Чтение онлайн

— Не нужна ей служанка, — покачал головой Арлен. И задумался.

Бренна так отчаянно просила помощи, что готова была даже к ведьме на поклон идти. Получалось, что дела действительно плохи, а Тит еще больший мерзавец, чем все говорят. Обесчестить собственную невесту, просто потому что свадьбы дождаться не мог? Низшая подлость. Но неужели кузнец не поверил бы дочери, если она ему это рассказала? Хотя тогда ее вообще уже замуж не возьмут. И придется Бренне выходить за негодяя Тита.

Нет, нельзя ее так бросать. Может, Ула действительно сумеет помочь? В крайнем случае Арлен сам сможет проводить Бренну сквозь лес до какой-нибудь другой деревни, где Тит ее не найдет.

Со стороны деревни слышались голоса. Деревенские не спали и будто к чему-то готовились. Праздник окончания жатвы? Нет, вряд ли. Наверняка всем верховодили охотники. Задумали что-то, черти.

Надо было возвращаться к Уле, и побыстрее.

— Ладно, пойдем, — сдался Арлен.

Он поднялся сам и помог подняться Бренне. Запястья и лодыжки все еще ныли после пут, но Арлен не обращал на них внимания. Они с Бренной тихо и быстро перебегали от одного стога до другого, приближаясь к лесу. От крайнего стога до ближайших деревьев было довольно далеко. Их могли заметить из деревни. И все же надо было пробежать.

Арлен подготовился, взял Бренну на руки и ринулся под кроны. Он чуть не споткнулся о кочку, но заметил ее в последний момент и перепрыгнул. Ноша тянула вниз, и все же он смог добраться до спасительного леса. Здесь начиналась территория Улы. Здесь Арлен был в безопасности.

Он укрылся за одним из деревьев, опустил Бренну на ноги и прислонился к стволу, чтобы отдышаться.

Жажда была почти нестерпима. Слюна не увлажняла сухое горло, а наоборот, только дразнила.

Бренна оглядывалась по сторонам и будто опасалась чего-то.

— Не… Не бойся, — говорит было сложно, и вскоре голос начал хрипеть. — Волки… меня знают… Теперь. Они не тронут.

Она кивнула, повернулась к Арлену и всмотрелась в его лицо. Она все еще выглядела обеспокоенной.

— Ты сказал, — начала она и запнулась. Пожевала губу, словно обдумывая что-то, а потом продолжила. — Ты говорил, что должен вернуться к ведьме.

Арлен кивнул. Сил на слова становилось все меньше. Найти бы ручей. Почему он не может появиться прямо здесь?

— Она тебя околдовала?

Очередной вдох застрял в глотке, и Арлен кашлянул.

— Что? — выдавил он еле-еле.

— Ты околдован, и поэтому хочешь к ней, — утвердила она. — Иного объяснения я не вижу. Ты ведь еще в полную луну меня любил, а теперь заявляешь, что хочешь меня покинуть и остаться с ведьмой. Точно околдованный.

Арлен снова помотал головой, опустив взгляд на траву.

— Нет, — отрицал он. — Не околдован я.

— Не верю, — упрямилась Бренна. Она развернулась к нему спиной, и Арлен закрыл глаза, чтобы не смотреть на заднюю часть ее юбки.

— Я влюблен в нее. По-настоящему. Прости.

— Ты говоришь точно околдованный, — настаивала она на своем.

Говорить что-то еще было бессмысленно, и Арлен молчал. Он пытался вспомнить, где ближайший ручей, но в голове был туман из-за жажды.

Через некоторое время Бренна снова заговорила.

— Если не околдован, докажи.

— Как? — спросил Арлен, не открывая глаз. Подол юбки зашелестел, цепляясь за высокую траву.

— Поцелуй. Если поцелуешь меня и снова скажешь, что любишь ведьму, то я поверю.

Арлен открыл глаза и замер. Бренна была так близко, что ничего, кроме ее глаз он не видел. Наверное, Бренна права. Во всех сказках злые чары всегда разрушаются поцелуем с любимой. И если бы Арлен был околдован, то после поцелуя с Бренной снова бы почувствовал, как она ему дорога. Но его сердце уже в руках Улы, и после поцелуя ничего не изменится.

Арлен еще не давал клятву.

Он вздохнул и потянулся вперед. Прикосновение губ было прохладным и липким. Язык Бренны быстро проник в его рот и соприкоснулся с его языком.

Вкус железа.

В глазах потемнело. Хотелось прекратить поцелуй сейчас же, но тело перестало слушаться. Арлен замычал Бренне в губы. Она отстранилась и посмотрела на него, взяв его лицо в ладони.

— Ты все еще сопротивляешься, неразумный? — спросила она, растягивая довольную улыбку. — Какой сильный. Но и это поправимо. Все еще любишь ту ведьму?

Никаких сил в теле не осталось, и Арлен сполз по стволу вниз. Он смотрел на Бренну и не понимал, что произошло. Ее лицо сияло триумфом, а темные, почти черные губы, тянулись в улыбке.

Черные губы и привкус железа.

Бренна достала свой ножик и резанула по запястью. Черный в ночи ручеек крови потек по ее руке. Она наклонилась, взяла его подбородок другой рукой и потянула к раненному запястью.

— Пей, — скомандовала она, капая кровью на его губы.

Жажда все еще драла горло. Помутившись рассудком, Арлен открыл рот и приник к ране, делая первый глоток.

Кто он? Зачем существует? Почему делает еще один глоток?

Вопросы роились пчелами в пустой голове, пока по горлу растекалось теплое жидкое железо. С каждым глотком их становилось все меньше. Но родник вскоре исчез, и железо перестало течь по языку. Вопросы все еще остались. И он не знал, нужны ли ему ответы.

— Отныне ты будешь любить только меня, свою хозяйку. — Женский голос был властным и ощущался истинной сутью мира.

Вот он, ответ. Любить хозяйку — его предназначение и цель существования.

— Так ответь же мне снова, Арлен. Кого ты на самом деле любишь? — спросила хозяйка. Она была так великодушна, что дала ему имя.

— Тебя, — ответил он, не задумываясь. Потому что не о чем было думать, он рожден не для этого.

— Ну вот, как я и говорила, — хихикнула хозяйка. Она отошла на пару шагов назад и приказала. — Вставай. Расскажи мне, как эта ведьма колдует. Какие ритуалы она творила?

Тело мгновенно послушалось и поднялось на ноги.

В памяти начали всплывать осколки прошлых событий. Они происходили не с ним, а с кем-то совершенно другим. С кем-то, у кого не было хозяйки. Но ей нужны были ответы из этих событий, и он мог ей их дать. И желал этого. Поэтому он напрягся, всматриваясь в чуждые воспоминания, и искал нужные слова.