Чтение онлайн

Он выжидал. Тулин должен сам просить работу. Иначе с таким характером только намучаешься.

– Георгий, а может, тебе жениться на москвичке? – спросил Гуров, словно подобная мысль впервые пришла ему в голову.

– Дело несложное, девки табунами ходят. Но, если честно, Лев Иванович, так не хочется. Вам известно, я мужик жестокий, но это между нами, мужчинами. Женщин впутывать в наши драки не хочется. Одно дело профурсетки, переспал, ушел. А ведь жениться надо если уж не по любви, то хотя бы по симпатии. Они привязчивые, планы начинают строить, ребенка захочется. На мне крови достаточно, не хочу я женскую душу на себя брать, еще и родит, не дай бог. Что же вы, при такой конторе состоите, и в больших чинах, и не можете мне работенку с общежитием устроить?

Гуров удивлялся нечасто, сейчас, взглянув на Георгия, недоумевал. Вот уж, казалось бы, человек, сам черт ему за брата, а рассуждает словно лицеист.

– Работа у меня – известно какая, – ответил сыщик задумчиво. – Ты только вырвался, зачем тебе снова в дерьмо лезть?

– А я больше ничему не обучен.

– Машину отлично водишь, можно в автобусный парк пойти… Не узнавал, там прописка требуется?

– Не знаю, такая тягомотина не по мне.

– Я бы тоже не смог, – согласился Гуров. – Проехал, встал, двери открыл, двери закрыл. – Он посмотрел на Тулина подозрительно. – Ты мне не досказал, чем история в Шереметьеве окончилась. Тебя так на чужих колесах и отпустили?

– Ну, я с ихним бригадиром-авторитетом в тачку сел, по стакану выпили, он мужичонка хлипкий, но тертый, признал меня, звал в команду. Я ответил, что подумаю. Я с ихним братом общий язык быстро нахожу. Так что вы меня не гоните, пригожусь.

– Георгий, я подобной публикой давно не занимаюсь, – ответил Гуров и спросил: – А ты почему не обратишься к людям, которые тебе винтовочку с оптическим прицелом организовали и наняли меня ликвидировать?

– Приехали, – Тулин усмехнулся. – Долго вы, Лев Иванович, огородами ходили. Значит, желаете тех людей получить?

– Нет, я их знаю. Фокин помер, надеюсь, черти с ним забавляются. К генералу не подберешься, он рук не пачкает. Есть еще один человек любопытный, только не хочу я тебя обратно в печку совать. Я не из корысти, любопытства ради спрашиваю. Люди при больших чинах тебя отобрали, вооружили, направили, а ты еле цел остался, так чего ты к ним не возвращаешься?

– Я убивать не хочу, от крови устал, – ответил быстро Тулин, по его мгновенной реакции стало ясно: либо правду говорит, либо ответ заготовлен.

– А чего же ты у меня собираешься делать, бумажки перекладывать?

– Кровь разная бывает, у одних – алая, горячая, у других – черная, стылая. Да и в людях я разбираюсь, вы убивать не пошлете.

– Послать не пошлю, но в моих делах может всякое случиться, тут уж как фишка ляжет. Я и сам не без греха. – Гуров посмотрел на свои ладони.

– Лев Иванович, кончайте базар! Человеку или веришь, или нет. Вы мне верите и уж давно решили.

– Значит, ты знаешь больше меня, – ответил Гуров. – Хорошо, суну я тебя в одно дело. В ту же команду, откуда ты на меня вышел. Вместо Фокина там другой человек. Он о тебе все знает. Все, кроме финала со мной. Начнет расспрашивать, расскажешь все как было, кроме нашей схватки. Объяснишь, что место твое засветилось, ты решил дислокацию сменить, тут тебя ГАИ с ОМОНом и затормозили, при обыске оружие нашли. Где держали, как допрашивали, как ты легендировался, все расскажешь. Годится?

– Годится, командир, – решительно ответил Тулин.

