Чтение онлайн

— И что?

— А вдруг я накинусь на тебя, мы упадем и разобьемся.

— А что, не так уж плохо — представь рассказ: они летели по небу, охваченные пламенем страсти и метеором врезались в землю в объятиях друг друга.

— Неплохо звучит.

— Может быть, когда-нибудь… — несколько мечтательно вырвался выразительный взгляд вдаль у Маэль.

— Ты о чем?

— Ерунда, забудь, — улыбнулась она.

— Очень смешно, — фыркнул я.

— Я на секунду забыла, что ты и так уже это сделал, — рассмеялась она с такой непринужденностью, что заразила меня своим смехом.

— Ничего, когда-нибудь этот ум заработает, — постучал я по голове.

— В нашем мире многие верят, что ум живет в сердце; что это оно влияет на все поступки. То есть я хочу сказать, что повредив голову, лишившись всех своих воспоминаний, безвозвратно утеряв их в своей голове… Они могли бы остаться где-то вне ее.

— В сердце?

— Не в самом сердце, но там, где-то внутри… — Она прижалась к моей груди. — Кто знает? Что бы ты ни отстаивал, все равно, в конечном счете, все основывается на вере: в одни теории или другие — какая разница? До тех пор, пока ты не убедился сам, лично, а не из архивов или сомнительных докладов. Только после этого наступает совершенно иной уровень, основанный на знании, в котором ты можешь быть уверен на все сто процентов.

— Звучит логично. И мрачно. — Резюмировал я, нахмурившись.

— Почему?

— Мир обречен на стагнацию, если каждый будет опираться лишь на собственные опыты и эксперименты. Сама подумай: с каждым новым поколением знаний накапливается больше и больше, пока не наступит критическая масса знаний, не позволяющая стать проверенной одним человеком за его жизнь… Время, ресурсы — они ограничены.

— Есть и другой путь.

— Какой же?

— Сделать веру основой знания, подменить их так, что никто даже не заподозрит этого. Все будут считать, что два плюс два это четыре, не думая проверять, а так ли это на самом деле. Нужны всего лишь авторитетные утвержденные учебники, где будут смешаны разные факты, которые легко проверить и те, которые должны приниматься лишь на веру — все.

— Заменить знание верой? Такое не придет в голову даже самому извращенному уму.

— Тем не менее, так общество сможет развиваться.

— Откуда же ты это знаешь?

— Эта схема… мы ее тестировали, скажем так, на менее долголетних жителях нашего мира.

— Сработала?

— И блестяще. Если бы не конец света, то в скором времени и у нас бы ее внедрили. — Заговорческим тоном проговорила она.

— Звучит угрожающе.

— Тебе точно нечего бояться, — боднула она меня своим плечом.

— Я и не за себя, — толкнул ее я.

— Любишь людей?

— Жалко их, они ведь не виноваты…

Маэль не ответила, лишь направила задумчивый взгляд вдаль, за линию горизонта.

— Это вселяет в меня надежду… на многое, — сказала она с оттенком грусти.

— Надежда — опасное чувство, не отдавайся ей.

— Без надежды трудно обойтись. Она часто помогает двигаться, когда это труднее всего.

— Она же заставляет все бросить и вместо того, чтобы действовать, надеяться на провидение или удачу, — мрачно подытожил я.

— Ты ничего не помнишь — ничего не знаешь, но ты умеешь думать, поэтому с тобой интересно поговорить. Рассуждаешь ты мастерски.

— Спасибо за комплимент, мне это приятно слышать, — улыбнулся я.

Она подарила мне свою обворожительную улыбку и повернулась навстречу нашему пути. Профиль эльфийки был, словно, обрамлен короной в лучах яркого солнца. Эти милые черты лица и горящий взгляд, дополненный насыщенным каштановым цветом волос. Все в ее существе заставляло сердце трепетать. Грациозные и легкие движения каждого пальца, словно завлекающая ловушка для мужчин. Ловушка, в которую я угодил, черт побери.

— Ты знаешь, что такое «черт»?

— Что? — она отвлеклась от своих раздумий, — а, да, злая сущность, которой пугают своих детей их родители, обычная страшилка, а что?

— А дьявол? — вспомнил, что я говорил это Маэль, — это что-то схожее с чертом.

— Так ты ведь сказал одно и то же слово, — удивленно посмотрела на меня Маэль.

— Очевидно, что ты слышишь одно и то же слово из-за действия заклинания, на самом деле, я сказал разные слова, хотя это только подтверждает, что их значения одинаковы, — сделал вывод я.

— Я не понимала, зачем ты это говоришь, поэтому просто списывала на твою привычку, может для тех мест, где ты вырос это нормально.

— Занятно, это одна из тех вещей, которые я говорил не задумываясь. Привычка. Кальер — маг, который меня пытал — тоже не мог понять, о чем я ему говорю фразой «катись к черту», а я всего лишь имел в виду, что он не добьется от меня ничего.

— Да, звучит очень странно для моего слуха, и вообще не понятно: ты говоришь, чтобы я покатилась к черту — это ведь бессмыслица.

— Языковой барьер остается, даже если в совершенстве владеешь всеми языками, это ли не прекрасно?

— Думаешь, это прекрасно? — Удивилась она.

— Конечно, это предполагает уникальность натуры, это же удивительное…

— Тотальное недопонимание, которое приводит к разрушительным войнам.

— Есть у меня предположение, что отнюдь не недопонимание приводит к войнам… — Маэль скосилась в мою сторону, прищурившись, — …о, так ты и сама это знаешь.

— Мое предположение в том, что ты симулируешь, — грозно отчеканила Маэль.

— А ты? — Я взглянул на нее, приподняв бровь. Мы мерили друг друга взглядами так, что воздух между нами завибрировал, затем натянулся до предела и, казалось, вот-вот лопнет, как струна. Наконец Маэль отвела взгляд. — Что на тебя нашло?

— Приступ неверия, — как ни в чем не бывало, ответила она.

— Приступ? Как он закончился?

— Как видишь, моей капитуляцией.

— Ты поняла, что я имел в виду.

— Мы прошли через слишком многое, чтобы потерять к тебе доверие из-за пары удачных доводов с твоей стороны.

— Что ж, я действительно не помню своего прошлого, а тебя ни разу не подвел, как мне кажется.

— У тебя и память короткая.

Она снова уставилась вперед, думая о чем-то своем, а внизу, тем временем, полностью сменился пейзаж: насколько хватало глаз во все стороны, виднелась только водная поверхность. Я пихнул локтем Маэль и указал ей на новый вид водной глади, сменивший зелень полей и лесов.

— Это будет самый трудный участок, — сокрушенно проговорила она. — Как я могла его не заметить, а ведь хотела перед этим перелетом отдохнуть и поспать. Нам лететь через него довольно долго, — удрученно проговорила она.