Чтение онлайн

Алисия вскочила:

— Можем сделать ещё точнее! Я найду в интернете с помощью маршрутизатора место примерно в ста километрах от Рима по дороге, посмотрим, где оно окажется на карте, и — раз! — начертим новый круг.

Через полчаса она радостно помахала листком бумаги.

Ей действительно удалось найти два подходящих объекта. Оба — бывшие монастыри, ныне используемые иначе.

Один находился к юго-востоку от столицы, на окраине Вероли, и в конце шестидесятых был передан коммуне.

Второй располагался в холмистой местности примерно в ста десяти километрах к северу от Рима. Ближайшая деревня — Марморе — в трёх километрах. Рядом — знаменитые искусственные водопады Каската-делле-Марморе, созданные ещё в 290 году до нашей эры.

Согласно описанию, поместье изначально принадлежало древнему рыцарскому роду. Из страха перед набегами дворянская семья окружила усадьбу высокой стеной с бойницами. Благодаря этой стене владение и получило своё название — «Castello».

В начале восемнадцатого века обедневшая семья передала поместье бенедиктинцам. После смерти последнего монаха в 1974 году орден продал монастырь частному лицу.

Все слушали с напряжённым вниманием, но ещё пока Алисия произносила последние фразы, Бертони нахмурился. Он несколько секунд напряжённо думал — а потом его лицо просветлело.

— «Его крепость станет его новой Голгофой. Она так же ложна, как доброта его отца», — произнёс он достаточно громко, чтобы все услышали.

— Что именно, монсеньор? — спросил Маттиас.

— Звонивший. Он сказал: «Его крепость станет его новой Голгофой». А синьорина Эгостина нашла старый монастырь под названием «Castello».

Маттиас вскочил:

— Конечно! И следующая фраза идеально подходит: «Она так же ложна, как доброта его отца». Это «Castello» — «ложная» крепость, потому что на самом деле это просто усадьба!

Короткая тишина.

— И что теперь? — спросила Алисия.

Варотто откашлялся:

— Поедем и посмотрим. Если наша догадка верна — вызову коллег.

Он облегчённо выдохнул.

— Наконец-то у нас есть след.

— Когда выезжаем? — спросила Алисия.

Варотто посмотрел на неё:

— Мы? Я поеду с Маттиасом вдвоём.

— Даже не думай, Даниэле! И не смей начинать свои шовинистические речи в духе «это слишком опасно для женщины». Во-первых, я журналистка. Во-вторых — не сахарная. И я знаю, где находится это «Castello». Либо берёте меня с собой, либо я поеду одна. Можем даже поспорить, кто приедет первым.

— Это слишком опасно для женщины, — ответил Варотто. Но прежде чем она успела взорваться, широко ухмыльнулся: — Шучу, шучу. Всё в порядке.

— Вот это уже снова тот Даниэле, которого я знаю, — улыбнулась Алисия.

Прежде чем они успели продолжить, Маттиас сказал:

— Значит, завтра утром в восемь. Здесь.

Бертони с трудом поднялся и обратился к Маттиасу:

— У вас есть мой номер. Звоните в любое время, когда понадоблюсь. Я к вашим услугам.

Маттиас кивнул:

— Большое спасибо, монсеньор. Я провожу вас.

На лестничной площадке он прикрыл за собой дверь квартиры — так, что осталась лишь узкая щель.

— Вы рассказали кардиналу Фойгту о звонке? — тихо спросил он.

Бертони пожал плечами:

— Он мой начальник.

— Простите, монсеньор, но это не ответ на мой вопрос.

— Пока ещё не успел. Но обязательно расскажу.

Прежде чем Маттиас успел возразить, старик поднял руку.

— Признаю, история с тем, что кардинал знал или не знал, выглядит странно. Я ещё раз всё обдумал и почти уверен: Фойгт уже давно знает о связи между Никколо и мной. Не могу сказать, почему он представил это вам иначе, но убеждён — на то есть разумное объяснение.

Маттиас сглотнул. Значит, чутьё его не обмануло. Бертони в своём кабинете пытался прикрыть кардинала. Фойгт солгал. Какое тут может быть разумное объяснение?

— И вы всё-таки расскажете ему о звонке?

— Придётся, — ответил Бертони.

— Могу я хотя бы попросить вас сообщить ему уже после того, как мы побываем в этом «Castello»?

Глаза Бертони расширились:

— Вы же не думаете всерьёз, что кардинал Фойгт как-то связан с этой ужасной историей?

— Прошу вас, монсеньор. Можете подождать хотя бы столько?

Старик удручённо посмотрел на него:

— Я подумаю. Но не рассчитывайте на это. Это выглядело бы так, будто и я в нём сомневаюсь. Он мне этого никогда не простит.

С этими словами он отвернулся и медленно стал спускаться по лестнице, опираясь на перила.

Маттиас не стал его удерживать. Ему было жаль старика. Он поставил монсеньора в очень трудное положение. Оставалось лишь надеяться, что в отношении Фойгта он ошибается.

— …он должен это понять, — как раз говорил Варотто Алисии, когда Маттиас вернулся в гостиную.

Оба серьёзно посмотрели на него.

— Мы как раз говорили, что тебе лучше остаться здесь на ночь, — пояснил комиссарио. — Кто бы ни пытался тебя убить, он явно очень хорошо о тебе осведомлён и может…

— Хорошо, — перебил Маттиас. — Я и сам об этом думал. Мне до сих пор не понятно, откуда стрелок знает, кто я и что в момент звонка я был здесь. Но ясно одно: у этого человека серьёзные счёты со мной и моим прошлым. Мне сегодня не нужно никуда. Разве что — за зубной щёткой…

— Тут пытаешься спасти человека от нового покушения, а он думает о белоснежных зубах.

Варотто посмотрел на Алисию и покрутил пальцем у виска. Она ухмыльнулась.

— Вы, немцы, действительно странный народ. Но тебе повезло — кажется, у меня есть новая зубная щётка. В упаковке. Сейчас посмотрю.

Когда Варотто вышел, Алисия собрала бумаги, взяла маленький кожаный рюкзачок, служивший ей сумочкой, и встала.

— Я так рада, что ты остаёшься. Иначе всю ночь не сомкнула бы глаз от беспокойства.