Чтение онлайн

Помню, в детстве, когда папа приезжал на обед, мы с братом забирались в машину и играли в игру. Я была мамой, Вова – папой, и мы как будто-то бы ехали в гости и «по дороге» мы копировали наших родителей. Мы ругались, повторяя страшные слова своих родителей. Родители не матерились, но обзывали друг друга и желали друг другу смерти. Вспоминая все это сейчас, я понимаю, в какой страшной атмосфере мы росли, хотя и хорошего было немало.

В детстве мы с моим братом вечно шалили, летом брызгались, обливались, бегали друг за другом. И я решила устроить нам с мужем что-то подобное, мне тогда было всего лишь 19 лет. Но когда я облила Витю, он только и сказал:

– Ну, Таня…

Но я продолжала брызгаться, обливаться, мне хотелось дурачиться, но у меня так и не получалось втянуть мужа в игру. Он был слишком серьезным. Но именно Виктор научил меня мыть посуду сразу после еды, складывать вещи перед сном, а не разбрасывать их, где попало.

Да, чистюлей меня было трудно назвать. В мои 19 лет муж стал и моим воспитателем. Не сказать, что я была совсем грязнулей – я просто никогда не видела, что пора бы убраться в доме, пора бы прополоть огород, подмести во дворе. Всему этому учил меня Виктор. Я складывала свои вещи в шкафу, но уже на третий день на моей полке не было порядка, тогда как на полке моего мужа порядок был всегда.

Витя часто ездил в командировки, и мне это совсем не нравилось. Я возмущалась, что вроде как я замужем, но мужа никогда нет рядом. Решение проблемы подсказали Витины друзья. Ему посоветовали сделать мне ребенка, чтобы у меня не было времени скучать по мужу. Когда Витя мне это рассказал, я ответила:

– А как же ребенок будет расти без папы? Тогда мы вдвоем будем скучать по тебе!

И тем более, какой ребенок, ведь я готовилась к поступлению в медучилище. Но вскоре я узнала, что беременна. Хотя не совсем вскоре, а через год совместной жизни, в марте 1993 года.

Меня не обрадовала эта новость. Ребенок совершенно не вписывался в мои планы. Я вообще не думала о детях, я их не замечала. Помню, когда я жила в общежитии, мои подружки покупали детские вещи и целовали их, представляя, что это их ребенок, а я недоуменно смотрела и не понимала их. А подружки уже в училище и не будучи еще замужем готовились к материнству!

Я решила избавиться от ребенка. Я выпила таблетки, которые когда-то мне дала Анжела. Но после таблеток меня рвало два дня. Тогда я начала носить тяжести, парилась, но ничего не помогало. На аборт я, слава Богу, не решилась.

Беременность проходила тяжело. Меня все раздражало, особенно то, что я не смогу поступить в медучилище. Наконец, 26 ноября 1993 года я родила дочь

Роды прошли тяжело, больница не отапливалась, в родильном зале было так холодно, что у меня стучали зубы и сводило все тело. Доченька родилась с родовой травмой, и из роддома нас отвезли в Одессу, в областную больницу. Дочке поставили диагноз «травма третьего шейного позвонка».

В больнице я была одна, поддержать и успокоить меня было некому. Мне на ум ничего не приходило, кроме как молиться. Но молитв я не знала, хотя в детстве бабушка учила меня молитве «Отче наш». Но это было так давно, и, хоть я и выучила молитву, но никогда не молилась. Спросить у кого-либо было неловко. Был 1993 год, вера в Бога не афишировалась.

И я, слово за словом, начала вспоминать молитву. До сих пор не понимаю, как я ее вспомнила. Память у меня была не очень хорошей, а молитве меня бабушка учила, когда я была еще совсем ребенком.

Я молилась, молилась бесчисленное количество раз в день. Мне было жалко этот маленький розовый комочек. Мне было жалко себя, мой ребенок мог расти инвалидом.

