Чтение онлайн

Молодая леди снова наклонила свою миньятурную головку и съ безпокойствомъ осмотрлась вокругъ себя, не зная, позвать-ли ей на помощь, или нтъ.

— Я засталъ васъ врасплохъ, сударыня: не правда ли?

— Я не ожидала никого, сэръ, — отвчала Арабелла, бросая изумленный взоръ на стараго джентльмена.

— Прикажете мн ссть, сударыня?

— Прошу покорно.

— Ну да, я сяду и безъ вашего позволенія, — сказалъ незнакомецъ, вынимая очки изъ футляра и надвая ихъ на носъ.

— Вы меня не знаете, сударыня? — спросилъ старичокъ, осматривая Арабеллу съ такимъ напряженнымъ вниманіемъ, что ей сдлалось очень неловко.

— Нтъ, сэръ.

— Немудрено, очень немудрено: однакожъ имя мое вамъ извстно, сударыня.

— Позвольте узнать, сэръ, съ кмъ имю честь говорить.

— Узнаете, сударыня, сейчасъ же узнаете, — сказалъ незнакомецъ, не отрывая глазъ отъ раскраснвшагося личика молодой леди. — Вы вдь недавно замужемъ, сударыня?

— Недавно, сэръ, — отвчала Арабелла едва слышнымъ голосомъ.

Волненіе молодой леди увеличивалось съ минуты на минуту, и она трепетала всмъ тломъ, хотя сама не знала, почему.

— И вы, если не ошибаюсь, не сочли нужнымъ уполномочить своего жениха посовтоваться напередъ съ его отцомъ, отъ котораго онъ совершенно зависитъ?

Арабелла приставила платокъ къ своимъ глазамъ.

— Вы не постарались даже узнать, что станетъ думать бдный старикъ по поводу самовольной женитьбы своего сына: не такъ ли, сударыня?

— Ваша правда, сэръ.

— Конечно, правда. И вы не принесли съ собою приданаго, которое бы могло обезпечить существованіе вашего мужа въ случа, если раздраженный отецъ лишитъ его наслдства: и это вдь правда?

Арабелла заплакала.

— И вотъ что эти двочки и мальчики называютъ безкорыстной страстью, пока сами не обзаведутся дтьми! Охъ, вы, легкомысленный народъ!

Слезы Арабеллы потекли быстрымъ потокомъ, и она, въ трогательныхъ выраженіяхъ, начала извиняться, ссылаясь на свою молодость и неопытность. Что длать? Она полюбила Натаніэля страстно; посовтоваться ей было не съ кмъ; она круглая сирота, безъ матери и отца, и проч.

— Нехорошо, очень нехорошо, — сказалъ старый джентльменъ смягченнымъ тономъ. — Оба вы поступили легкомысленно, втрено, какъ глупыя дти.

— Я одна во всемъ виновата, одна, сэръ! — отвчала Арабелла, заливаясь горькими слезами.

— Вздоръ, вздоръ! — возразилъ старый джентльменъ. — Не ваша вина, что онъ влюбился въ васъ, сударыня. Онъ одинъ виноватъ, хотя и то правда… какъ же ему было не влюбиться? — заключилъ старичокъ, бросивъ лукавый взглядъ на молодую леди.

Этотъ комплиментъ вызвалъ невольную улыбку на заплаканное личико м-съ Арабеллы.

— Гд вашъ мужъ, сударыня?

— Я ожидаю его съ минуты на минуту, сэръ. Я уговорила его погулять сегодня поутру. Натаніэль очень разстроенъ, сэръ.

— Отчего?

— Оттого, что до сихъ поръ нтъ никакихъ встей отъ его отца. Это его убиваетъ.

— Подломъ ему, подломъ!

— Онъ слишкомъ наказанъ, сэръ, и я глубоко чувствую, что бдный мужъ страдаетъ изъ-за меня. Я одна была причиною, что онъ доведенъ теперь до этого несчастнаго состоянія.

— Подломъ вамъ обоимъ! Очень радъ это слышать.

Едва вырвались эти слова изъ устъ стараго джентльмена, какъ на лстниц послышались шаги, которые, казалось, онъ и Арабелла угадали въ одну и ту же минуту. Старичокъ поблднлъ и сдлалъ надъ собой величайшее усиліе, притворился спокойнымъ и холоднымъ, когда м-ръ Винкель вошелъ въ комнату.

