Чтение онлайн

— Во-о-от, уже лучше, — протянул довольно Глеб, погладив её волосы, словно явившегося с повинной нашкодившего котёнка. — Уже более искренне. Теперь я вижу, что Сашка для тебя не пустое место. Жаль, что такое не прощается, но ради сына… я подумаю. Всё зависит от твоего поведения. — Протянул руку, помогая подняться, на что Юля сжалась, втянув голову в плечи. — Как знаешь, — спрятал сжавшиеся кулаки в карманах брюк и нетерпеливо повел головой, сбрасывая с затылка пульсирующую боль. — Только Юль, никакой самодеятельности. Я. Ясно. Выражаюсь?

Куда уж яснее.

Так и осталась стоять посреди прихожей, тупо уставившись в одну точку. Даже когда за спиной хлопнула входная дверь и послышался звук взревевшего двигателя, не шелохнулась, продолжая заниматься самобичеванием.

Поспешила она с Валом. Не нужно было действовать с горяча. Стоило сначала обратиться к юристу, получить консультацию, заняться подготовкой необходимых документов, а уже потом свалиться на голову снежным комом, не оставив путей к отступлению.

Знала, что будет тяжело. Что этим всем и закончиться, поэтому и не торопилась открывать карты. Никто бы не дал ей свободы и не важно, переспала бы она с Валом или нет. Глеб не тот мужчина, который с легкостью отдаст свое, а она… она не настолько сильная и смелая, чтобы ввязываться во всю эту волокиту, ставя на кон счастливое детство сына.

Заторможено поднявшись на второй этаж, сначала заглянула к Саше, и не став будить, простояла у его кровати некоторое время, давясь глухими рыданиями. Пускай спит, никто на этой неделе не пойдет в садик. Слишком глубоко потрясение, чтобы появляться там с фальшивой улыбкой.

Потом сорвала с себя ненавистную одежду, опустилась в наполненную горячей водой ванную, и прижав ладони к лицу, взвыла протяжным, пробирающим до дрожи воем, оплакивая не только вчерашнее, но так и не наступившее завтра.

— Дударев, ну что ты как девка на выданье: сидишь, жмешься? — прицепился деловой партнер, участливо сжав плечо мужчины ладонью. — Тридцать восемь — это не шестьдесят, и даже не полтос. Чего пригорюнился?

Второй рукой Зейналов протянул Валу наполненную доверху рюмку, и тому не оставалось ничего другого, как ответить на прозвучавший до этого тост, залпом осушив приторно-янтарный напиток.

Окинув сидящих за столом друзей, потянулся за тонким ломтиком лимона, неспешно положил его на язык и с наслаждением прикрыл глаза, улавливая вкусовыми рецепторами отрезвляющую кислоту. Лучше так, чем застрявшая поперек горла изжога, от которой не мог избавиться третий день к ряду.

— Я не жмусь, — подставил рюмку под очередную порцию, подмигивая девчонкам, — просто задумался.

— А ты разве не знал, что думать вредно, особенно сегодня? — подключился к Серёге Ростислав, университетский друг и по совместительству экономист элеватора. — Суббота, как-никак, можно жрать, сколько душе угодно. Кстати, я тут прикинул, а давайте потом нагрянем в «Приват»? Что скажите?

— Отличная идея! — воскликнул Зейналов, потирая руки. — Я Анжелку лет сто не видел, вот это мы оторвемся, — протянул мечтательно, сорвав с губ присутствующих дружный хохот.

Да, у Анжелы, или как она любила себя называть, Анжелики, было на что посмотреть. Одни сиськи да пластика чего только стоили, не говоря уже о завораживающей улыбке и весьма глубокой «душевной организации».

— "Приват", так "Приват", — согласился Вал, не собираясь в эту ночь унывать. Да и сколько можно? Не смотря на бурную молодость и не менее фееричную зрелость, никогда не играл в двойные игры. Понравилась девушка — развёл на секс. И всегда предупреждал, чего ожидать от проведенной с ним ночи — это мог быть как разовый контакт, так и с повторами. Но не в его правилах было давать ложные обещания и водить за нос. Разонравилась — кивок в сторону двери и всего хорошего. Но чтобы вот так, как Юля — самой прийти, причем дважды, а потом игнорировать, будто ничего не было? М-дааа, тут было отчего пригрузиться, тем более, что в последний раз он не требовал и не давил на неё, подгоняя поскорее уйти от мужа.

Еб*нуться, да он даже был готов на мимолетные встречи без какой-либо близости, на скупые и такие редкие сообщения, но лишь бы знать, что у неё всё хорошо. Просил же по-нормальному: звони, пиши. Нееет, там легкий путей не искали. Шли самыми сложными, непроходимыми. Окей. Скатертью дорожка, как говорится.

Кто знает, возможно, Осинской не хватало именно таких эмоций: чтобы с адреналином, по лезвию ножа. Когда и хочется, и колется. Когда само понятие «измена» настолько будоражит воображение и зажигает кровь, что напрочь отключает тормоза. Вдруг она именно такая? Он же нихрена о ней не знал! Может, после секса с ним, её жизнь приобрела другой оттенок? Стала более насыщенной, раскрепощенной. А что? Всё может быть. Зарядилась эмоциями и вперёд к мужу в серые будни. Помыкается с ним, поскучает, и опять к Валу за поутихшим адреналином.

Ни за что не поверит, будто у неё не нашлось времени написать сообщение. Человек, каким бы занятым не был, и как бы ни боялся попасться с поличным, всё равно нашел бы минутку для такого дела, тем более, что муженек-то в командировке. Какие вообще проблемы?

Правда, сколько не пытался придраться к Юле, выставляя её в невыгодном свете, а всё равно было не по себе. Ну не могла его интуиция сыграть с ним настолько жестко. Просто не могла. Поэтому, наплевав на последствия, позвонил сам. Будь что будет. Неизвестность убивала хуже раковых клеток и жить в таком состоянии раздражало больше всего.

Но когда вместо ожидаемых гудков его ушей коснулась оглушающая тишина — тогда и понял, что это не он трахал — это его вы*бали. Умело. Профессионально. Можно сказать, со вкусом.

И такое, с*ка, чувство противное разлилось на языке, что ни один лимон не сможет его перебить. Ни одна Анжелика не справится. Сколько не перебирал воспоминания, в надежде отыскать хоть какой-то намек на проявление чувств — так и не смог припомнить. Он готов был набраться терпения и выждать тот нужный момент, когда любимая женщина поверит в него настолько, что храбро уйдет из семьи, выбрав его любовь. Но с умом ждать. С обратной связью. Когда не исчезают на несколько дней без единого слова. И если Осинская думала, что будет приходить к нему раз в квартал, спариваться, а потом исчезать на несколько месяцев, ожидая следующей командировки своего благоверного, то она глубоко заблуждалась.

Откинувшись на спинку дивана, раскинул по его повехности руки и, прикрыв глаза, постарался расслабиться, прислушиваясь в пол-уха к царившей за столом атмосфере. Ростик заливал сразу к двум блондинкам, не зная, на которой именно остановить свой выбор. Любвеобильный Серёга травил анекдоты, прихватив с собой длинноногую брюнетку с пухлыми губами. Кто-то на заднем фоне, скорее всего, Артур, уламывал жену отпустить его с друзьями в стриптиз-клуб, на что в ответ слышалось одно змеиное шипение. Бедняга. Женился — теперь пускай пожинает плоды. Тут придется чем-то жертвовать.