Запертая любовь. Часть первая
Шрифт:
Придерживая одной рукой футболку, второй Саша провела по его груди с левой стороны и остановилась около сердца. Теперь у неё не осталось никаких сомнений: оно действительно билось, причём довольно быстро. Ещё никогда её так сильно не радовал стук его сердца.
– Оно бьётся, – объявила она так, будто это было открытием года, и, наконец, позволила ему взять себя на руки.
Было забавно, что ей понадобился этот ночной кошмар, чтобы оказаться в его объятиях и уткнуться носом в шею, как она и хотела во время ужина. Ужин… Такое чувство, что с его момента прошло как минимум несколько дней, а не часов. Крис крепко прижал её к себе, поглаживая по спине рукой, а она обвила его шею своими тонкими ручками и никак не могла перестать плакать.
– Ты вся мокрая… Давай переоденемся, да? – ласково спросил он у неё на ухо.
Саша закивала головой, чувствуя неприятно прилипшую к спине ткань. Крис слегка отстранил её от себя и собирался встать, когда она попросила:
– Может, ты дашь мне эту? – она указывала на футболку, что была на нём.
– Эту? – удивился Крис. Почему она хочет именно эту футболку, когда он может принести ей любую другую и новую?
– Да… пожалуйста…
Впрочем, какая разница? Если она его просит, он всё равно не сможет отказать. Замявшись на какую-то секунду, он всё-таки снял её с себя и, протянув ей, отвернулся.
Было странно видеть его в кои-то веки с голым торсом; у Саши уже давно сложилось впечатление, что он скрывал его ото всех, как будто у него там был пивной живот или что-то в этом роде. На самом же деле он был очень стройным и подтянутым благодаря своим пробежкам, и она бы на его месте точно не стала прятать свою фигуру. Он даже из ванной всегда выходил одетым. Крис в полотенце, завязанном на бёдрах, был чем-то из разряда фантастики, об этом можно было не мечтать. Так что тот факт, что сейчас на нём были одни пижамные штаны, не мог не радовать.
– Всё, готово, – шмыгнув носом, сказала Саша, и он развернулся обратно, чтобы снова обнять её.
О да, обниматься с ним, когда на нём нет футболки, оказалось ещё лучше, чем она могла себе представить. Прошло немало времени, с тех пор как она прижималась к нему так в последний раз.
– Осколков нигде нет… – пробормотала она ему в плечо, отчего её голос прозвучал неразборчиво.
– Каких осколков?
– Они по всей квартире были. На полу. Не хочу вспоминать… – Она затрясла головой.
– Расскажи мне. Расскажи – и забудешь об этом.
– Ты меня не оставишь здесь?
Эта комната и мятая постель с влажной простынью теперь ассоциировались только с ужасным сном. В ней больше не хотелось оставаться этой ночью, особенно одной.
– Не оставлю. Хочешь уйти отсюда?
Саша кивнула. Встав, Крис протянул ей свою большую руку, за которую она уцепилась как за спасательный круг, и повёл её в зал. Мысль о том, что они будут спать вместе, постепенно согревала её и снова приводила в чувства.
Её ладонь вспотела, оттого что Крис держал её в своей, и Саша вдруг почувствовала, что она чешется. Чешется и жжёт. Это уже не могла быть реакция на Криса: это было бы просто нездорОво. Абсолютно нездорово. Наконец он отпустил её, и она поднесла ладонь к лицу в попытке разглядеть что-либо в темноте.
– Что такое? – спросил Крис.
И тут до неё дошло, что это были последствия сбора осколков с пола. В памяти пронёсся эпизод в ванной, когда Глеб собирался протереть её руки какой-то гадостью, и она сбежала. Возможно, он хотел помочь. Конечно, он хотел. Но она была настолько не в себе, что даже не могла понять этого.
– Эм, ничего, – пробормотала Саша, вытирая обе ладони о футболку. Чёрт, это же футболка Криса. Нельзя так поступать с его идеальными вещами.
Но, к сожалению (или к счастью), Крис был достаточно сообразительным, чтобы включить ночник. Это было немного неожиданно, и она резко зажмурилась, вдобавок прикрывая глаза рукой.
– Что это? Это… кровь? – Он нахмурился, рассматривая её раненые ладони.
– Э-э, да… Она уже засохла, но мои руки вспотели, и, в общем… Всё это типа… смешалось…
Боже, это звучало не очень. Это явно не то, что нужно слышать парню, который тебе нравится, даже если он твой брат. И Саша была безумно благодарна Крису за то, что он был настолько вежлив и воспитан, что не сморщил от отвращения нос.
– Где ты так?
– Пыталась собрать с пола… э-э… осколки…
Крис сомнительно улыбнулся.
– Во сне, да?
– Эм, нет… Я разбила стакан на кухне, – призналась она.
Он только покачал головой – к счастью для неё, без капли осуждения – и ушёл в ванную, а вернулся, размахивая бутылочкой с перекисью и ватными дисками.
– Я вижу, ты так и не собралась с духом оказать себе первую помощь.
Похоже, это его забавляло. Что, в общем-то, было неплохо. По крайней мере, он не собирался возвращаться к тому, при каких обстоятельствах был разбит стакан. И что там делал Глеб. И как она ему нагрубила. И – самое важное – чем она занималась перед этим.
Крис сел рядом с ней на диване, по-прежнему наполовину обнажённый, что в свете ночника смотрелось ещё лучше, и потянул её ладони к себе. Его немного удивил тот факт, что это не вызвало никакого сопротивления, но Саша была слишком взволнована его видом и тем, куда деть свои глаза, так что какие-то процедуры с порезами её не интересовали.
– Оу… от неё не щиплет, да? – она прикусила губу, обнаружив наконец, что перекись не доставляет ей никаких неприятных ощущений.
– Нет, это же как вода… Я тебе уже говорил.
– Я забыла… – виновато промямлила Саша.
Она выглядела совсем по-детски в его большой футболке, но Крису нравился её вид. Она всегда была очаровательна в его одежде, и он был вынужден признать, что дело тут было не в том, что она ей шла (хотя на ней всё смотрелось очень мило), а в том, что это были его вещи. В его вещах она выглядела лучше всего на свете.
– Давно ты дома? – спросила она, когда они улеглись на диване в обнимку.
– Да, я вообще-то спал уже.
– О… Я разбудила тебя? Я кричала?
– Не совсем… Ну, можно и так сказать. Но нет, ты не кричала.
Крис лежал на спине, а Саша справа от него, тесно прижавшись к его телу и обнимая его одной рукой. Его не покидало чувство, что он не должен был забирать её к себе, но и оставить её там наедине с кошмарами он тоже не мог. К счастью, она уже не выглядела такой испуганной, хоть и обнимала его так, словно кто-то и правда собирался забрать его у неё.