Чтение онлайн

Свжіе отряды, нахлынувшіе съ тыла на нашихъ героевъ, собирались отразить нападеніе мнимыхъ побдителей цитадели, и слдствіемъ этого было то, что м-ръ Пикквикъ и его друзья вдругъ очутились между двумя перекрестными огнями враждебныхъ полковъ, выступавшихъ скорымъ маршемъ одинъ противъ другого.

— Прочь! — кричали офицеры въ передовой цли…

— Прочь, прочь съ дороги! — кричали офицеры другихъ отрядовъ.

— Куда же намъ дваться? — визжали отчаянные пикквикисты.

— Прочь, прочь, прочь! — былъ единственный отвтъ.

Наступили минуты страшной толкотни и суматохи; полки сдвинулись, сразились, отступили; площадь очистилась, и на площади лежалъ низверженный м-ръ Пикквикъ, и подошвы сапоговъ м-ра Пикквика барахтались и колыхались въ воздушномъ пространств.

М-ръ Снодграсъ и м-ръ Винкель тоже съ своей стороны не замедлили, при этомъ случа, представить удивительные опыты рикошетовъ и кувырканій, обнаружившихъ во всемъ свт ихъ чудную ловкость, въ особенности послдняго. Когда, наконецъ, онъ прочно утвердился на своихъ ногахъ и началъ отирать желтымъ шелковымъ платкомъ крупныя капли пота съ своего чела, изумленный взоръ его прежде всего обратился на почтеннаго президента, которому суждено было въ эту минуту догонять свою шляпу, сорванную втромъ съ его головы.

Всмъ и каждому извстно, что человкъ бываетъ поставленъ въ истинно плачевное положеніе, когда судьба, олицетворенная въ сильныхъ порывахъ втра, заставляетъ его догонять свою собственную шляпу, и безразсудно поступаютъ т безжалостные эгоисты, которые позволяютъ себ смяться надъ такимъ человкомъ. Нигд, быть можетъ, не требуется съ нашей- стороны столько хладнокровія и разсудительности, какъ въ искусств ловить шляпу: такъ по крайней мр думаетъ м-ръ Снодграсъ, и я совершенно съ нимъ согласенъ. Если васъ, благосклонный читатель, постигнетъ такое страшное несчастіе, я никакъ не совтую вамъ бжать слишкомъ скоро, иначе вы обгоните свою бглянку, медленно идти тоже нехорошо, потому что въ такомъ случа шляпа совсмъ исчезнетъ изъ вида, и тогда вамъ придется отступиться отъ своей собственности, а извстно, на что похожъ человкъ, потерявшій свою голову. Всего лучше бжать слегка, исподволь, преслдовать осмотрительно, осторожно, и потомъ вдругъ, сдлавъ ршительный прыжокъ, схватить ее за поля, и тутъ же надть на голову какъ можно крпче. Въ продолженіе всей этой операціи не мшаетъ слегка посмиваться, улыбаться и длать увеселительные жесты, показывая, такимъ образомъ, что эта ловля чрезвычайно забавляетъ васъ.

Втерокъ подувалъ довольно сильно, подкатывая шляпу м-ра Пикквика. Великій мужъ бжалъ впередъ и впередъ, размахивая руками и отнюдь не теряя присутствія духа: но, къ несчастію, втеръ сдлался сильне, шляпа раскатилась съ неимоврной быстротою, и м-ръ Пикквикъ, вроятно, совсмъ потерялъ бы ее изъ вида, еслибъ судьба сама не распорядилась за него, противопоставивъ естественную преграду своевольной бглянк.

Истощенный до изнеможенія, м-ръ Пикквикъ уже готовъ былъ совсмъ прекратить свою погоню, какъ вдругъ шляпа его наткнулась на колесо экипажа, стоявшаго передъ площадью съ полдюжиною другихъ, боле или мене фантастическихъ экипажей. Замтивъ выгоду своего положенія, м-ръ Пикквикъ сдлалъ сильный прыжокъ, завладлъ своею собственностью и, надвъ ее на голову, остановился перевести духъ. Въ эту самую минуту, знакомый голосъ весело произнесъ его имя: м-ръ Пикквикъ оглянулся, и невыразимое удовольствіе распространилось въ его душ при томъ истинно поэтическомъ зрлищ, которое открылось передъ его глазами.

То была открытая коляска, безъ лошадей, которыхъ поспшили выпрячь, чтобъ удобне расположиться въ этомъ тсномъ мст. Въ коляск стояли: пожилой статный джентльменъ въ синемъ фрак съ свтлыми пуговицами и въ огромныхъ ботфортахъ, дв молодыя двушки въ шарфахъ и перьяхъ, молодой джентльменъ, очевидно, влюбленный въ одну изъ этихъ двушекъ, украшенныхъ перьями и шарфами, одна леди сомнительнаго возраста, тетка или кузина, и, наконецъ, м-ръ Топманъ, любезный и веселый Топманъ, принимавшій живйшее участіе во всхъ распоряженіяхъ и разговорахъ, какъ будто онъ принадлежалъ къ этой фамиліи съ первыхъ лтъ жизни. За коляской, назади, гд прикрпляются дорожные чемоданы, виднлась огромная плетеная корзина — одна изъ тхъ благородныхъ корзинъ, которыхъ видъ пробуждаетъ въ наблюдательной душ сладкія воспоминанія о жареныхъ курицахъ, копченыхъ языкахъ, бутылкахъ вина и проч., и проч. На козлахъ сидлъ толстый красно-рыжій дтина, съ заспанными глазами и опухлыми щеками: не мудрено было догадаться, что обязанностью его было — раздавать почтенной публик лакомые припасы плетеной корзины, какъ скоро наступитъ для того вожделнная пора.