— Батюшка! — вскричалъ м-ръ Винкель, съ изумленіемъ отступая назадъ.

— Да, сэръ, я вашъ отецъ. Посмотримъ теперь что вы скажете въ свою защиту?

М-ръ Винкель молчалъ.

— Что? Вамъ стыдно за самого себя: такъ-ли сэръ.

М-ръ Винкель продолжалъ хранить упорное молчаніе.

— Стыдно вамъ или не стыдно, сэръ?

— Нтъ, сэръ, — отвчалъ м-оъ Винкель, взявъ Арабеллу за руку, — я не стыжусь ни за себя, ни за свою жену.

— Честное слово?

— Могу васъ уврить. Мн очень больно и прискорбно, если мой поступокъ лишилъ меня родительской любви; но я скажу и буду говорить всегда, что не имю никакихъ причинъ стыдиться за свою жену, и вамъ отнюдь не стыдно признать въ ней свою дочь.

— Право? Ну, давай руку, Натаніэль, — сказалъ старый джентльменъ измнившимся голосомъ. — Поцлуй меня, душенька: ты прекрасная дочь!

Черезъ нсколько минутъ м-ръ Винкель побжалъ въ комнату м-ра Пикквика и, воротившись съ этимъ джентльменомъ, представилъ его своему отцу, посл чего они искренно и радушно принялись пожимать другъ другу руки впродолженіе пяти минутъ.

— М-ръ Пикквикъ, благодарю васъ душевно за вс благодянія, оказанныя вами моему сыну, — сказалъ наконецъ старикъ Винкель. — Натура y меня вспыльчивая, м-ръ Пикквикъ, и, признаюсь, я былъ очень непріятно изумленъ, когда свидлся съ вами въ послдній разъ. Теперь я вижу свою дочь собственными глазами и доволенъ, какъ нельзя больше. Прикажете просить извиненья y васъ, м-ръ Пикквикъ?

— Ахъ, помилуйте, какое тутъ извиненье! Ваше великодушіе совершеннйшимъ образомъ довершило мое счастье.

Послдовало новое рукопожатіе, сопровождавшееся множествомъ весьма лестныхъ комплиментовъ съ обихъ сторонъ. Старички были въ восторг другъ отъ друга.

Самуэль между тмъ проводилъ своего отца на постоялый дворъ и, по возвращеніи домой, встртилъ y воротъ гостиницы жирнаго дтину, который приходилъ съ записочкой отъ миссъ Эмиліи Уардль.

— Послушайте-ка, м-ръ Уэллеръ, — сказалъ Джой, сдлавшійся на этотъ разъ необыкновенно болтливымъ, — какая красотка эта Мери! Я влюбился въ нее по уши.

Вмсто отвта, м-ръ Уэллеръ взялъ жирнаго дтину за шиворотъ, повернулъ его налво кругомъ и далъ ему пинка въ затылокъ, посл чего м-ръ Уэллеръ свистнулъ и пошелъ въ комнату своего господина.

Насладясь бесдой съ своимъ новымъ другомъ, м-ромъ Винкелемъ старшимъ, достопочтенный президентъ Пикквикскаго клуба удалился къ себ въ комнату размышлять о счастливомъ событіи — примиреніи отца съ своими дтьми. Отъ глубокихъ философскихъ соображеній мысли великаго человка весьма натурально перешли къ исторіи любви молодыхъ людей, и ему припомнилось ихъ тайное свиданіе въ Бристол, устроенное подъ руководствомъ великаго человка. Припомнилось ему также, что въ то знаменательное время онъ записалъ два чрезвычайно интересныхъ разсказа, которымъ придалъ, во время своего долгаго тюремнаго заключенія, литературную форму, съ намреніемъ напечатать ихъ при первомъ удобномъ случа.

Какъ только зародилось это воспоминаніе въ мозгу ученаго мужа, онъ тотчасъ же досталъ оба разсказа изъ своего бюро и принялся ихъ снова перечитывать и исправлять.

Черезъ нсколько дней они сдлались извстны всему образованному міру, появившись въ печати въ одномъ изъ распространенныхъ лондонскихъ журналовъ въ слдующемъ вид:

"Лтъ за двсти до нашего времени, а, пожалуй, и ближе, на одной изъ общественныхъ ваннъ города Бата еще красовалась надпись въ честь ея могущественнаго основателя, знаменитаго принца Блэдуда, но теперь этой надписи нтъ и слда.