Чтение онлайн

Около кухни мы увидели пленивших наши сердца нимф. И вновь я испытал шок. И вновь холодная молния пронзила мой позвоночник. И жаром пахнуло на меня, как будто бы от костра, на котором черти грели свое адское варево.

Мы подошли к хозяйкам лагеря.

— Здравствуйте, девочки! — непринужденно и весело воскликнул Вадим, а вслед за ним и я с трудом выдавил из себя приветствие.

Девушки удивились нашему появлению, но ничуть не смутились, хотя одеты они были более чем свободно — узкие полоски материи на груди и бедрах с трудом можно было принять за купальники. Тут же состоялось знакомство. Девушек, как уже сообщил нам Арий Михайлович, звали Наташей и Ладой.

Вадим начал с увлечением рассказывать о путешествии на нашем «Пегасе» — оказывается, старая развалина, на которой мы приехали сюда, называлась «Пегас». Слова, произносимые Вадимом, доносились до меня откуда-то издалека и с трудом пробивались в мое сознание. Оглушенный, я не совсем понимал, что происходит. В смущении я сначала боялся поднять глаза, но потом уже не мог оторвать их от очаровательных фей, пока не понял, что смотрю, собственно говоря, лишь на одну из них и, чем дольше смотрю, тем больше пьянею. Она была умопомрачительно красива. Темные волосы и голубые глаза, классически правильные черты лица — выражение того удивительного совершенства, которое дает смешение славянского типа с восточным, греческим и армянским. Для ее облика и манеры держаться была характерна мягкость и деликатность, особая изысканная утонченность, за которой скрывалось, однако, нечто неподвластное рассудку, дразнящее, вакхическое. Конечно же Наташа не могла не заметить тех восторженных взглядов, которые я бросал на нее, и, видимо, чтобы не травмировать меня, избегала обращаться ко мне и разговаривала в основном с Вадимом, что и явилось главной причиной сразу же возникших роковых недоразумений в отношениях между нами троими.

Девушки усадили нас за длинный деревянный стол и напоили чаем из самовара. Вадим начал читать свои стихи. Он был в ударе. Голос его звучал то бархатисто-мелодично, то с хрипотцой, выражавшей высшую степень возбуждения. Девушки, как и следовало ожидать, были очарованы им.

Время между тем приближалось к шести часам. Наташа и Лада охотно согласились сопровождать нас на остров, предупредив, что опаздывать ни в коем случае нельзя, поскольку Арий Михайлович очень капризен.

Вадим возмутился:

Это, что же, и вся его работа — раз в неделю перевезти кого-нибудь на остров?

.— Да, — ответила Наташа.

— Но деньги кто-то ему платит?

— У нас он оформлен на полставки. Говорят, служит еще в каком-то секретном ведомстве. А может быть, это просто пустые разговоры.

— Вам-то он зачем нужен?

— Как же! Мы ведь ведем раскопки на острове.

— Ну, так приобрели бы лодку и ездили бы сами на остров когда вздумается, без всякого расписания.

— Константин считает, что удобнее пользоваться услугами Ария Михайловича.

— Ерунда какая-то. И что за секретное ведомство может иметь тут свои интересы? Хотя... Постойте! Неопознанные летающие объекты! Может быть, это военные их запускают?

— Военные тут ни при чем, — ответила Наташа, но развивать свою мысль дальше не стала.

Мы подошли к пристани. Арий Михайлович сидел в лодке и уже потирал ладони.

— Все в сборе, — заявил он, — вот и хорошо. Можно отправляться.

Как-то так само собой получилось, что мы сели с Наташей рядом на заднее сиденье. А поскольку это сиденье было самым узким, наши бедра оказались тесно прижатыми друг к другу, однако теснее, чем к этому побуждала нас узость пространства. Вадим и Лада сидели напротив нас. Наташа разговаривала с ними, как ни в чем не бывало, а у меня все плыло перед глазами. Я почти не вникал в разговор, впервые в жизни полностью погрузившись в мир физических ощущений. Прикосновение упругого тела Наташи вызывало у меня целую гамму сладостных чувств. В какой-то момент лодка неожиданно резко покачнулась — мне показалось, что Арий Михайлович сделал это умышленно, — и тогда Наташа инстинктивно обняла меня, прикоснувшись своей грудью, а моя рука, оказавшаяся у нее на бедре, ощутила его упоительную упругость. Сквозь тонкую ткань платья я почувствовал волнующее тепло ее безукоризненно гладкого тела. И приступ острого блаженства испытал я в этот миг.

Нет сомнений, что Арий Михайлович качнул лодку умышленно. Он видел меня насквозь. Ему словно доставляло удовольствие наблюдать, как омут искушения все глубже и глубже засасывает меня. А Наташа? Когда качнулась лодка, она лишь вскрикнула: «Ой!», а затем весело рассмеялась и продолжала невозмутимо беседовать с Ладой и Вадимом, как будто бы меня и не было рядом.

Но вот мы причалили к острову. Там была такая же пристань, как и на «материке»: три доски на деревянных сваях. Вадим первым взобрался на пристань. Он протянул руки нашим спутницам, и тут вновь меня ждало испытание — Наташа, пытаясь выбраться из лодки, высоко подняла ногу, платье взбилось вверх, и моим взорам во всей красе предстали ее ослепительные округлости. Арий Михайлович взглянул на меня и только крякнул.

Когда мы все оказались на берегу, перевозчик махнул нам рукой и тоном, не терпящим возражений, отчеканил:

— В восемь тридцать быть на пристани! Без опозданий!

Остров, на который мы вступили, производил загадочное впечатление. Фантастическое зрелище представляли растущие на берегу березы — изогнутые, перекрученные. В принципе здесь не должно было быть сильных ветров, которые могли бы таким образом искорежить их. Видимо, это было связано с внутренней энергетикой острова. На корявых ветвях берез размещалось бесчисленное множество огромных черных гнезд. Воронье тучами носилось над островом, и немолчное карканье раздавалось над ним.

— Необычный остров, — сказала Наташа. — Его растительный мир уникален. Вон, посмотрите, гигантский папоротник! Где вы еще увидите такое в наших широтах! Некоторые растения здесь обладают удивительными целебными свойствами.

По узкой, чуть заметной тропинке мы поднялись на вершину невысокой плоской горы, которая, однако, возвышалась над всем островом. Имевший форму вытянутой подковы, он полностью просматривался отсюда. С вершины горы были видны на «материке» вагончики археологического лагеря и пристань Ария Михайловича.

— Вот мы и пришли на святилище, — сказала Наташа.

Я недоуменно оглянулся вокруг: лысая вершина горы и груды хаотически разбросанных камней.

— Ни за что не догадаться, да? — спросила Наташа и звонко рассмеялась. — Это святилище было обнаружено во время съемок со спутника.

Наташа вынула из своей сумки фотографии и показала нам.

— Вот так все это выглядит из космоса!

На снимках были видны озеро, остров в форме подковы, вершина горы, на которой мы находились. То, что нам представлялось хаотическим нагромождением камней, на фотографиях приобретало четкие очертания спиралевидного лабиринта.

— Ариерон, — сказал Вадим, — ведь это святилище Ария?

— Совершенно верно, — подтвердила Наташа. — Одна из ветвей арийского племени пришла сюда с Южного Урала и основала здесь удивительную цивилизацию. Она принесла с собой и культ своего предка Ария. Константин полагает, что ему удалось расшифровать найденные здесь надписи на керамике.

— О чем же повествуется в них?

— Так же как и микенские, они в основном хозяйственного содержания. Но есть одна поразительная особенность — найдены надписи с астрономическими наблюдениями. Константин убежден в том, что это городище было не только святилищем, но и древней астрономической обсерваторией. Видите гору на «материке»? На ней также навалена груда камней. Если отсюда провести туда прямую линию и продолжить ее, то она окажется строго ориентированной на центр Галактики. Вряд ли это случайное совпадение, потому что и другие ориентиры на острове и «материке», как доказал Константин, связаны с астрономическими наблюдениями. Кстати говоря, место, где мы сейчас находимся, есть не что иное, как «омфалос», «пуп», центр Земли.

— Такие «пупы», — заметил Вадим, — согласно древним поверьям, существовали и в других местах, например в Дельфах.

— Верно. Ариеронская цивилизация имеет сходство с микенской. Прямые аналогии можно найти в керамике, каменных статуэтках, изделиях из бронзы. Вот, глядите!

Наташа подняла с земли керамический осколок.

— Видите изображение свастики? Знак племени ариев. Свастика нередко встречается и на микенской керамике, и в греческой архаике. И дело тут не только во внешнем сходстве. Между двумя цивилизациями существовали прямые связи. Вы, конечно, слышали о гипербореях. Так вот, гипербореи жили здесь. Да, да, именно здесь родился белокурый Аполлон. Здесь укрывалась от гнева Геры его мать Латона. Отсюда священные процессии с дарами направлялись на остров Делос, в храм Аполлона. В Дельфах, в другом святилище Аполлона, действительно находился «пуп» Земли, но его происхождение вторично. И вот что интересно. Возникновение религиозных центров в том или ином месте никогда не бывает случайным. Это связано с энергетикой Космоса и Земли. По мнению Константина, такие центры появляются в местах выхода энергетических каналов, то есть в шамбалах. Однако в силу непонятных для нас причин шамбалы могут угасать. Тогда приходят в запустение святилища и умирают цивилизации. Это случилось в Дельфах, когда оракул объявил о смерти Пана, вселенского бога Природы. Энергетический источник там иссяк, а здесь, как видите, бьет через край.