Записки маленького человека эпохи больших свершений (сборник), Носик Борис Михайлович

Записки маленького человека эпохи больших свершений (сборник)

Носик Борис Михайлович

Шрифт:

Письмо четвертое

И. О.

Не придавай значения письму — Его навеет грустная минута, Когда захочешь верить почему-то Томлению, мгновению — всему, — Не придавай значения письму. Не придавай значения словам, Произнесенным шепотом, в истоме, В восторге, на исходе, на изломе, В тот редкий миг, что двум дарован нам, — Не придавай значения словам. Не придавай значения концу, Он дан тебе для нового начала, Чтоб ты восторг от муки отличала, Ведь грусть тебе внезапная к лицу — Не придавай значения концу. Но в тишине прислушайся к душе. Обретшие ее да возгордятся: Какие в ней решения родятся, В нездешнем этом хрупком шалаше, — Ты в тишине прислушайся к душе.

Когда я уйду

Б. Ч.

А когда я уйду — вероятно, теперь уже скоро — И неслышно ко мне подкрадется назначенный срок, — Я оставлю тебе по наследству растрепанный ворох Всех надежд неоправданных и непрочитанных строк. Будут там — все найдешь — наша грусть и мужская беспечность, Будут первых бесед и знакомства лихая пора, Мимолетная боль и грозящая нам бесконечность, И томительность сладкая Ялты, и белая наша гора. Будет там и предчувствие той неизбежной разлуки, Что на смену придет череде наших малых разлук, Будут старых напевов и песен несозданных звуки, Будет слово старинное, слово невнятное — друг. И в осеннюю ночь черноморским дождем растревожен, Ты гитару возьмешь, ты коснешься уснувшей строки И увидишь, что наш разговор, как и прежде, возможен, Что и в разных мирах наши души, как прежде, близки.

Новый счет

Хочу, любви не вымогая, Прожить хотя бы полчаса. Хочу, себя превозмогая, Уйти в безлюдные леса. Еще хочу, остановясь, На годы эти оглянуться И, уловив событий связь, Отчаяньем не захлебнуться, А в драном вретище до пят, Через года таща вериги, Перечитать сто раз подряд Молитвы старые и книги, Чтоб добрых дел незримый счет Начаться мог в бору сосновом, А с дальним полем небосвод Сойтись и примириться снова.

Петербургские квартиры

Здесь жили вы, здесь я живу, В заплатах плит мемориальных, На этих улицах печальных… Как знать, во сне иль наяву? Здесь жили вы, кого люблю, С кем я в сношенье непостельном, В общенье грубо неподдельном… Вход к вам в квартиры по рублю. Вы все ушли, я ухожу От кущ зеленых благодатных, От строк и звуков богоданных — Иду к другому рубежу. Как дивно на живой крови Сюжет замешан этой драмы… Деревья, скверы, листья, травы — Все шепчет мне: «Еще живи!»

Ах, осень…

Ах, осень — оловянная беда, Как небо над горами нынче хмуро, И дней неразличимых череда Влачится безнадежно и понуро. Ах, осень — ты проклятье для труда. Сажусь за стол, и вязнут ноги в глине, И убегаю в дождик, в никуда, Вдруг оборвав строку на середине. Ах, осень — обнищание дерев, В пустом саду лишь стук тупой капели, Как будто, ветра жалобы презрев, Долины зелень горы оскопили. Ах, осень — оскудение тепла, Под вязью свитеров иззябло тело, И радость златолистая ушла, И все вокруг так грустно опустело. Ах, осень — угасание мечты. Суля попеременно то да это, Среди разъездов, встреч и суеты Зазря прошло стремительное лето. Ах, осень — жизни грустная пора: Я, как медведь на ледяном торосе, Гляжу в свое веселое вчера, А в сердце осень и в природе осень. Ах, осень, что за охлажденье чувств: В родную даль гляжу без ожиданья, Не тщусь, не вожделею, не мечусь, Не прихожу на прежние свиданья. Ах, осень — ты предвестие конца: Конец игре, труду и словопренью. Я в предвкушенье близкого конца Молюсь, и плачу, и учусь смиренью. Ах, осень — осознания рубеж: Коли не здесь, то где, в какой же дали Ты все простишь, все наконец поймешь, Небесной научившися печали.