Лишь только м-ръ Пикквикъ окинулъ проницательнымъ взглядомъ вс эти интересные предметы, врный ученикъ его закричалъ опять веселымъ и беззаботнымъ тономъ:

— Пикквикъ, Пикквикъ! Идите къ намъ! Скоре!

— Пожалуйте къ намъ, сэръ, прошу покорно! — сказалъ пожилой статный джентльменъ. — Джой! Ахъ, чортъ побери, онъ опять заснулъ. — Джой, отвори дверцы!

Толстый дтина медленно спустился съ козелъ, и, покачиваясь съ боку на бокъ, отворилъ дверцы. Въ эту минуту подошли къ коляск м-ръ Снодгрась и м-ръ Винкель.

— Всмъ будетъ мсто, господа, пожалуйте! — продолжалъ статный джентльменъ. — Двое сядутъ въ коляск, a одинъ на козлахъ. Джой, приготовь мсто для одного изъ этихъ господъ. Теперь, сэръ, милости просимъ.

И статный джентльменъ дюжею рукой втащилъ въ коляску Пикквика и Снодграса. М-ръ Винкель вскарабкался на козлы, гд рядомъ съ нимъ помстился и толстый дтина.

М-ръ Пикквикъ раскланялся со всей компаніей и радушно пожалъ руку статному джентльмену въ огромныхъ ботфортахъ.

— Ну, какъ ваше здоровье, сэръ? — сказалъ статный джентльменъ, обращаясь къ м-ру Снодграсу съ отеческой заботливостью. — Радъ, очень радъ, все въ порядк, я надюсь. — Вы какъ поживаете, сэръ? — продолжалъ онъ, говоря м-ру Винкелю. — Вс вы здоровы? прекрасно, прекрасно! — Мои дочери, господа, прошу познакомиться, и вотъ моя сестра, миссъ Рахиль Уардль. Она еще двица и, какъ видите, недурна… неправда ли, сэръ? А?

Онъ весело толкнулъ локтемъ м-ра Пикквика и залился самымъ радушнымъ смхомъ.

— Ахъ, братецъ, какъ не стыдно! — проговорила миссъ Уардль съ двственной улыбкой.

— Чего тутъ стыдиться? Это всякій видитъ, — сказалъ статный джентльменъ. — Прошу извинить, господа, вотъ еще мой пріятель, м-ръ Трундель. Теперь мы вс знакомы и, стало быть, можемъ съ большимъ комфортомъ смотрть на эволюціи.

Статный джентльменъ надлъ очки, м-ръ Пикквикъ вооружился подзорной трубой, и вся компанія принялась смотрть на военныя эволюціи, изрдка, по временамъ поглядывая другъ на друга.

Эволюціи точно были достойны изумленія. Колонны сходились, расходились, маршировали, строились въ каре, палили и разбгались вразсыпную. Нельзя было надивиться, съ какою ловкостью солдаты перепрыгивали черезъ глубокій ровъ и взбирались по веревочнымъ лстницамъ на стну неприступной крпости, которую, однакожъ, надлежало взять во что бы то ни стало. Приготовленія къ ршительному приступу были настолько шумны и ужасны, что весь воздухъ наполнился крикомъ женщинъ, и многія благородныя леди попадали въ обморокъ. Двицы Уардль перепугались до того, что м-ръ Трундель принужденъ былъ одну изъ нихъ держать въ своихъ объятіяхъ, тогда какъ м-ръ Снодграсъ поддерживалъ другую. Тетушка Уардль едва могла стоять на ногахъ и растерялась до такой степени, что м-ръ Топманъ счелъ необходимымъ обхватить ея гибкую талію и поддерживать ее обими руками. Вся компанія была въ неописанномъ волненіи, кром, однакожъ, толстаго и жирнаго парня, который спалъ на козлахъ безпробуднымъ сномъ, какъ будто пушечная пальба имла для него чарующую силу колыбельной псни.

— Джой, Джой! — воскликнулъ статный джентльменъ, когда крпость, наконецъ, была взята, и побдители вмст съ побжденными услись обдать за общій столъ. — Чортъ побери, этотъ уродъ опять заснулъ! Пожалуйста, сэръ, потрудитесь ущипнуть его за ногу, иначе его ничмъ не разбудишь… Вотъ такъ!.. Покорно благодарю. — Развяжи корзинку, Джой.

Жирный дтина, приведенный въ себя энергическими усиліями м-ра Винкеля, еще разъ скатился съ козелъ и принялся развязывать корзинку съ такою расторопностью, какой, повидимому, вовсе нельзя было ожидать отъ него.

— Ну, господа, теперь мы можемъ ссть, — сказалъ статный джентльменъ. — Ба! это что такое? Отчего y васъ измятые рукава, mesdames? Я совтовалъ бы вамъ помститься на колняхъ своихъ кавалеровъ — это было бы удобне, по крайней мр для тебя, сестрица.

Тетушка Уардль раскраснлась какъ піонъ при этой неумстной шутк и бросила сердитый взглядъ на м-ра Топмана, спшившаго воспользоваться предложеніемъ ея брата. Наконецъ, посл другихъ, боле или мене остроумныхъ шутокъ, вся компанія услась съ большимъ комфортомъ, и м-ръ Уардль, приведенный въ непосредственное соприкосновеніе съ толстымъ парнемъ, открылъ церемонію угощенья.