ЖАНРЫ

Записки ведуна. Утопленник Васька и другие истории
Шрифт:

– Вам, вам говорю, - смотрю так на них с прищуром. – Вижу я вас прекрасно. И слышу тоже. Не пойду я к вам, не надейтесь.

И, пока они в себя приходили от неожиданности, я развернулся и дальше пошёл. Думал - всё, отстанут теперь.

Как бы не так.

Минуты не прошло – догнали, и давай наперебив смеяться и заманивать.

– А ты на нас получше погляди, молодец!
– Бегут впереди меня, оглядываются. – Не рассмотрел, поди? Любую выбирай, а хочешь всех сразу бери!

Тьфу ты, нечисть! Шустрые девки. Таким палец в рот не клади.

– Некогда мне с вами, - отвечаю. – Мне тут многое еще посмотреть нужно.

– А что поглядеть хочешь, ведун? Мы тут всё знаем! – Смеются.

Остановился я, сказал им, что в брошюрке прочесть успел да что интересным показалось. Навки так собрались стайкой, призадумались, потом самая старшая из них выдала:

– К камню сходи и на берег. А остальное пустое всё. Хочешь, проводим тебя?

Я подумал, расклад прикинул. Неспроста это всё, затеяли они что-то.

– А вам-то что за выгода со мной ходить? – спрашиваю. – Сманить к себе хотите?

Навка головой покачала, косу потеребила.

– Скучно нам, - отвечает.
– Только ты нас и видишь. Неужто против будешь с нами поговорить?

Усмехнулся я про себя, ладно, думаю. Всё равно ведь не отстанут теперь, пусть уж идут рядом. Да и мне веселей.

Обрадовались они, засмеялись весело.

– Мы тебя на дороге ждать будем, – руками помахали и по своим тропам убежали. Им-то что, напрямки через лес да болото. А мне через поселок на нужную дорогу выходить.

Иду себе потихоньку, торопиться некуда, попутно посёлок осматриваю, магазины примечаю, лавки сувенирные. Не с пустыми же руками домой ехать.

Вышел на нужную дорогу, долго один шёл – не навьи эти места были – слишком открыто всё, людей много. Навки меня дальше ждали. Весело с ними идти оказалось. То ягодники раскинут, то на куст какой, лишайниками изукрашенный, внимание обратят, то ручей-речку с чистой, солнечной водой под ноги бросят, то озеро русалье с мёртвой водой покажут. И видно, что нравится им это, давно ни с кем по-человечьи не общались. Иду, ягоды ем, водой из реки запиваю, с навками беседую. А всё же видно – хоть и навьи места, а не хватает лесу хозяйской руки. Девчонки-то живут тут только да играют.

– А леший-то где у вас?
– спрашиваю. – Что за лесом не глядит?

Посмурнели, заскучали сразу.

– Уснул, - отвечают.
– Да пойдём дальше, сам увидишь.

И правда, увидел. Спит себе на взгорке, почти полностью одеревенел, не дозваться – не добудиться толком. Древний очень. И огромный. Преемника дождётся и совсем уснёт.

Не стал я его тревожить, дальше пошел. Тут уже и народ попадаться стал: как-никак – туристическая точка, только далеко от посёлка. Не все сюда доходят.

Пока я туристом ходил, смотрел да кое-какую работу делал, навки в лесу народ гоняли: слышно было, как бабы повизгивали, когда им то мерещилось что-то, то ветки их цепляли, а то и голоса чудились.

Удовлетворился я сделанным и назад направился. Отошёл от людей подальше и навки тут как тут. Довольные, наелись эмоций женских, и опять их на меня потянуло. То просто зубы скалили, а теперь выспрашивать принялись, какая больше нравится да дразниться нагло.

– А ты так на нас погляди! Неужто не хороши?

И давай передо мной рубахи выше пояса задирать и вертеться то передом, то задом. А под рубахами они голышом: ножки стройные, животики плоские, попки круглые… А им мало, давай нагибаться, чтобы разглядел получше.

Вот ведь, заразы! Были бы живыми, завалил бы в кусты! На всех бы меня не хватило, но двух-трёх я бы…

А они моментом мой настрой почуяли, окружили прямо на дороге и давай ластиться. То одна прижмётся, то другая голову на плечо положит, вздыхая, то третья в глаза заглядывает ласково… И прижимаются то грудью, то бёдрами, то и всем телом льнут, в ухо мурлыкая. Прогнать - руки с языком отказываются. И отшучиваться уже не могу, потому как чую – действуют на меня, заразы. Хоть и понимаю, что нечисть, а ведь манят… Одну приобнял, вторую погладил… Талии тонкие, грудки-яблочки, тела упругие, прохладные, кожа гладкая, приятно… А девки хихикают, ветерком теплым, как дыханием, щекочут, шею целуют, руками ласкают…

Сдался я. Додразнили. Не могу дальше идти.

– Вы ж бестелесные, - растерянно отвечаю. – Как же с вами…

А ты не беспокойся, мы можем… - вмиг старшая рядом оказалась, руками за шею обхватила, да и запрыгнула сверху, ногами обняв.

Голову мне закружило, под ладонями тело женское чую, только не человечье тёплое, а холодное, навкино. И не хуже ничуть, чем с живой бабой. А навка и так на мне, и этак покрутилась, а под конец зад подставила чисто кошка.

Стою посреди дороги, навку постанывающую пользую, балдею, пофиг на всё. Остальные девки в круг собрались, млеют, своей очереди ждут… Ну, думаю, чего, дурак, отказывался? Это ж повезло мне на такую толпу девок. Это ж с ними хоть целый день можно, и крути как хочешь – весу-то всего ничего…

И тут чувствую вдруг – начинает она из меня потихоньку силу вытягивать да подружкам своим отдавать. Так не просто кончишь, так и концы совсем отдашь! Ах ты, сукина дочь, лешего внучка! Это не я их, это они меня пользуют, как хотят! Нашли себе игрушку! Зло меня взяло, я навку от себя отшвырнул, обматерил их всех, привел себя в порядок и в посёлок пошёл. Ну, думаю, засранки, я к ним со всей душой, а они воспользоваться решили! И самому досадно: я бы куда больше им дал, по-хорошему-то, чем украдкой взять попытались. На всех бы им хватило…

Иду себе, злой как чёрт, матерюсь под нос – хорошо, дорога пустая. А они подсобрались, догнали.

– Неужто не угодили чем? – как ни в чём не бывало спрашивают. – Так ты нам покажи, как тебе любо…

Ах вы, бесово отродье!

Огляделся я, поднял ветку подходящую, замахнулся с плеча да, как кнутом, этой веткой по навкиным задницам и всыпал. Всех достал. Завизжали они, заойкали.

– А ну пошли прочь, пока не поубивал, к чертям, всех!

Сдуло их как ветром, только уж на подходе к поселку старшая показалась.

– Ведун, а ведун… - жалобно так позвала, а сама осторожно из-за дерева выглядывает да на ветку в моей руке косится.

Неймётся же, заразе.

– Я неясно что-то сказал? – рыкнул зло.

– Сестрицу освободи, а?

Помнил я сестрицу это: в лесу на краю поселка видал. Злая, мечется на одном месте, на всех кидается. Я даже и подходить не стал, удивился только, что она тут забыла да рявкнул немного, когда она меня руками достать попыталась. Освободи им такое чудо, а потом по всему посёлку проблем не оберёшься.

Поделиться с друзьями: