Чтение онлайн

Раздался резкий вздох.

– Я не хочу с тобой разговаривать, - пролепетала она.

– Это хорошо, потому что я тоже не хочу с тобой разговаривать. Но предупреждаю тебя в первый и последний раз, ты больше никогда не посмеешь звонить Герману посреди ночи, пытаясь заманить его к себе крокодильими слезами.

– Это не твое дело, - в голосе звучала ненависть.

– Это стало моим делом, когда ты начала говорить обо мне гадости.

– Ты долго не протянешь. Я единственная женщина в его жизни.

– Рада за тебя.

– Ты даже не знаешь его. Ты думаешь, что знаешь, но это не так. Не-а. А я знаю.

Стрела попала в цель. Я несколько секунд смотрела на Германа прежде, чем сказала:

– Может, ты и права. Но я знаю, как он выглядит, когда кончает. А ты?
– я внутренне улыбнулся ее шипению.
– Не делай больше такого дерьма, - с этими словами я закончила разговор и бросила телефон обратно Герману. Прежде чем он успел сказать хоть слово, я повернулась и пошла обратно в спальню.

Я была достаточно зла, чтобы собрать все вещи и уйти. Я люблю побыть одна, когда я в ярости. Но это бы дало Лике повод для злорадства. Ей бы наверняка понравилось услышать, что из-за ее звонка произошел скандал. Поэтому вместо этого я рухнула на кровать. Улегшись на живот, я обняла подушку и закрыла глаза.

Пока я лежала и желала Лике всевозможных болезней, недостатков и худшего похмелья в жизни, мне пришло в голову, что ее звонок Герману с гадостями обо мне немного похож на речь Коли, который туманно намекал на грехи Германа. Но Коля не пытался ни на кого меня натравить и даже заявил, что отчасти рад появлению Германа в моей жизни. Коля заботился обо мне в то время как Лика просто вела себя как стерва.

Герман забрался на кровать и навис надо мной.

– Злишься?

– Давай посмотрим... Представь, что ты проснулся и понял, что я оставила тебя в постели, чтобы ответить на звонок Коли, который пытался заманить меня к себе, а потом наговорил гадостей о тебе, когда я отказалась ехать. Как бы ты себя чувствовал, интересно?

Герман поцеловал меня в лоб.

– Я ушел только потому, что не хотел тебя будить. Лика не умеет себя вести, когда напьется. Она либо плачет, либо ведет себя, как сука. Сегодня было и то, и другое. Завтра она сделает то, что всегда делает на следующий день после того, как облажалась, - явится, убитая горем, и извинится.

Я хмыкнула.

– Может, тебе будет интересно послушать лживые извинения, но мне - нет.

– Она не плохой человек, она просто...
– он вздохнул.
– Она так и не смогла пережить смерть брата.

– Того, который покончил с собой?

Наступила долгая минута молчания.

– Да.

– Как его звали?
– спросила я.

Я не смотрела на него, думая, что ему будет легче говорить об этом, если не будет зрительного контакта.

Герман опустил свое тело на мое, опираясь на локти и укладывая на меня большую часть своего веса.

– Лев.

– Почему он это сделал?

– У него была депрессия. Кто-то...
– Герман отодвинул мои волосы и нежно поцеловал.
– Кто-то, кто, как он думал, любил его... не любил его на самом деле. Ему причиняли боль. Он не смог принять этого.

– И этот человек причинил боль и тебе?

– Нет. Но она меня разозлила.

– Ты встречался с ней, когда был подростком?

Его зубы легко прикусили кожу на моей шее.

– Да.

– Так она играла с вами обоими или…?

– Или…

Я вздохнула, раздражаясь.

– Почему ты должен быть таким загадочным?

Он потерся своей щекой о мою.

– Говоря об этом, я захожу на запретную территорию. А я не хочу идти туда прямо сейчас.

– Хорошо. Давай не будем, - на сегодня действительно хватит.

Герман перевернул меня на спину и стал целовать. Прикасался ко мне, доводя до дикого возбуждения. И только тогда, когда я стала мокрой, он вошел в меня.

Его глаза прищурились.

– Просто для ясности... Если Коля когда-нибудь позвонит тебе посреди ночи и устроит что-то подобное, я сломаю ему ребра. Я храню то, что принадлежит мне. Я не отдам тебя ни ему, ни кому-либо еще.

Каждый толчок был мучительно медленным и удивительно глубоким. И только когда я взорвалась, он ускорил темп и стал вбиваться в меня все сильнее и сильнее. А потом я кончила снова, и он сорвался прямо за мной.

Скатившись с меня, он положил ладонь мне на живот и сказал:

– Лежи. Я хочу, чтобы часть меня оставалась внутри тебя, пока ты спишь.

– Ни в коем случае, - как только я почувствую свои ноги, сразу пойду в ванную. Но нежные пальцы убрали мои волосы с лица, а мягкий рот зашептал мне на ухо что-то ласковое, и я почувствовала, как падаю в объятия крепкого сна…

Колокольчик над моей головой звякнул, когда я переступила порог пекарни на следующее утро. Аппетитные ароматы выпечки, свежего хлеба и специй окутывали с ног до головы, но не успокаивали. Не тогда, когда мне предстояла встреча с одним человеком, который ждал меня за столиком в углу.

Его охватило облегчение, когда он увидел меня. Наверное, думал, что я не приду, учитывая, что я опоздала на десять минут. Естественно, я не была так уж рада его видеть. В лучшем случае Литвинов был занудой. В худшем - жутким сталкером. При любом раскладе я не хотела бы находиться рядом с ним.

Тем не менее я немного поболтала с продавцом, пока выбирала кофе и кекс на кассе. Затем я направилась к столику. Вежливо улыбнувшись, Литвинов встал, когда я подошла ближе.

– Доброе утро. Я уже начал думал, что вы не придете.

– Извините, немного не рассчитала время, - сказала я, садясь на стул напротив него. Некоторое время мы просто смотрели друг на друга. В пекарне было довольно тихо, Вокруг нас болтали редкие посетители.

– Я рад, что вы пришли, - наконец начал он.

Жесткая бумага рвалась потрескивала, когда я отдирала ее от кекса.

– Вы не будете ничего есть?

– Нет, - он похлопал себя по слегка округлившемуся животу.
– Мне нужно следить за фигурой, - ну, а я не собиралась следить за своей - кексы и пирожные, по моему скромному мнению, очень полезны для души.

Соединив руки, словно в молитве, он наклонился вперед.

– Я благодарю вас за то, что вы пришли на встречу со мной. Я понимаю, что вы не любите давать интервью. Должен сказать, меня глубоко удивило, что в итоге вы согласились, - это был завуалированный вопрос, но я его проигнорировала. Он быстро улыбнулся мне.
– Как я уже объяснял, меня интересуют отношения между вами и вашим отчимом. Я не просто хочу написать о его преступлении и биографии. Я хочу написать о том, каким человеком он является сегодня. Конечно, это трудно сделать, когда он не желает давать интервью.