Чтение онлайн

– А что если...
– он поглядел на трубку, продолжил: - А что если на уме у нее нечто другое?

– К примеру?

– Мы же не знаем, на самом ли деле Тай не сумела перевести письмена. Нам-то она говорит одно, но кто ж поручится, правда ли это?

– К ты клонишь? Говорю - колдунья звала меня с собой! Сомневаюсь, что она вычитала нечто, способное навредить всем, и ни слова не сказала. Хотя...
– я притронулся к письму, вшитому в подкладку куртки, - нет! Никогда не поверю, что Тайдеона замыслила нечто недоброе. Она капризная, избалованная, даже злая по-своему! Но не враг - это уж точно.

– Может, ты и прав, - Мелгер немного пододвинул к себе шкатулку, с которой почти не расставался.
– Я стал слишком подозрительным. Проклятье, да я сам себя не узнаю! Эта вещь гнетет... Не уверен, что внутри лежит нечто полезное или ценное, скорее - злое.

– Боюсь, в обжитых землях отгадку не найти, - я вздохнул и выбил из трубки остатки табака.
– Насколько понимаю, нигде не знают столько о Хехоре, как в королевствах Айрат и Ит. Но туда не добраться, поэтому просто постараемся выжить.

– Знаешь, а я ведь потихоньку начинаю привыкать к этой дряни, - он с ненавистью покосился на шкатулку.
– Чувствую, что никому не могу ее доверить. Видно, так и Лестер искал перед смертью того, кто способен ее взять. Ладно, пойдем в дом. Нужно перетащить дровишек в комнаты, да как следует протопить камин.

Тарий и Деррик заявились под вечер. Оба злые, уставшие. Сапоги по колено в грязи, словно целый день только и делали, что толклись по слякоти. Зато принесли котелок с жирным гуляшом, круглый хлеб с подрумяненной корочкой и горшочек масла.

– Царь никого не принимает, - пригубив пива, пояснил Лавитри.
– Закрылся во дворце и носа не кажет. Завтра ему предстоит небольшой разговор с городским советом, и возможность встретиться все-таки остается.

– Наследник также в Эрьярграде, - добавил Призрак.
– Мы видели его мельком. Ходит в кольчуге под рубашкой, за ним постоянно таскаются двое копейщиков... И знаете, что самое забавное?

– Нет, - пробурчал Лоббер, намазывая масло на ломоть вкуснейшего хлеба.

– Это никакой не Эринвальд!
– хохотнул Призрак, словно выдал самую забавную в мире остроту.
– Я видел его совсем малышом и не помню никакого родимого пятна под его левым глазом.

– Но... кто же это тогда?
– спросила Нисси.

– Второй ребенок Деметрея, - кивнул Тарий.
– Гринваль, если не ошибаюсь. Царевна-дочь. Она редко показывается на людях, предпочитая власти служение местным богам. В общем, в ее положении это понятно - наследниц женского пола в Хеленнвейсе не было никогда и вряд ли появятся в ближайшее время.

– Что-то не понимаю, зачем маскарад, - я все больше путался в перипетиях власти.

– Все очень просто, - Деррик допивал третий стакан.
– Либо папаша решил поберечь сынка...
– он икнул и сделал большой глоток.
– Либо с Эринвальдом что-то случилось.

Я долго не мог уснуть. Вначале потратил много времени на письмо для Сандоры, затем испытывал силу воли, разглядывая запечатанное послание Тай. В итоге спрятал обе бумаги в ящичек стола и задул свечу.

В большой комнате слышалось тихое посапывание. Помимо меня, здесь находилась Нисси, спящая за ширмой, а также Мелгер и Лоббер. Было тесновато, зато одну комнату проще натопить.

Разделся и залез под меховое одеяло. Время было позднее, но сон не шел. Что-то мешало смежить веки и утонуть в сладком забвении...

Но стоило лишь на мгновение задремать, как протяжно заскрипело под крышей. Я приоткрыл один глаз. За окнами гудел ветер. Мир полнился звуками, город шумел даже глубокой ночью, что было несколько непривычно после недель странствий по пустошам.

– Ты что-то слышал?
– Мелгер сидел в кровати с обнаженным мечом в руках.

Никогда бы не подумал, что спит он настолько чутко. Рядом с подушкой лежала шкатулка и, как мне показалось на мгновение, она мерцала зеленью.

Над моей головой вновь заскрипело, словно перекрытия проседали под тяжестью.

– Это крыша, - пробормотал спросонья Лоббер.
– Ветер сильный, вот и скрипит кровля.

Но я его уже не слушал. Ведовской дар жег глаза, по коже бегали мурашки, на лбу выступил холодный пот. Облизнув пересохшие губы, поднял лицо к потолку. Мгновением раньше там ничего невозможно было разглядеть. Но это когда глядел туда обычным, человеческим зрением. Но сейчас...

– Что за...

С потолка рухнуло тяжелое тело, едва не размозжив мне голову огромным кулаком. Что это такое было - я так и не понял. Фигура, безусловно, человеческая, а вот все остальное... Больше всего оно походило на вставшую на дыбы ящерицу. Морда плоская, с узкими глазами и широким носом. Из-под верхней губы торчали тонкие загнутые клыки.

Двигалось существо резко, я глазом моргнуть не успел, как отлетел к дальней стене, сметенный ударом. Здорово приложился головой об стену, едва не откусив нижнюю губу. На мгновение потерял сознание, а когда пришел в себя, не сразу понял, что происходит.

Монстр, объятый пламенем, отмахивался от наседающего Мелгера. Парень сильно хромал, но бился ожесточенно, и ящер ничего не мог поделать. Короткий меч мелькал как молния.

Чудище взревело, пропустив укол в плечо, и, потеряв терпение, набросилось на человека. Тот вскрикнул, когда когтистая лапа оставила на лице три тонкие царапины.

– Тъ'Яр'! Эркх'Аармо!
– выкрикнул Лоббер, выставив перед собой руку.

С пальцев сорвалось несколько искр, что растаяли, так и не коснувшись чудовища.

Я пытался встать, но все плыло перед глазами. Во рту было солоно от крови, руки и ноги плохо слушались. Корд лежал под подушкой, совсем близко, а вот добраться до него было выше моих сил. Пришлось схватить, что попалось под руку - табурет.

Хотя мое вмешательство не потребовалось.

Ящер отшвырнул все-таки Мелгера и скользнул к его кровати. Схватил шкатулку... и дико заверещал, словно обжегшись. И вправду, лапы чудища задымились, едва прикоснулись к свертку. Миг - монстр повалился на спину и забился корчах. Чешуйчатая шкура слезала с мяса лоскутами, темная кровь растекалась по полу, наполняя воздух отвратительным смрадом.

– Что здесь творится, мать вашу?
– на пороге вырос Призрак, вооруженный двумя стальными штырями. За его спиной маячил Тарий.

Ящер затих, продолжая превращаться в бесформенное месиво из крови, рыхлой плоти и костей. Воняло настолько мерзко, что с трудом удавалось сдерживать рвоту. Пол, кровать и кусок стены вокруг покрывали подпалины.

– Шкатулка, - пробормотал Мелгер, прижимая к лицу некогда белоснежную, а сейчас перепачканную кровью скатерть со стола.
– Она сама защитила себя!