В патологии новорожденных нас держали целый месяц, палата детей находилась очень далеко от палаты мам. Кормление было по часам, каждые три часа. Но кормить грудью мне не разрешали, мне приходилось сцеживать свое молоко, а на это уходил целый час, потом нужно было перепеленать малыша, накормить, потом процедуры, капельницы, обход, и так бесконечно. Я почти не спала, детей ночью кормили тоже.

Нас, мамочек, называли «мачехи», потому что многие из нас, когда кормили детей из бутылочек, делали это, не беря детей на руки. Моя девочка лежала на специальном бублике, и ее нельзя было лишний раз тревожить из-за травмы. Но я, если честно, и не горела желанием. Любви я особой к ней не испытывала, только жалость.

В первый раз я поцеловала свою дочь, когда ей исполнился месяц от роду, и поцеловала без особой любви, а просто так. Полюбила я девочку позже, и любовь эта росла с каждым днем. Нас выписали из больницы полностью здоровыми. Дочку мы назвали Богдана. Я была счастлива, что в моей жизни появилась эта кроха.

Даночка росла красивой девочкой, у нее были зеленые глаза. Особенно зелеными они становились, когда она плакала. У моей девочки были красивые белые волосы и белая кожа. Удивительно, я с детства мечтала, чтобы у меня родилась дочь-блондинка. Лет в семь я даже решила, что перед родами покрашу свои волосы в белый цвет, чтобы доченька родилась блондинкой. И позже, прочитав роман «Унесенные ветром», мечтала, чтобы у нее были зеленые глаза. Так и случилось!!! Я обожала свою девочку и думала о том, как же я раньше жила без нее.

Вскоре муж потерял работу, и не он один. Страна переживала перестройку. Теперь Витя, как я и хотела, был всегда рядом.

Продуктами нас обеспечивала моя мама. Она держала свое хозяйство: поросят, курей уток, огород был засажен картошкой и разными овощами. И еще мама подрабатывала в молочном приемном пункте. Так что благодаря ей продуктами мы были обеспечены полностью, но денег нам не хватало, мы жили на детское пособие.

Друзья мужа, потеряв работу, начали искать другие пути заработка, но Витя упорно ждал, что в Сельхозтехнике, где он работал, все же появится работа.

Мы часто с Витей ездили к моей маме в село Виноградовку. Витя помогал ей во всем, а мама снабжала нас продуктами. Но я понимала, что нужно искать работу. Чтобы помочь нам, мой брат предложил открыть у нас в городе магазин автозапчастей. Товар он мог передавать из Харькова. Из этого мог бы получиться неплохой бизнес, но Витя мечтал быть дальнобойщиком.

Когда нашей доченьке исполнился 1 год, я узнала, что снова беременна. Это было неожиданно, мы предохранялись. Но на этот раз я не расстроилась, а даже была рада малышу, хотя и понимала, что будет трудно. Но мы с Витей все равно хотели двоих детей, ну пусть это случилось намного раньше, чем мы ожидали. И меня не пугало даже наше безденежье. Я была очень рада зародившейся в моем теле новой жизни. Я рассказывала своей доченьке, что у меня в животике растет малыш. И как-то после этих слов она ткнула мне в живот свою соску. Это было мило. Доченька меня радовала каждый день.

Когда я рассказала моему брату Вове, что опять жду ребенка, он сказал:

– Таня, ты что, дура?!

Но я была счастлива. Витя наконец нашел работу, как и хотел, дальнобойщиком, и стал пропадать надолго, а мы с доченькой оставались одни.

Как-то Витя уехал, не заготовив нам нарубленных дров. И, как назло, сгорела вилка на электроплитке. Газа у нас не было, и мы сидели с дочкой в холоде, готовить было не на чем. И тут ко мне пришла моя подружка Таня Иванова и спрашивает:

– Чего вы мерзнете?