День стиха

Сегодня день стиха, Был ветер как волна, Он ночью так вздыхал, Что плавала стена. И вот пора вставать — Щека уже суха. Мне б завтрак затевать, Да ладно… День стиха. Гляжу в маханье крон — В иглистые меха. Да будешь ты продлен, Блаженный день стиха. Я лягу на траву, Лицом в подушку мха. Я молча проживу Свой долгий день стиха. Плыву, но не гребу, Водою стала плоть. Ты к своему рабу Будь милосерд, Господь!

Пансионат «Клязьма»

У стеклянных отелей Березы в снегу, Заневестились белые На крутом берегу. Я люблю понедельники, Межсезонье и тишь, Низкорослые ельники, Перестук моих лыж. Здесь лыжни бестолковые Портят снега холсты, Елей в небо суровые Указуют персты. Я люблю понедельники, Межсезонье и тишь, Низкорослые ельники, Перестук своих лыж, Эти кельи прозрачные, Пересохший поток, Дни, на что-то истраченные, Непонятно, на что.

Десять лыжных лет

Мы в феврале справляем десять лет, Как новый свет, открыл я ваш подарок. Февраль был так же горестен и жарок На этой самой белой из планет. Мы лучше были. Господу хвала, Мы и сейчас еще таскаем ноги, Поем, шумим, не будьте слишком строги, Не покидайте нашего стола. Взгляните лучше: за окном метель, Лавины сходят, фюреры болбочут, Но может, нам покуда бой отсрочат, Чтоб забрались мы в теплую постель. Снега над нами, будьте же легки, Как были вы, ошую, одесную. Я славу эту жертвую земную За два прикосновения руки.

Завещание

Одно свое обещанье мы выполним непременно, Плутующие бессчетно обманщики и лгуны… Гляди, как растет упрямо наша мордатая смена, И, как ни хитри, дружище, мы уходить должны. Средь снежного блеска и взглядов, нас греющих все скуднее, Забудем года и даты, плевки, обиды и боль. И все же поверить нужно, хоть верится все труднее, Что мы, как март, преходящи и таем, как снег и соль. Так будьте, последние весны, снежно легки и весомы. Среди объедков и вздохов кончается долгий пир. Мы вам завещаем, дети, разгульные хромосомы И этот донельзя засранный, а все же прекрасный мир.

Помогите ему

Посмотрите, как трудно рождается слово, Как боится, что поздно, что все ни к чему, Что все та же тщета повторяется снова — Вы касаньем руки помогите ему. Вы же видите — жар и напор порастрачен, Будто камни, слова упадают во тьму, Будто каждый порыв на виду одурачен… Вы сиянием глаз помогите ему. Если грустен мой взор, то затем, что он видит На два хода вперед — что куда, что к чему, Видит облик начал в окончательном виде… Вы улыбкой своей помогите ему. А когда пошатнется усталое тело, Все теряя — одежды и слов бахрому, Вы подставьте с плечом вашу юную смелость, Кое-как устоять помогите ему.

Зеленая трава

Зеленая трава — какое чудо. Уходят поколенья и слова, Землей я стану и травой пребуду, Покуда на планете есть трава. Зеленая трава — какое чудо, Мильоны жизней, трепетно легки, Мы вышли из земли, мы все оттуда, Крапивы семя, травы, лепестки… Души и мысли странные причуды, Слеза любви в протянутой горсти… Зеленая трава — какое чудо. Я слышу, нам травою прорасти.

1-56 57 58 59 60 61 62 63 64

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Записки маленького человека эпохи больших свершений (сборник)

Носик Борис Михайлович

Шрифт: