Чтение онлайн

Игумен Тихон (Шевкунов) откликнулся на события в соседнем храме статьей в газете "Радонеж": "Этот Вавилон лжи должен быть разрушен!". Примерно так же объективно, таким же языком писала газета "Правда" об убийцах в белых халатах в на-, чале 1953 года. Нет нужды напоминать судьбу Вавилона тем, кто ¦ знаком с Библией: "Вавилон будет грудою развалин, жилищем \ шакалов, ужасом и посмеянием, без жителей" (Иер. 51, 37). Пресловутое большевистское "до основанья" — детский лепет на лу-! жайке для о. игумена. Жилище шакалов, без жителей — только \ такая судьба уготована гнусной кочетковской общине, на мень-\ шее православный монах не согласен.

Всякому ясно: надругательство над о. Михаилом или любым иным священником не может остаться безнаказанным, будь эн хоть сто раз сам во всем виноват. Но когда о. Михаил бесчин-гвовал в алтаре, "пытался посмотреть, где бы ему выйти", настоятель был обязан немедленно прекратить богослужение, отправить прихожан по домам и написать рапорт правящему архиерею, . не вызывать милицию и психовозку, тем и другим в церкви девать нечего.

209 подписантов засвидетельствовали только, что они — духовные дети красно-коричневых, и не случайно красные знаме-*а, повязки со свастикой и монашеские клобуки постоянно в од-*их и тех же колоннах перемешаны. И язык и методы убеждения них у всех одни. По церковным канонам "исторгать властным РМановением" можно лишь после тщательного расследования

228

229и суда: "Судит ли закон наш человека, если прежде не выслушают его и не узнают, что он делает?" (Ин. 7, 51). Это общеизвестно, это азы Священного Писания и церковного судопроизводства. Всем 209, многим за сотни верст от Москвы, кто краем уха слышал нечто о происшедшем, все просто, ясно и понятно без всякого расследования и до всякого суда. "Согласно церковным правилам вселенского значения, — писали соловецкие епископы-исповедники в 1927 году, — необходимо личное присутствие обвиняемых на суде". "Всякий суд предполагает судебное следствие". Зато "красным попам" — обновленцам и чекистам-гэпэушникам все всегда было ясно до всякого суда и следствия2. Они "исторгали властным мановением" из Церкви и Патриарха Тихона, и еписко-•пов, удалившихся с эмигрантами за границу.

Своим указом от 1 июля Патриарх Алексий II запретил о. Георгия в священнослужении до суда, а о. Михаил как ни в чем ни бывало служит.

К вопросу о партийной принадлежности апостола Павла

После каждой статьи, после каждой конференции и особенно после драки в алтаре и потока патетических соболезнований "доброму воину Христову о. Михаилу Дубовицкому", который "находился в реанимации на грани жизни и смерти", когда наши новые православные возопили, что "происшедшая трагедия прямо или косвенно затрагивает все российское общество", я все тверже убеждался, что все, кому дороги судьбы православия, ОБЯЗАНЫ ИГНОРИРОВАТЬ "столкновение двух подходов". Трудно сказать, какая партия более глубоко и творчески усвоила сергианскую доктрину, что Церковь необходимо спасать ложью. Вожди "либералов" не просто молчат о сергианской сущности нынешней Московской Патриархии, о том, что она — уникальный заповедник эсэсэсэровской государственности, они постоянно словом и делом защищают сергианство. Вся их полемика пагубна для Церкви, ибо создает иллюзию возможности свободного и честного обсуждения у нас жизни Церкви.

Проблемы, о которых говорили на симпозиумах и конференциях, возникли не вчера. Подлинным основоположником наших "прогрессистов" является не о. Георгий Кочетков, не о. Александр Борисов, а митрополит Никодим (Ротов). Почти все, что

230

Ьделает сегодня о. Георгий в своем приходе, Никодим много лет делал во всей своей епархии. И никто, кстати, из нынешних 209 •-подписантов не вопиял тогда, что "жестокое зло неудержимым [потоком растечется по лицу земли Русской". Очень смирно все Iсидели.

Тридцать лет назад в Московской Патриархии было два кандидата на высокий Патриарший Престол — "либерал" митро-

¦ полит Никодим и "консерватор" митрополит Пимен. Именно очень прогрессивный Никодим решительно реформировал От-

! дел внешних церковных сношений, фактически создал его заново, и превратил ОВЦС, как записано в официальном документе Комиссии Верховного Совета России, "в скрытый центр агентуры КГБ среди верующих". ОВЦС стал таким же филиалом КГБ, как и Совет по делам религий, только в одном трудились чекисты в рясах, а в другом — в штатском. Митрополит Никодим был великим экуменистом, он развернул всю Московскую Патриархию в сторону "открытости", "диалога" и "тесных экуменических контактов" не только с Ватиканом, но и с многочисленными протестантскими организациями. Совместно с другими "заинтересованными органами", в первую очередь, естественно, КГБ и Идеологическим отделом ЦК КПСС, Никодим разработал и осуществил программу вступления Московской Патриархии в так называемые международные религиозные центры, которые дали великолепную церковную "крышу" агентам в любом наряде. Никто в

' XX веке не скомпрометировал идею обновления и реформы Церкви так безнадежно, как обновленцы; никто не навредил подлинному экуменизму так сильно, как самый прогрессивный экуменист митрополит Никодим.

Представим себе, что в 1971 году КГБ предложил, а ЦК КПСС утвердил на должность Святейшего Патриарха Московского и всея Руси не "консерватора" Пимена, а "либерала" Никодима, и Совет по делам религий рекомендовал бы Поместному Собору единогласно "избрать" именно этого архиерея. Нашим

шбералам" было бы просто не о чем спорить сегодня, но рефор-ш Никодима не излечили бы, а только усугубили наши недуги. |Никодим был более ортодоксальным, более последовательным сергианцем, чем сам митрополит Сергий (Страгородский). Он обладал талантом удивительно успешно морочить головы "прог-ссивным религиозным деятелям"" всего мира, всех конфессий [ деноминаций. Пожалуй, только в этом его преимущество перед

Ючевидцы

231"консерватором" Пименом, более надежный винтик, более шустрое колесико в машине агитпропа.

Очень боюсь обидеть своих собратьев — "наиболее активную часть клириков и мирян", но я убежден, что в Церкви никогда не было и никогда не будет разделения на "левых" и "правых", на "либералов" и "консерваторов". Это искаженное видение жизни Церкви глазами политически ангажированных людей, проекция одномерной социально-экономической модели мира на церковную жизнь. Апостол Павел не был "либералом", апостол Петр не был "консерватором". Четкое деление всех священнослужителей на "левых" и "правых" всегда существовало только на Лубянке, только "красные попы" обновленцы знали, что священномуче-ники'митрополит Вениамин (Казанский)3, митрополит Кирилл (Смирнов)"1, митрополит Петр (Полянский)3, митрополит Иосиф (Петровых) — "правые", только они понимали значение термина "контрреволюционная тихоновщина". Православному христианину нелепо и дико причислять к какой-либо политической партии или группировке Христа, пусть этим занимаются К. Каутский и все прочие марксисты, которым "Капитал" и солнце, и мир, и Бога заслонил.

Подлинное разделение в Церкви проходит между теми, кто верует и исповедует, что христианство и свобода нераздельно связаны между собой, что одно без другого существовать не может, перестает быть тем, что оно есть, и теми, кто неразрывную связь между христианством и свободой отвергает и осознавать не желает. Приняв такой постулат, мы перестанем удивляться, почему многие священнослужители, искренне ратующие за нравственное возрождение Отечества, поддержали бунт красно-коричневых, а потом призывали нас голосовать за коммунистов и их лидера, почему они так легко находят общий язык с красно-коричневыми, когда обсуждается закон о свободе совести: у них всех одинаковое в своей основе представление о свободе. Христианство для них — сумма разрешающих и запрещающих предписаний, правила внутреннего распорядка, какие в любом исправительном заведении на видном месте висят. Они — маленькие Великие Инквизиторы. Оттого многим из нас большинство решений подлинно свободного Поместного Собора 1917 года поперек горла: нельзя доверять общине выбирать священника, разве вы-соколобые кочетковцы о. Михаила выберут? Епархия не должна епископа выбирать: кто изберет митрополита, о котором в слух

232

всего мира сказано и повторено его собратом, что он — офицер КГБ и АТЕИСТ? Ни в коем случае нельзя избирать Патриарха по жребию, как постановил Собор 1917 года, нельзя же, когда не совпадет с выбором Священного Синода.

Лицемерие, сервилизм и полное равнодушие к судьбам религии

Общепринято именовать общину о. Георгия Кочеткова обновленцами, насколько я знаю, никто против этого имени не возражает. Но очень важно понять, что ошибочное употребление имени искажает всю историю Православной Российской Церкви XX века. Обновлением самых разных сторон жизни Церкви и Богослужения занимались все епархиальные архиереи в начале века. Потом занималось Предсоборное Присутствие, занимался Поместный Собор 1917—1918 годов. Вряд ли кто-либо дерзнет назвать "обновленцами" участников Собора. Отличительной чертой всех обновленческих толков было стремление сблизиться с большевистским режимом, пойти к нему в услужение, наняться в лакеи к новым господам. Поэтому православные люди звали их "красными попами". С того памятного дня, когда митрополит Сергий заявил: "Мы с нашим народом и с нашим правительством", — мы все пребывали в услужении у советской власти. Чекисты мечтали сделать нас рабами, а мы стали их лакеями сентябрьской ночью 1943 года.