Чтение онлайн

— Я не знаю, как ведьма колдует, — его голос надсадно хрипел, но он продолжал говорить. — Я видел один ритуал, который ведьмы делали на шабаше.

— О, даже шабаш собирали, — удивилась хозяйка. — Наверное, этот ритуал требовал очень много силы. И сколько людей они принесли в жертву?

— Ни одного, — честно ответил Арлен.

Лицо хозяйки стало недовольным. Неужто он ее подвел? Но он сказал правду! Почему хозяйка сделалась недовольной? В чем причина? Нужно найти и устранить. Хозяйку нельзя расстраивать.

— Ты врешь мне, — сказала хозяйка и ударила его по щеке. Боль обожгла кожу и казалась заслуженной. Он расстроил хозяйку и получил за это наказание.

Хозяйка принялась нервно кусать ноготь на большом пальце. Она расхаживала туда-сюда, что-то обдумывая.

— Сколько жертв принесли во время ритуала? — снова спросила она, остановившись. Ее голос звучал сердито.

— Ни одной, — ответил Арлен.

— Не может такого быть! — крикнула она, всплеснув руками, и снова заходила взад-вперед. — Что это за ритуал такой, без жертв?

— Ведьмы оживляли материнское древо в сгоревшем лесу.

Хозяйка замерла и посмотрела в глаза. Она его простила? Ведь простила, да?

— Что такое материнское древо? Первый раз о нем слышу.

— Это самое важное дерево в лесу. От него зависит сила ведьмы.

Голос хрипел все сильнее, сглатывать не получалось. А еще в горле что-то скреблось. Что-то чужое, эфемерное. Оно мешало говорить о древе. И в голове появился странный шум, словно далекий гул где-то на горизонте.

Арлен закашлялся.

— Вот оно как, — сказала под нос хозяйка. И уже громче спросила. — Где сейчас ведьма?

— У древа, — просипел Арлен из последних сил. Горло будто сжимали невидимые руки, не позволяя нормально дышать.

Хозяйка выругалась и зашагала прочь. Арлен поплелся за ней, постепенно отставая. И как бы он не старался, идти быстрее не мог. Они шли вдоль кромки леса в сторону деревни, и хозяйка вертела головой, что-то выглядывая. Впереди послышались голоса и забрезжили огни факелов среди деревьев. Хозяйка пошла быстрее и в спешке споткнулась о корень. Арлен кинулся к ней, стараясь помочь.

Но он был слишком далеко, чтобы успеть. К счастью, хозяйка сама схватилась за ствол ближайшего дерева и устояла. А Арлен запутался в собственных ногах и плюхнулся лицом в траву.

Сделать бы еще один глоток. Хоть каплю влаги слизать.

Среди травы было прохладно и свежо. Чужие воспоминания вторили этой прохладе, но вместе с тем заполняли уши шумом. Надо было идти за хозяйкой, и Арлен уперся руками в землю, пытаясь себя поднять. Пальцы утонули в жидком холоде.

Вода. Там, среди травы была вода.

Арлен наклонился ниже и уткнулся лицом в землю. Но вместо этого окунулся в ручей.

Он задержал дыхание.

Вода забилась в нос и уши. Голова, которая оказалась слишком горячей, постепенно начала охлаждаться. Далекие чужие воспоминания стали ближе и четче. Тот другой Арлен, который почему-то не любил одну только хозяйку, обещал вернуться.

Арлен открыл рот и набрал воды. Подняв голову, он сделал два глотка. Мало, но уже достаточно, смочить иссушенное горло. Он набрал еще воды в ладони и пил, пока не почувствовал, что жажда, наконец, отступила.

Оглядевшись, он увидел хозяйку впереди. Она притаилась за одним из деревьев, а рядом с ней стоял еще один человек. Мимо них шествовала галдящая колонна с факелами. Вскоре хозяйка с человеком короткими перебежками направились к нему.

Человеком оказался Тит. По воспоминаниям прошлого Арлена этот негодяй очень плохо обошелся с хозяйкой, от чего внутри закипала злоба. Но хозяйка на него не злилась, и это казалось странным.

— Арлен, веди меня в сторону древа, но остановись на полпути, — скомандовала хозяйка.

И Арлен подчинился. Он встал и пошел в нужном направлении. Колонну деревенских огибать не пришлось, они шли в совершенно другом направлении. Тит шел следом за хозяйкой. Он молчал и ни слова не говорил. Наверное, он знал, что Арлен теперь стал другим, полюбил хозяйку и предан только ей, и шутить про возможную связь с лесной ведьмой уже бессмысленно.

Ночной лес ожил. Между деревьями начал разноситься волчий вой, а людские крики невпопад вторили. Вороны тоже не остались безмолвны и громко каркали то тут, то там.

На полпути, как и было приказано, Арлен остановился. Хозяйка приказала вывести ее на ближайшую поляну, и Арлен прошел еще пару сотен шагов. Поляна была небольшой, но хозяйку устроила.

— Отлично, — похвалила она, и внутри растеклось тепло. Она обернулась. — Тит, милый, ты же меня любишь?

— Да, хозяйка, — ответил Тит. Он тоже стал другим, как и Арлен. Вот что было не так. А теперь все в порядке.

— Тогда ты все для меня сделаешь?

— Да, хозяйка, — повторил он.

Хозяйка подошла к нему вплотную, взяла его руку в свою, достала ножичек и провела лезвием по ладони. Внутри взбрыкнула ревность. Почему Тит, а не Арлен? Хозяйка любит его больше? Нечестно.

— Арлен, — обратилась она, не оборачиваясь. — Я слышала, как ты говорил с охотником Вильгельмом. Ты сказал ему правду про ведьму? Ей действительно небезразлична твоя жизнь?

— Толстая ведьма с шабаша сказала, что она уже приняла меня и отведет к материнскому древу, которое для ведьм священнее храмов.

— Вот как, — задумчиво протянула хозяйка, расковыривая ладонь Тита кончиком ножа. — Тогда можно попробовать…

Она принялась шептать неизвестное Арлену стихотворение. Слова были знакомы, но в предложения не складывались, и понять смысл Арлен не мог. При этом она продолжала держать ножик над ладонью Тита, касаясь кончиком раны. Кровь копилась в углублении и скоро потекла тонкой черной струйкой наземь.

Хозяйка прервалась и спросила.

— Тит, ты отдашь мне свою жизнь?

— Да, хозяйка, — ответил он, и хозяйка с силой надавила на рукоять, вонзая лезвие глубже в плоть. Она приподнялась на цыпочках и поцеловала Тита в губы.

Кровь потекла сильнее и вспыхнула огнем. Она растекалась причудливыми формами вокруг, выжигая траву неизвестными символами. Вскоре огонь вспыхнул сильнее, окружая целующихся Тита и хозяйку, и начал расходиться в стороны. И затух у ног Арлена.

— Тогда отдай мне ее, — прошептала хозяйка, оборвав поцелуй. Она отпустила рукоять и сделала шаг назад.