Чтение онлайн

Куда-то меня унесло. Одно за другое — и я еле остановилась. Сейчас важно освободиться из плена, а не устраивать разборки.

— Давай ты сотрешь сообщение от моего отца и снимешь защиту? Император сюда придет, ничего не найдет, разозлится и разбудит меня, чтобы сказать пару ласковых. И тут я использую эту способность…

У Баса глаз несколько раз дернулся, пока я с воодушевлением рассказывала свою идею.

— Диана, мы найдем другой способ. Либо выманим его, либо придумаем, как проникнуть внутрь.

— Но дай мне шанс! Я не хочу быть беспомощной!

— Ты понимаешь, что все может пойти не так, как планируется…

— Тогда мы придумаем запасной вариант. Давай, в случае провала отвлечем его на что-то другое. А покамест я, когда проснусь, нашлю на него эмоцию страха. Он испугается и…

— Он и так меня боится, — сощурился Бас. — Ему нужно другое чувство. Более эффективное, но вместе с тем более опасное.

Я его уговорила? Все мое существо требовало действовать, а не уныло ждать, пока меня спасут. Я хочу быть не просто красивой картинкой возле Баса. Я хочу набивать шишки, ошибаться, двигаться — только так можно научиться управлять своей жизнью, разве нет?

Наверно, я просто хочу хвататься за каждый шанс взять жизнь за штурвал, раз его у меня постоянно отбирают.

— Из-за страха он бросил город и похитил тебя, — рассуждал Бас. — Он знает, что проиграет мне в честном бою. Поэтому хитрит. Лучше попробовать внушить ему бесстрашие — и у него, возможно, отключится инстинкт самосохранения. Страх — очень важная эмоция для выживания и избавляться от нее опасно.

Он говорил толковые вещи. Я призадумалась. Бас добавил тревожно:

— Но под бесстрашием этот урод может сделать что-то дурное. Ударить тебя или…

— Или выйти из укрытия! Ты ведь ради этого предложил именно это чувство?

Мне не терпелось попытаться. Освободиться и скорее очутиться в настоящих объятьях Баса. Когда я признаюсь, что страшно скучаю без него?

— Хорошо, Диана. Мы попробуем провернуть этот план. Только потому, что он, возможно, имеет наименее вероятный смертельный исход для тебя. Если не получится внушить бесстрашие…

— Я буду дальше пытаться тянуть время. Что-то придумаю по ходу дела.

— Нет, лучше бы сделать так, чтобы он вышел из подвала под каким-то предлогом.

У Баса наверняка была еще куча вариантов, как освободить меня. Но я понимала опасность: сложно пробраться на охраняемую территорию незаметно.

Он вместе со мной прослушал послание отца прежде, чем его стереть, и дал несколько советов по тому, как пользоваться способностью.

— Гипноз я тебя не учил делать, но он несложен сам по себе. Большая практика необязательна для успеха, достаточно уметь удерживать концентрацию.

Это делать я тренировалась раньше. И заверила Баса, что у меня получится. Он явно считал, что все же подвергает меня лишней опасности. Или не был уверен в том, что я справлюсь.

Но я благодарна ему просто за шанс. Он мог обрубить его на корню.

— Ты теперь сам будешь баловаться на мне этой способностью, — усмехнулась я, когда Бас собрался временно снять защиту.

— А ты хочешь?

От смущения я потупилась. Почему-то. Совершенно невинная способность, что за пошлая мысль могла мелькнуть у меня в голове от пытливого взгляда Баса?

— Готова? — спросил он уже серьезно и позволил в защите пробить дыру.

Все время, пока Император бродил по орбису, Бас прятал меня в тенях, прикрывая собой. Мне было почти не страшно. Но едва гад исчез, волнение усилилось. Скоро меня разбудят.

— Держись, Диана, я рядом, — сказал Бас и едва успел заштопать защиту прежде, чем меня грубо выдернули из сна. Яркий свет резанул по глазам, ручейки текли по лбу и щекам, падали холодными каплями на плечи. Похоже, в меня плеснули ледяной водой.

— Неужели Якоб научил тебя обманывать прибор? — прошипел мне в лицо Император, угрожающе сверкая мощными огнями в глазах. — Никаких знаний нет. Ты меня обманула! Я потерял много бесценного времени, ломая защиту и бегая по твоему орбису. Время хотела потянуть? Ты за это ответишь!

Искаженное яростью лицо вселяло ужас, который оборачивал меня цепями, ломая кости, выжимая из меня кислород. Казалось, Император настолько зол, что убьет меня голыми руками, а не уколом, как собирался.

Но мне нужно не трястись сусликом. Я смогу. Собраться, вспомнить, что такое чистое бесстрашие, отделенное от примесей других эмоций и чувств, сконцентрироваться, вдохнуть на полную грудь и глаза в глаза внушить.

В моих радужках запекло, огни, наверно, бесновались — я из последних сил пыталась не моргнуть. Если не удержу веки широко распахнутыми, все старания напрасны.

— Я теперь отдам приказ своим людям, чтобы они тоже не спешили, тянули время. Пусть получат удовольствие, издеваясь над тобой. Все записывается на камеру. Я Себастьяну обязательно дам посмотреть перед тем, как его убить.

Император гадко усмехнулся и отстранился. У меня получилось или нет? На его лице и во взгляде вроде ничего не изменилось. У Баса ведь есть запасной вариант, если я не справлюсь? Паника захлестнула с головой. Я прикусила губу, чтобы не начать слезно умолять.

Гад напоследок окинул взглядом мое тело и перед дверью сказал:

— Когда моим людям надоест и твоя регенерация справится с повреждениями, я вернусь и мы продолжим допрос. Жаль, дар не помогает лечить психологические травмы…

Едва он вышел, в комнату вторглись четверо амбалов, сузив ее до размеров коробки. Дар забурлил в венах, чувствуя реальную угрозу, кожа начала краснеть.

— Ха, она решила снять блок с дара. Не смеши, тебе с нами даже с даром не справиться. — Громила хлопнул по своей ладони дубинкой.

Успокоиться нереально. Сердце с бешеной скоростью таранилось в грудную клетку, блок трещал по швам. Амбалы наступали. Один смелее всех шагнул вперед, склонился и цепко ухватил меня за подбородок.

— А красивая, да? Немного жаль красоту портить.

Страха у меня было хоть отбавляй. Руки дрожали, напряглось все тело, желудок стянулся в узел. И все это я послала в нахальные глаза напротив.

Пару секунд — и он отскочил от меня, будто от прокаженной. Прикрылся дубинкой, забился в угол, подрагивая. Остальные трое застыли соляными столбами и вдруг расхохотались.

— Ты чего? Эй?

Тот окончательно впал в панику, схватился, засветив перед всеми мокрым пятном на паху, и вылетел за дверь. Амбалы переглянулись.