Чтение онлайн

Врач смотрит на меня поверх очков. В её взгляде нет удивления. Видимо, она видела такое не раз. Видела, как холодные расчёты разбиваются о вид этого пульсирующего пятнышка.

– Вы уверены? Это очень ответственное решение. Вы одна?

– Да, – отвечаю я. И в этом «да» впервые за много недель нет горечи, нет страха. Есть простой, тяжёлый, как глыба, факт. – Я одна. Но я справлюсь. Это мой ребёнок.

Она откладывает бланк. Рассказывает о дальнейших шагах: постановка на учёт, анализы, витамины. Я слушаю, киваю. Но главное решение уже принято. Оно принялось само, помимо меня. В тот миг, когда я увидела бьющееся сердечко.

Мне печатают первый снимок. Чёрно-белая фотография из глубины. Маленькое сердце в море темноты.

Я выхожу из клиники на холодный московский воздух. В руке сжимаю тонкий листок бумаги. Я не прячу его в сумку. Я смотрю на него.

Ты ещё даже не человек. Ты – обещание. Ты – моя самая большая ошибка и моё единственное, неподдельное чудо.

Я сажусь на лавочку у входа. Люди проходят мимо, спешат по своим делам. Никто не знает, что у меня в руке – фотография начала новой вселенной.

Я достаю телефон. Набираю номер Лизы. Она поднимает трубку после первого гудка.

– Кать? Наконец-то! Что случилось?

– Лиза, – говорю я, и голос впервые за много дней звучит по-настоящему. Без фальши. Он усталый, сбитый, но – настоящий. – Мне нужно с тобой поговорить. Лицом к лицу. Это очень важно.

Договорившись о встрече, я кладу телефон в карман. Снова смотрю на снимок. На эту одинокую, яркую точку во тьме.

– Привет, – шепчу я в морозный воздух. Пар от моего дыхания застилает картинку, и я стираю его рукавом. – Привет, малыш.

– Нас ждёт трудная дорога, – продолжаю я тихим, ровным голосом, как будто он уже может меня слышать. – Очень трудная. Будут слёзы, страх, нехватка денег, бессонные ночи. Будут моменты, когда я буду жалеть о своём решении. Будут моменты, когда я буду ненавидеть того, кто тебя сделал.

Я замолкаю, глажу пальцем по холодной бумаге, над маленьким сердцем.

– Но я обещаю тебе одну вещь. Я никогда не буду жалеть о тебе. Ты – мой. И я тебя не отдам. Никому. Никогда. Мы справимся.

Я говорю это и понимаю, что это не бравада. Не желание кому-то что-то доказать. Это просто правда. Такая же простая и неоспоримая, как тот факт, что трава зелёная, а сердце – бьётся.

Любовь. Вот что это. Не к Дамиру. Не к призраку прошлого. Любовь к этой фасолинке. К этой жизни, которая выбрала меня своим домом, несмотря на все мои побеги, все мои баррикады и все мои страхи.

Я кладу снимок во внутренний карман куртки, к своему сердцу. Встаю с лавочки. Направляюсь к метро. На встречу с Лизой. К началу самой важной битвы в моей жизни.

Шок прошёл. Точка невозврата осталась позади. Я перешла её. Добровольно. С любовью. И с холодной, стальной решимостью в сердце.

Я иду, и мои шаги по замёрзшему асфальту отбивают новый ритм. Не «что делать?», а «как жить дальше?». И в этом ритме уже есть ответ. Тихое, непоколебимое «справимся».

Глава 41. Дамир

Контракт лежит на столе. Толстый, в синей папке, с моей уже проставленной подписью и свежим, пахнущим типографской краской штампом Департамента городского имущества. «Дом Актёра». Полная реконструкция с адаптацией под бутик-отель премиум-класса. Бюджет, от которого у конкурентов должно было свести скулы. Победа.

Я откидываюсь в кресле. В кабинете, который ещё пахнет свежей краской и новым деревом. Мой кабинет. В здании, которое я арендовал на свои деньги. Моя крепость. Моя берлога. Моя пустота.

Альберт стоит напротив, его лицо – образец сдержанного удовлетворения.

– Поздравляю, босс. Это больше чем победа. Это заявление.

– Это контракт, – говорю я, отводя взгляд от папки к окну. За ним – серое московское небо, усеянное огнями чужих офисов. – Он подписан. Мы его выполним. Всё.

Мой голос звучит плоско, без обертонов. Как будто я читаю инструкцию к сборке мебели. Альберт слегка морщится. Он ждал другого. Бокала виски. Короткой, язвительной речи о том, как мы этих мальчишек из «Столичного Холдинга» сделали. Я и сам ждал этого. Ощущения сладкой мести миру, который два месяца назад вышвырнул меня из уютной клетки отцовской империи.

Но ничего нет. Только тягучая, знакомая усталость где-то за глазами и холодный ком под рёбрами. Там, где раньше горел азарт охоты, теперь зияет дыра. Я выиграл битву, на которую потратил все свои силы, всю ярость, всю боль от её ухода. А теперь смотрю на трофей и не понимаю, зачем он мне.

– Устроим скромное празднование с командой? – осторожно предлагает Альберт. – Завтра, в ресторане на первом этаже…

– Нет, – перебиваю я. Слишком резко. Вижу, как он внутренне съёживается. Сглаживаю голос. – Спасибо, Альберт. Передай команде – я ценю работу. Премии будут в два раза больше обещанных. Пусть отмечают без меня. Я… устал.

Он кивает с понимающим видом, не понимая ничего. Подбирает с моего стола вторые экземпляры документов и выходит, тихо прикрыв дверь.

Тишина как в склепе. Мне тридцать семь лет. У меня есть своя компания, выигранный на аукционе лот стоимостью в несколько миллионов евро, верные люди. У меня есть свобода. Та самая, за которую я так яростно дрался с отцом. Та самая, ради которой, как я убеждал себя, стоило потерять всё остальное.

Я встаю, подхожу к окну. Прикладываю лоб к холодному стеклу. Где-то там, в этом лабиринте из бетона и света, она. Ходит по своим офисам, строит свою новую, блестящую, независимую жизнь. Ту, которую я сам для неё и расчистил, выдернув из-под отцовского крыла. Идиот.

Я возвращаюсь к столу, открываю нижний ящик. Достаю отчёт Альберта. Он пришёл утром. Я откладывал, чтобы не смешивать с победой. Теперь победа есть. Можно отравить её до конца.

Листок А4. Сухой перечень фактов.

«Сокольская Екатерина Сергеевна. Штатный специалист отдела стратегического развития «Hospitality Solutions».

Испытательный срок пройден успешно. Назначена ведущим координатором по проекту интеграции с азиатскими партнёрами.

Оклад повышен на 30% от исходного после первого месяца. Руководство отмечает высокую работоспособность, аналитический склад ума, быструю обучаемость.

Проживает по адресу… совместно с Е.В Ковалевской. Аренда.

В социальных сетях активность отсутствует. Цифровой след минимален, профессиональные сети – аккаунт в LinkedIn, обновлён неделю назад, добавлены новые профессиональные контакты.