Левкайония поцелуйная,Ты взята лаской, как волной,Ты вся как влага многоструйная,И ты не можешь быть иной. Века – твой храм. Ты вся зазывная. Даёшь себя – губам, рукам. Змеиность страсти переливная, Ты вызов бросила векам.Поцеловав, не разучилася,А научилась целовать,И так любовь тобой пленилася,Что сонм веков – твоя кровать. Ты вся любовная симфония, Священный танец живота, Свершённой тайности гармония, Стрелой пронзённая мета.Кто был, кто был он, искусительный,Кто эти губы целовал?Кто эти ноги, в ласке длительной,С своими бешено свивал? Кто был, кто был он – в завершённости Паденья в срывность вас двоих, Что дал века твоей влюблённости, Как мы в века бросаем стих?Не я ли, в тех столетьях тающих,Не я ль сгорел в сверканьях гроз, –И вот слежу огни мерцающихТвоих каштановых волос.
Небесная дорога
Белый Нил, Небесная Дорога,Млечности созведные разлил.А внизу, как дар Речного бога,Голубой качает звёзды Нил.Где теперь царите, Фараоны?Радостно ли в царстве двойника?Те же ль там красивые уклоныДелает священная Река?Так же ль там Амен-Готеп четвёртый,Сердцем отдавая Солнцу дань,Диск вознёс, и Диск, светло простёртый,Устремляет солнечную длань?Так же ль там вы ждёте, чтобы узыСириус, всходя, разъял во мгле,И прорвав, для пьянственности, шлюзы,Нил, вскипев, шумел бы в Сильсилэ?Так же ль Сёстры любят там и Братья,Так же ль нежно слиты Брат с Сестрой?Знаю, знаю, все вы без изъятьяСлиты вместе, звёзд пчелиный рой.
Верный
Я ведаю – Богов, людей, зверей, цветов – Всю родословную.И Солнцу посвятить покорность я готов Беспрекословную.Я ведаю – камней, и трав, и птиц, и снов – Все свойства дивные.Я знаю, как пропеть перед лицом Богов Слова призывные.Я знаю, что, когда восстал бесплодный Сэт На Жизнедателя,Для знаменья в веках – был вдруг загашен свет Миросоздателя.Растерзан Озирис. Четырнадцать частей Повсюду кинуты.Растерзанность есть путь для ищущих людей, Что в мир низринуты.Разрывы сопоставь, и, части распознав, Спаяй конечности.И покидай свой гроб, как стебель свежих трав, Будь в Звездомлечности.Аменти – всё в лучах. Изида, неспеша, Подходит стройная.И колос рдеет вновь. И, взор во взор, душа Глядит достойная.
Египетский бог
Он восходит как солнечный луч,Он сияет как Месяц, как ветер приходит,Он как Нил свои воды из бездны выводит,Он как вешняя птица певуч,Он по воле своейВозникает как зверь,Как один из зверей,Догадайся скорей,Загляни ему в очи и верь,Он как Апис, как утренний Гор,Как овен, как Сэбек-крокодил,Соколиный полёт, дальнометящий взор,Убаюкавший лотосы Нил,Только в небе он был, только Солнцем он был,Как шакал он скользит близ гробниц,Где бы ты ни зажёг благовонье кадил,Где б пред ним ни повёргся ты ниц,Он с тобою как луч отдалённых светил,И как знаемость глянувших лиц.
Аменти
В старинном саркофаге,Замкнуты в стройный плен,Слова безгласной саги,Зеркальность перемен.Египетские лица,Воздушные тела.Цветная вереница,Вся жизнь, как быль была.Идут стада к ночлегу,Растут колосья нив,Хранит немую негуБогатый их разлив.Закатного пожараГорят огни светло,На всём застыла чара,Всё в сказку перешло.Аменти, край предельный,Колдует тишина,И круг являет цельныйОгромная Луна.
Озирис
Новое Солнце, Новое Утро, Новый Месяц, и Новый Год,Пламя из тучи, утро из ночи, серп серебристый, целующий рот.Новое Солнце сегодняшней жизни, Новое Утро текущего дня,Краешек мига – до краешка мига, Солнцу возженье земного огня.Новое Солнце отметится светом Нового Года и Новой Луны.Богу стелите безгрешные волны белой сотканной льняной пелены.Новое Солнце, и Сириус с Солнцем утренней в небе восходит звездой,Слёзы Изиды, что пали алмазом, Нил отмечает растущей чертой.Новое Солнце из кладезя Неба ринуло долу шумящий разлив,В улье небесном гудящие пчёлы нам возвещают шуршание нив.Новое Солнце взманило побеги, цвет изумруда из мёртвых темнот,К колосу колос, и сердце до сердца, новой спиралью закрученный год.Новое Солнце мы новою песней в новых одеждах восславить сошлись,Лик воскресенья, зерно и цветенье, бог возрождающий, жив Озирис.
Он вращающий колесо
Пятьсот голубоватых птицЛетели, млея, чрез пространство,Пятьсот слонов склонились ниц,Узрев однажды постоянство, –Души, отмеченной меж душДля утверждения покоя,Кто меж людей единый муж,Познавший ход страстей и зноя, –Кто Майей был в саду рождён,При ликованьи всех растений,Кто был цветком сопровождёнВ Страну, где мир без изменений, –Кто был как лотос голубой,И был как лотос нежно-белый,Как лев недвижный пред толпой,Средь ужасов спокойно-смелый, –Кто был как новая Луна,В веках сверкающее Солнце,В безмерном Море тишина,И тихий лепет веретёнца.
Благовестие
Тот, кто думает, что человекможет быть убийцей, и тот, кто думает,что человек может быть убитым,оба не знают ничего. БхагавадгитаКто думает, что, убивая,Он убивает, тот слепец.Кто думает, что жизнь живаяВ предельных ликах, тот слепец.На миг напев свой прерывая,Я начинаю в свой конец.Кто думает, что в Мире слитомЕсть пропасть смерти, тот слепец.Кто думает, что быть убитымКонец есть жизни, тот слепец.Века ходил я полем взрытым,И из колосьев плёл венец.Что я, то я, и измененьяСуть только зрелища одежд.Я прерываю праздник зренья,Привет мой сну сомкнутых вежд.Но тьма и ужас нисхожденьяЕсть восхождение надежд.Что я, то я, не разделяетИгра оружия меня.Вода меня не потопляет,Я целен в бешенствах огня.Что это правда, сердце знает,И голос мой поёт, звеня.Кто думает, что, умирая,Он умирает, тот слепец.Кто думает, что жизнь, сгорая,Не возгорится, тот слепец.Я был в Аду, и в жажде РаяИз свежих трав плету венец.
Достоверность
Тот же верный точный счёт,Знанье точек и причин,Мне вещают верный ходОт провалов до вершин.Тот же верный точный счётГоворит мне: Ты один,Тот родится, кто умрёт,Чарой вечности причин.И смотри: В выси темно,В лунном царствии ущерб,Вот и умерло зерно,Все колосья срезал серп.Но взгляни на вышину,И взгляни перед собой:Видишь, новую ЛунуНа лагуне голубой?И взгляни на ширь полей,И взгляни перед собой:Как смеётся меж стеблейВасилёчек голубой.
Вышние знамения
Глядишь ли ты в лазоревые дали Ночных небес?Шатры отшедших там, светлея, встали, Лучистый лес.Мы говорим – созвездие там Девы, Стрельца и Льва.Но там, в полях, растут свои посевы, Своя трава.И каждый, кто с земным разъят мгновеньем, Тот, ввечеру,Зажжёт свечу, и ставит, с означеньем, Её к шатру.И знаменья тех свеч неисчислимых Горят всю ночь,Покуда Ночь, в своих глубоких дымах, Уходит прочь.И между тем как все земные свечи, Сгорев дотла,Оделись в мрак, – пресветлый лик предтечи, Заря светла.И свеч небесных гаснут вереницы. Где все шатры?Одна свеча властительной Денницы Глядит с горы.
В пещерах друидических
Я входил в пещеры тёмные,Меж утёсов, над рекой,В углубленья их укромныеЯ входил с моей тоской.В ропот мраков, где отшельники,Где вертеп, что в камень врыт,Где слезливые капельникиВозращают сталактит.Говорил во тьме с пещерником,О превратностях души,Был подземному придверником,Громы чувствуя в тиши.Переходы видел рытые,Где рисунок без теней,Развивал я судьбы свитые,Понимал теченье дней.Бороздами – иссечения,Слева вправо, полный ход,И свеченье возвращения,И чертёж наоборот.Пашня рун, колосья знаками,Дуги, взрывчатый потоп,Клин-топор, игранье мраками,Сказка крови, жизнь и гроб.Атль-вода, узор зигзагами,Змеи, вставшие жезлом,Духи, шедшие оврагами,В светомраке мировом.Я читал их начертания,Этих пращуров сих дней,Дал им долю лучшей дани яОт живой души моей.Но прикрытье это шлемноеБранно-мыслящей ЗемлиБросил, – бросил потаемное,Сжёг – к возврату – корабли.Над подземностью вещающей,Дух впивая свежих струй,Я стою как жнец встречающийМеж колосьев – поцелуй.