца, чтобы замести следы. Фрего отправился за ним, потому что был задействован в Поиске, это его работа. Тебя он взял с собой, потому что ты настаивал. Но теперь Томас исчез, исчез вместе с артефактом, а Фрего нет. Все, охота закончилась. Ты в безопасности по той простой причине, что теперь ты ни во что не вовлечен.

– Как раз наоборот.

Она зажгла новую сигарету и погасила окурок предыдущей.

– Не понимаю.

– Я - единственный оставшийся. Последний Поисковик.

Она засмеялась и тут же закашлялась, поперхнувшись дымом.

– Ну уж нет, Гарри. Совсем нет. Здесь, на Ариусе, я и Чазм - центр Поиска. Были и есть.

Он прикрыл глаза.

– Тогда кто такой Томас и зачем ему нужен куб?

Глория издала низкий урчащий звук, похожий на мурлыканье.

– Прекрасно.

Гарри показалось, что он все же добился своего. Сначала уверенности не было, но каким-то образом ему это удалось. Может, из-за возраста? Взрослые не допускают детей в свой мир, отказывают им в признании их интеллекта. Дети есть дети и умозаключения их не стоят внимания, а уж тем более уважения. Теперь, хотя Гарри и чувствовал себя старше своих семнадцати лет, в нем еще оставалась магия юности с ее жаждой действий, желанием познать мир и, в то же время, с некоторой обособленностью от этого мира. Он всем своим существом ощущал в себе какие-то тайны, но некоторые из них являлись просто секретами молодости, и он был благодарен за это.

Глория отвела ему определенное место в окружающей действительности, и он хотел там пока оставаться, чтобы воспользоваться преимуществами своего положения.

– Прекрасно, - повторила она.
– Но я не совсем доверяю твоим выводам.

– Насчет чего?

– Насчет того, что ты начинаешь понимать Эрла Томаса. И нашу проблему, связанную с ним.

Н_а_ш_а_ проблема. Теперь это была их проблема.

– Но ведь это же очевидно, - Гарри замолчал на секунду. Не переиграл ли он?
– Если он появился здесь, на то есть своя причина. И если дело не во мне, то тогда в ком или чем? В Ариусе? Но он не работает ни на Ариус, ни на Поиск. На кого же тогда?

Глория слегка улыбнулась.

– Ни на кого. Он работает на себя.

– Что? Об этом я как-то не думал...

Ее улыбка стала шире, а Гарри изобразил на лице досаду.

– Невозможно учесть все, Гарри. Как бы умен ты ни был.

Не все, уточнил он про себя. А лишь кое-что.

– Наверное, ты права.

Невидимый кондиционер вздохнул, послав легкий ветерок на свечу, стоящую на элегантном столике рядом с дверью. Пламя затрепетало. Гарри взглянул в окно и увидел лилово-черную небесную чашу, усеянную звездами.

– Ты не проголодалась?

– Проглотила бы целую корову, попадись она мне, - она щелкнула зубами и засмеялась.

– А как насчет птицы вместо этого?

Ночью он снова долго не мог заснуть, думая о Глории. Их отношения, безусловно, вступили в новую фазу, словно корабль, ставший на якорь. По крайней мере она не задавала вопросов, а именно этого он и хотел. Нет вопросов - не нужно и ответов. Он был свободен от обязательств, кроме неясной, пугающей ответственности за свое собственное прошлое.

Ей же он задал вопрос, и она ему не ответила. Вернее, ответила, но так, что сама попалась в ловушку, которую расставила для него.

Гарри не чувствовал себя виноватым.

За окном мерцали мириады звезд. Так много миров, столько планет. И столько рас еще не обнаружено.

Мысли вернулись к Эрлу Томасу. Его прибытие сюда все еще оставалось ключом к разгадке. И Гарри казалось, что он знает, какой замок им можно отпереть.

Он закрыл глаза, погружаясь в свою тайну.

Завтра - начало. Начало конца.

15

Утро блистало великолепием. Из небольшого каньона доносился еле слышный рокот ручья, разбухшего от талых вод, катящихся с заснеженных вершин. Гарри стоял на берегу потока, прикрыв ладонью глаза от солнца. Бриз, наполненный ароматами сосен и молодой травы, щекотал кожу мягкими прикосновениями. Гарри был исхудавшим, лицо - бледное, но зеленые глаза сияли ярко и чисто.

Глория стояла рядок, и в распространяющейся вокруг нее вибрирующей энергии он чувствовал себя еще более хрупким. С ее сияющими черными волосами, быстрыми, уверенными жестами и красным походным костюмом, она серией внезапных восклицательных знаков вырисовывалась на фоне мягкого нежного утра.

Ниже по склону горы виднелись развалины старинного дома - смесь размытого древесного угля с начинающей ржаветь сталью.

– Мы атаковали оттуда.

Она кивнула, откинув спокойными белыми пальцами прядь волос, упавшую на лицо.

– Я смотрела видеозаписи. Ваши и которые сделал Чазм. Вы совершили большую глупость - сунулись прямо в волчью пасть.

– У нас не было выбора. А ты что, военный эксперт?

– У меня был хороший учитель, - ответила она, улыбнувшись.
– Вам следовало залечь, выждать. Вы же действовали, как самоубийцы.