Гуров вынул из кармана телефонную трубку, якобы набрал номер, сказал:

– Через десять минут в условленном месте, такси, – назвал номер машины, сыщик не хотел, чтобы Тулин знал, что о его встрече с офицером контрразведки было обусловлено заранее. – К высотной стекляшке, что на проспекте, подкати.

Тулин молча кивнул и развернулся.

У здания СЭВа частоколом торчали запрещающие знаки, но лишь такси затормозило у первого, как задняя дверца открылась, в салон легко сел мужчина лет тридцати с небольшим и радостно сказал:

– Здравствуйте, Лев Иванович, сколько лет, сколько зим!

– Земля круглая, потому и крутимся, – ответил на пароль Гуров. – Георгий, высади меня у «Белого дома».

Когда машина у ограды «Белого дома» остановилась, Гуров сказал:

– Удачи вам, ребята, – и вышел.

Такси ушло на набережную. Гуров только успел закурить, как рядом мягко остановился «Мерседес» Крячко.

– Дай ноги размять и покурить спокойно, – сказал Гуров, открывая переднюю дверцу.

– Хозяин – барин, – сверкнул улыбкой Станислав. – Тут только не токмо стоять, останавливаться запрещено. Вон по мою душу уже торопятся.

Из стоявшей неподалеку машины ГАИ с чувством собственного достоинства вылезал толстый инспектор, указывая жезлом на место у своей ноги, куда должен немедля прибыть грешник.

Георгия Тулина еще зимой вербовал покойный Фокин. Подполковник Вердин историю агента прекрасно знал, но лично знаком не был, видел лишь фотографию. Да и агентом Тулина назвать было нельзя, так как подписку о сотрудничестве он категорически дать отказался, заявив:

– Работать согласен, ничего не подпишу, никаких сообщений в письменном виде вы от меня не получите. Вы, господа хорошие, приходите и уходите, а папочка с делом остается. Мне такое не годится, нравлюсь – так по рукам, а нет – так извиняйте.

Генерал Володин, заместитель начальника управления, узнав о подобном гоноре, разрешения на сотрудничество с Тулиным не дал. Фокин месяц генерала уговаривал, объясняя, что правила для того и придумали, чтобы делать из них исключения, а хороший конь без узды лишь быстрее скачет. И от предательства никого и никогда никакая подписка не спасала. А от пустых агентурок у них папки распухли и сейфы ломятся. А Тулин специалист бесценный, и с ним можно такую крутую операцию провернуть, в историю войдем.

Не последним фактом являлась и рекомендация генерал-полковника Агеева. Володин в конце концов сломался и согласие на контакт дал. Не последним оружием в убеждениях Фокина явилось и то обстоятельство, что, раз человек не оформлен, дело не заводилось, так и подписывать генералу Володину ничего не следовало. Сейчас кивнул, а начнутся неприятности, всегда сказать можно, что и не кивал вовсе, лишь в окно смотрел.

На руках Вердин имел лишь расписку Тулина в получении десяти тысяч долларов да магнитофонную запись его беседы с покойным Фокиным. Ну еще была стопочка агентурок из различных камер, где содержался некоторое время Тулин. Всеми агентами он характеризовался как мужик жесткий, замкнутый, на контакт не идущий. Отмечалось, что смел, дерзок, физически очень силен.

Вердин знал, что короткий суд состоялся, получил Тулин два года условно, с нетерпением ждал, когда же бывший киллер появится. Не так давно Вердин разговаривал с генералом Агеевым, узнал, что Тулин звонил, освобожден под подписку о невыезде, получил паспорт и временно прописан у давней подруги, менты пошли навстречу герою-афганцу. Но о возможной встрече Тулин даже не заикнулся, сказал, пока суд не состоится, будет работать дворником и бороться за звание лучшего говночиста столицы и пить водку с участковым, а также со всеми ментами, которые попадут под его метлу. Сам генерал явно сторонился спецслужбы, видимо, жалел о прошлых контактах. Вердин подозревал, что у многозвездного генерала ведутся интриги в самых верхах, но реальной пользы от изношенного вояки ждать не приходилось.